Чтение онлайн

Добро у нас пахнет ванилью и сдобой.

Чем-то имбирным пахнут объятья,

А карамелью – улыбки и счастье.

Пахнет любовь здесь вареньем вишневым,

А благодарность – сгущенкой вареной.

Чаем с малиной пахнет участие,

А мандаринкой, известно уж, счастье.

У волшебства в нашем мире запах особый

Только доступен не каждой особе.

Чтобы найти к чудесам этим дверцу,

Нужно иметь чистоту в своём сердце.

***

Обделенный любовью дождь

Все стучит и стучит в стекла,

Ищет, кто бы унял дрожь,

Пожалел и по-доброму обнял.

Обделенный любовью дождь

Все идет и идет по дорогам.

Он, босой, все ж с бродягой схож,

Оббивает домов пороги.

Обделенный любовью дождь

Вдруг споткнется о солнечный лучик.

Заиграет в нем сотня цветов,

И он счастье свое получит.

Спасение души

Маленькая девочка забилась в угол и тихонько всхлипывала, глядя на воспитателя, которая, казалось, превратилась в чудовище. Глаза выпучились, лицо перекосило от злости, а рука, покрытая дряблой сухой кожей, замахнулась для удара.

– Сколько раз я говорила тебе не мочиться в постель? А? Сколько?

–

М-м-много, – всхлипнула Лидочка.

Удар по щеке обжег девочку не хуже крапивы.

– А ты что сделала, дрянь? Что, я тебя спрашиваю?

Лидочка рыдала, сидя голышом на кафельном полу туалета. Арина Семеновна кинула на неё полный ненависти взгляд и, громко хлопнув дверью, ушла в группу.

Девочка, всхлипывая, встала. Вернулась Арина Семеновна и швырнула в девочку колготы, трусы и майку. Явно не её. Свои вещи она знала.

– Вот, одевайся – и марш спать. И только попробуй что-нибудь сказать родителям. Хотя… Твоей мамочке на тебя плевать. Даже одежды чистой принести не может.

Снова закрылась дверь. Лидочка подобрала с пола вещи, и стала одеваться.

…В тот день мама забрала её позже, чем обычно. Арина Семеновна кляла маму Лидочки на чем свет стоит, но, когда та пришла, учтиво улыбнулась и рассказала, как прекрасно Лидочка выучила стих к мероприятию. Арина Семеновна всегда так делала.

Лидочка с мамой медленно брели по улице домой. Они жили вдвоем и спешить особо было некуда. Лидочка любила свою маму. Она никогда на неё не кричала и не ругалась, пела на ночь колыбельные и сочиняла невероятные сказки.

Сегодня по дороге домой они разговаривали про бездомных животных. Мама часто приносила домой котиков и собачек, мыла их, а потом отдавала в новый дом. Вот и сейчас из ворота маминой куртки выглядывает пушистый рыжий котёнок.

– Мама, а почему ты животных любишь? – спросила девочка.

– А кому же кроме нас их любить? – улыбнулась мама. – Тех, кто на улице, любить некому. Вот я и люблю.

– А меня любишь? – встревоженно спросила Лидочка, вспомнив слова воспитательницы.

– Тебя, – мама присела на корточки, – я люблю больше всех в этом мире. И никогда, слышишь, никогда не сомневайся в этом.

Лидочка улыбнулась и обняла маму.

…Воспитатель детского сада №3 с тридцатипятилетним стажем Арина Семеновна Найденова рыдала, сидя за столом на кухне. На столе стояла бутыль вина.

–

Господи! Милый мой Господи, за что, – причитала женщина, наливая трясущимися руками вино в граненый стакан.

Перед глазами стояла её мать. С перекошенным от злости лицом и авоськой в руке. Маленькая Ариша закрывалась от ударов руками и потому до сих пор видны шрамы. Мать била ее постоянно, постоянно оскорбляла и унижала. Жертва аборта. Вот что она говорила.

А потом в одной книжке уже повзрослевшая Арина прочла, что рядом с детьми исцеляется любая боль, и решила стать воспитателем. Она точно знала, что такой, как мать, никогда не будет. Арина Семёновна никогда не повышала на детей голос, всегда могла с ними договориться, а сегодня её будто вырвало прошлым.

Стукнула входная дверь. Дочь Марина вернулась с работы. Арина Семёновна поспешно спрятала вино.

Марина вошла на кухню и поставила на стол сумки с продуктами.

– Привет, мамуля! – весело прощебетала девушка и поцеловала мать в щеку. – Как прошёл день?

Арина Семеновна молчала. Дочь стала распаковывать покупки и вдруг ногой задела бутылку с остатками вина. Кухня наполнилась неповторимым ароматом.

– Мама, это… Это что такое? Ты что, пила?

Марина в первый раз видела маму такой.

И тут Арину Семёновну прорвало.

Давясь слезами, она рассказала о сегодняшней девочке, о своей маме, о том, что она – чудовище.

– Скажи, хоть ты любишь меня?

Марина опустилась на колени рядом с мамой.

– Ты – моя мама. Ты вырастила меня одна. Ты дала мне столько тепла и нежности, сколько я ещё нигде не видела. Тебя я люблю больше всех в этом мире. И никогда, слышишь, никогда не сомневайся в этом. Пойдем, я уложу тебя спать.

Конец ознакомительного фрагмента.