Шрифт:
Глава 1 «Дочь бывшего мужа»
– Ольга Николаевна, вы что-то сегодня запаздываете!
Едва я поднимаюсь на порожки корпуса, как меня догоняет высокий темноволосый мужчина в распахнутой темной куртке и с кожаной сумкой для ноутбука в руке.
– Запаздываю, Павел Петрович.
– Дружелюбно киваю нашему новому главврачу и, по совместительству, моему начальнику.
– Снега сегодня намело - еле машину откопала.
Павел Петрович галантно открывает передо мной двери, и я с благодарным кивком захожу в здание, попутно стряхивая с сапог остатки снега.
– Да, давно такой снежной зимы не было.
– Замечает мужчина и, последовав моему примеру, добавляет: - Я уже подумываю, что нам надо всем коллективом выходить на чистку снега. Николай Иванович совсем не справляется.
Вместе поднимаемся на третий этаж.
Идем по коридору.
– Вы, как раскидаете текучку, после обеда загляните ко мне на пару слов.
– Хорошо, Павел Петрович.
Дальше мы расходимся.
Он идет к себе в приемную главврача, а я дальше, в самый конец коридора, где за скромной табличкой с надписью «Дефектолог» находится мой рабочий кабинет.
Открываю ключом дверь, захожу и привычно щелкаю выключателем.
Не успеваю я снять и убрать в шкаф пуховик, как в дверь стучатся.
– Да-да!
– громко отвечаю на стук.
– Заходите.
В кабинет заглядывает взволнованная мамочка - привычное дело.
– Можно к вам? Мы сегодня первый раз на занятия.
– Проходите.
– Вежливо киваю и забираю у женщины санаторно-курортную карту.
– Не переживайте. Можете присесть тут.
Следом за мамой заходит мальчик.
Глазки умные, смышленые, но… По кривой походке и осанке сразу видно, что наш клиент.
– Привет!
– Присаживаюсь перед мальчиком на корточки.
– Я Оля. А тебя как зовут?
– Д-и-има-а-а, - с трудом выговаривает мальчик.
– Хочешь немного поиграть?
– спрашиваю у мальчика, показывая игрушки на столе.
Тот смотрит с радостным интересом и блеском в глазах.
Усаживаю его за стол с игрушками, а сама пока веду первичную беседу с мамой и заполняю все положенные документы.
– Не переживайте.
– Успокаиваю ее.
– Посмотрите, как Дима ловко справляется с пазлом.
На самом деле этот пазл предназначен для детей гораздо младшего возраста, но зачастую мамам нужна поддержка и ободрение не меньше, чем самим малышам, а то и больше, поэтому я стараюсь всегда их настроить на позитивный лад настолько, насколько это вообще возможно в их ситуации.
С мамой Димы мы довольно долго разговариваем.
Она рассказывает их недолгую, печальную историю.
Я слушаю и краем глаза наблюдаю за мальчиком, уже профессионально подмечая, что можно сделать за то короткое время, что они будут на лечении у нас.
А сделать можно многое!
Самое главное стараться и научить маму потом работать в нужном направлении. Многое будет зависеть именно от нее.
Вскоре они уходят, а коридор возле моего кабинета привычно наполняется народом. Вчера прибыл новый поток пациентов, и сейчас мамочки с детишками ходят по консультациям. Вскоре эта толпа рассосется, и ко мне будут ходить только те несколько человек из потока, которые на самом деле нуждаются в моей помощи.
Через пару часов напряженной работы, когда люди в моем кабинете идут постоянным потоком, наступает небольшое затишье, и я решаю немного передохнуть.
Беру кружку, щедро сыплю туда обычный растворимый кофе и иду к нашей техничке за кипятком.
– Здравствуй, Олечка!
– Улыбается мне наша пожилая техничка Нина Сергеевна.
– У тебя сегодня аншлаг?
– Здравствуйте, Нина Сергеева. Да. В этом потоке много «речевиков», и Анатольевна всех ко мне посылает сначала.
– Ох-ох!
– Качает головой женщина и сует мне в руки горсть вкусных шоколадных конфет.
– На вот, покушай! Бери-бери! Худющая стала - смотреть больно. Одни глаза остались.
С благодарностью беру конфеты, заваренный кофе и спешу обратно в свое логово.
Пока иду, замечаю в конце коридора, рядом с моим кабинетом, знакомую женскую фигуру.
Поначалу малодушно решаю, будто я ошиблась, но по мере приближения по позвоночнику бежит предательский холодок страха.
Не обозналась, значит…
Возле кабинета стоит моя бывшая свекровь.
– Добрый день, Антонина Михайловна, - первая здороваюсь я.
Высокая довольно полная женщина в распахнутой белой норковой шубе медленно поворачивает голову в мою сторону и стреляет оценивающим взглядом.
Невольно ежусь.
Я уже и забыла, какая у этой женщины тяжелая энергетика.
– Здравствуй, Ольга.
– Царственно кивает она.
– Вы ко мне?
– К тебе.
– Какими судьбами?
– Искренне удивляюсь я.
– Нужна твоя консультация, как специалиста, - словно нехотя говорит она.
Бывшая свекровь поднимается со своего места, и тут я замечаю прижавшегося к стене ребенка.
Яркий желтый мембранный комбинезон.
Шапка валяется рядом.
Тонкие светлые косички топорщатся в разные стороны.
Отсутствующий взгляд направлен прямо в стену напротив.
Девочке на вид лет пять, не больше.
– Это… - севшим голосом почти шепчу я.
– Да, - с едкой хрипотцой подтверждает бывшая свекровь.
– Это дочь Игоря.
В груди что-то тяжело бахает и отдается болью по всему телу.
Вдыхаю запах кофе из кружки, но даже он причиняет адскую боль.
Дочь Игоря.
Дочь человека, который катком прошелся по моей жизни, растоптал и выкинул мое сердцу, пожевал и выплюнул душу…
Внезапно девочка, словно прочитав мои мысли, вскидывает голову и пронзительно смотрит.
– Встань!
– гаркает на нее бабка, но та не реагирует.
– Встань и поздоровайся!
Молчит.
Отводит взгляд.
Бабка недовольно цокает языком и брезгливо поджимает губы.
– Не в нашу породу пошла…
Я молча смотрю, как девочка начинает шевелить губами, словно беззвучно поет песню.
Неугодная внучка.
Такая же, как и я - нелюбимая.
Где-то на этаже громко хлопает дверь, и я, вздрогнув, сбрасываю внезапное оцепенение.