Чтение онлайн

А вот мой шеф, если бы такое услышал… Ох, он бы разошелся.

Вик сжал челюсть, мне показалось, что я даже с такого расстояния услышал, как скрипнули его зубы.

– А ты пока в своем Оксфорде сидел, работать на практике не разучился? – спросил Вик наконец.

Ого! И это диалог коллег? Больше похоже на выяснение отношений в подворотне, где главный вопрос «Закурить есть?»

– Как видишь, нет, – ответил Артур.

Лица его я не видел, только Вика, и мне казалось, что воздух в комнате сгустился до такой степени, что хоть топор вешай, не упадет.

– Я уже полчаса жду кого-то из сисадминов, – рявкнул Вик, посмотрев на меня. – Мне нужно работать, а я не могу ни одного сообщения прочитать. Ни ответа ни привета, трубку хоть бы кто взял.

Я вскочил от испуга, но тут же заставил себя сесть на место. К лицу и к ушам прилила краска.

– Прошу прощения, Георгий Степанович сегодня вне офиса, а у Коли сессия… Я сейчас… пять минут… – я бросил отчаянный взгляд на монитор, где упрямый ползунок перезагрузки системы завис на середине. – Пятнадцать, – поправился я, отбросив лишний оптимизм. – Нужно дождаться, пока процесс завершится.

Вик поднял взгляд на Артура, замер, и у меня сложилось ощущение, что они о чем-то без слов поговорили.

– Гоша пока помогает мне обустроиться, – сказал Артур мягко и положил ладонь мне на плечо. Легко, как будто бабочка прикоснулась, а затем сжал, так что я дернулся от неожиданности. – У тебя красивые татуировки. А это что, Биг-Бен на левом предплечье?

Я закатал рукав повыше, и Артур тут же дотронулся до выбитого на моей коже циферблата. Странный, вот все ему надо потрогать, как будто он живет на ощупь, а зрение – это так, дело десятое. По кладбищу моему пальцами водил, теперь вот по Биг-Бену.

Наверное, надо это прекратить, просто неприлично уже: сижу тут, расставив ноги, и позволяю наклонившемуся надо мной Артуру трогать мою кожу, водить по ней пальцами, сжимать плечо. Это же явно уже выходит за рамки, мы не любовники и даже не друзья, я его вообще впервые увидел час назад!

Артур, кажется, наслаждался происходящим: провел подушечками пальцев от запястья до локтевого сгиба, дотронулся до закатанного рукава толстовки, пытаясь поднять его еще выше, там, где продолжается мелкая вязь надписи. Что-то длинное и на латыни, я, по правде сказать, забыл, что этот набор слов значит. Артур выглядел любопытным, сытым. Он будто чувствовал мое смущение и беспомощность, упивался ими.

Мое восприятие как будто раздвоилось: с одной стороны, мне было некомфортно из-за близости Артура и его прикосновений, с другой – он не делал ничего такого, из-за чего стоило бы психовать и бить морду.

Члену, правда, было по фигу на растерявшееся восприятие: он стоял по стойке смирно, и я надеялся, что, пока я сижу, это хотя бы не слишком заметно.

Когда Вик вышел, хлопнув дверью, Артур выпрямился и снова отошел к окну. Как будто ничего и не было.

А ты, Гоша, сиди опять как дурак, и думай, что произошло и произошло ли вообще хоть что-то.

***

Вик теперь переселился в кабинет на два этажа выше того, где сидели юристы. Меня потряхивало, когда я вышел из лифта и направился к нему. Нервы были в раздрае, состояние – непонятное. Напьюсь сегодня. И напишу кому-нибудь. Потрахаюсь наконец.

И вообще попробую уже найти себе кого-нибудь… слово «отношения» произносить даже про себя было страшновато, но хотелось мне именно этого.

А то мерещится уже черти что на работе, куда это годится? Этак мне скоро будет казаться, что со мной шеф заигрывает, а ему вообще-то за пятьдесят, он глубоко женат и бесповоротно гетеросексуален.

– Привет, хм… Вик, – я откашлялся. Было бы проще, если бы Вика нужно было называть по имени и отчеству, но он с самого начала попросил – на ты и Вик. Ему так было удобнее, не только со мной, как я сначала понадеялся, а со всеми вообще. – Покажи, пожалуйста, что у тебя сломалось.

Кабинет у Вика теперь был небольшой, но тоже светлый, и сидел он тут один. В приемной, которая примыкала к кабинету, работали эйчар 2 и еще парень, которого я не знал. Из-за тонкой стеклянной двери я слышал приглушенный женский голос, который уговаривал кого-то прийти на собеседование.

– Почта, – сказал Вик и встал. – Мне не приходят письма.

И ты, конечно, ничего не нажимал?

– Разберемся, – попытался я непринужденно улыбнуться.

На Вике был тот же джемпер сливочного цвета, что и в нашу прошлую встречу, и я не мог избавиться от воспоминаний о том, какой он мягкий на ощупь, какая кожа Вика под ним гладкая, и как черные волоски на груди, которые я чувствовал только пальцами, наверняка выделялись бы на ней тонкими мазками, если бы мне повезло увидеть Вика без одежды. На языке ощущался вкус его кожи, щеками я чувствовал колкость щетины…

Так. Стоп. Надо себе кого-то найти. Боже, скорее бы домой, хоть порнушку посмотреть и немного пар сбросить. Сил уже никаких нет.

– Сейчас хочешь? – спросил Вик, приблизившись ко мне вплотную.

– Чего?

Вик дернул плечом, как будто приглашал меня покурить на балкон. Сам, мол, знаешь.

Я не знал. В горле пересохло, я отступил на шаг и уперся спиной в дверь.

Вик шагнул еще вперед, так что теперь я мог бы пересчитать его ресницы, если бы такая ерунда пришла мне в голову. Он был немного ниже меня, всего на полголовы, но намного мощнее, шире в плечах и крупнее в кости. Вик серьезно сказал, глядя мне в глаза:

– Ты если не хочешь – только скажи.

Да сейчас! Вот же… умеет вопрос правильно сформулировать. Если бы он спросил, хочу ли я трахнуться здесь и сейчас, я бы сказал «нет». Я хочу там, где есть кровать, и не на ходу, и не раз. Но как я, интересно, могу сказать, что не хочу вообще, в принципе?

Пока я ломал голову над загадкой сфинкса, Вик шагнул еще ближе, положил ладони мне на пояс – и… да, в этом уже был вагон собственничества, здесь мне даже придумывать для собственного утешения ничего не пришлось. Приревновал он что ли?

Только кого и к кому?

Глаза Вика были как тоннели, кроме шуток, гипнотические. Ну и вот как можно отказать, когда на тебя так смотрят? Я не могу. Я вообще падкий до тех, кому я нравлюсь. А Вик сейчас на меня смотрел так, как будто я ему нравлюсь, очень. Кажется, он на самом деле меня видел в тот момент, а не смотрел сквозь, как в прошлый раз. Или это я опять выдумываю?

Через одежду я чувствовал тепло там, где мы с Виком почти уже соприкасались телами, молчание затягивалось, то самое, которое с моей стороны в знак согласия. Руки Вика притянули меня ближе, губы накрыли рот. Я тихо удивленно застонал, и тут же получил укус в губу. Спохватился. Ну конечно, нужно же вести себя тихо. Ладно. Мы же просто поцелуемся немного, да? Ничего криминального.