Чтение онлайн

– О, Патрик. Наша бедная-бедная Анна.– с надрывом произнесла она. Говорила она по-английски, но с какими-то французскими нотками.

Я сделала шаг в сторону, дабы меня не снес этот танк наигранной скорби и печали.

Все вокруг закивали. Женщины тут же поднесли свои гипюровые белоснежные платки к уголкам глаз, промакивая их. Неужели их так растрогал этот спектакль. И что это вообще за актриса? Я снова повернулась к отцу. Он обнимал эту женщину, еле сдерживая подступившие к глазам слезы. Увидев мой недоумевающий взгляд, он тут же отстранился от женщины, разворачивая ее ко мне.

– Патрисия, дорогая, познакомься, это моя дочь, София.

Я сразу вспомнила лицо мамы, изображавшее «эту недофранцуженку», как она всегда называла ее. «Здгхаствуйте, пожялуйста…Сет хоме теперь мой мьюююж.».

Она посмотрела на меня, немного отодвинув очки с глаз. И снова натянув их обратно, протянула мне правую руку, обтянутую черной перчаткой из крокодильей кожи. На указательном пальце, прямо поверх бедного крокодила, который доживает свой век в виде перчаток, красовалось кольцо с огромным камнем, который, если случайно отразит солнечный свет, может не хило ослепить.

– София, наконец-то мы встретились, дорогая, я так рада с тобой познакомиться. – все с тем же акцентом произнесла Патрисия, целуя воздух в районе моих щек.

– А я-то как рада. Мама мне столько о вас рассказывала. – радостно сообщила я ей, целуя воздух, подражая ей.

– Надеюсь только хорошее?

– Конечно. – особенно о вашем французском акценте, который действительно придает вам «Шагггм». –передразнила я ее.

Улыбочка на ее лице тут же поползла вниз. Она отдернула руку.

– Благодарю, дорогая. Но не будем забывать, по какому печальному поводу мы все здесь собрались. – она снова всхлипнула, смахивая с щеки слезу, появившуюся, как по заказу. В это время появился священник, и мы поспешили на свои места. Я села между отцом и Дэвидом. Патрисия вцепилась в Патрика, не давая ему возможности поговорить или даже повернуться в мою сторону. Дэвид наклонился к моему уху и шепнул.

– Ты молодец. В тебе даже больше от Хартов, чем ты думаешь.

Я не знала, хорошо это или плохо, но одно могу сказать точно. Пока я нахожусь здесь, среди этих акул, лучше показать свои зубки и не быть съеденной на поминках, вместо пирога. И это я поняла на второй минуте после появления Патрисии.

Впереди меня ждет знакомство с братьями и сестрами Патрика и Анны и их отпрысками. А они все далеко не агнцы божьи.

Погребенье тети Анны прошло на Несебрском кладбище. Священник читал молитвы, а наши многочисленные родственники всхлипывали ему в такт. Но мне это казалось одним большим нелепым спектаклем, потому что, к примеру, тетя Эвелин, третья по счету из семи братьев и сестер моего отца, постоянно поглядывала на часы и жаловалась своему мужу, что она устала и не прочь уже поскорее вздремнуть. А дядя Грегор вообще подкатил под самый конец похорон на черном лимузине, в сопровождении какой-то молоденькой блондинки с глупым выражением лица и спасательным плотом вместо губ. Его бывшая жена тоже была здесь. Она картинно закатила глаза и перешла на другую сторону, встав поближе ко мне.

– Кабель. Все никак не успокоится. – проворчала она, обращаясь то ли ко мне, то ли к самой себе.

А дядя Грегор лишь нахально улыбнулся ей и приобнял свою пассию, положив свою ладонь на ее миниатюрный зад.

Патрисия возмущенно зашипела в сторону отца.

– Патрик, сделай же что-нибудь. Грег переходит все границы.

– Дорогая, прошу, не обращай на него внимания. – вздохнул отец, который, как мне показалось, единственный искренне скорбел утрате. Они всегда были очень близки с тетей Анной.

Я пребывала в небольшом шоке от всего происходящего. И видимо это было заметно по моему лицу, потому что бывшая жена дяди Грегора повернулась ко мне, протягивая руку.

– Добро пожаловать в семью. Ты же София? Я Мелания. Ты, наверное, помнишь меня. – я кивнула и пожала ей руку.

– Здравствуйте, Мелания. – произнесла я в ответ. – да, я была на вашей свадьбе, как раз перед… – запнулась я – Перед тем, как мы с мамой уехали обратно в Россию.

– Как кстати поживает Лиз? – оживилась Мелания.

– Спасибо, замечательно.

– Как же она мне всегда нравилась. Она была единственным нормальным человеком в этой адской семейке. – заговорчески зашептала она, прикрывая рот ладонью, чтобы ее могла услышать только я.

Я улыбнулась ее словам.

– И как Патрик мог променять ее на эту тощую стерву. – она скосила взгляд в сторону Патрисии. И вздохнув, поправила свою черную шляпку с вуалью.

Я благодарно кивнула ей. Похоже, что нормальные люди и, правда, не уживаются в этой семье.

В это время похороны подошли к концу и все потихоньку начали двигаться к воротам. Я начала оглядываться по сторонам, как маленький потерянный ребенок, в поисках Дэвида.

– Он отлучился по делам и присоединится к нам в Лондоне. – услышала я голос отца у себя за спиной. – Пойдем, милая, машины уже ждут нас, чтобы отвезти в аэропорт.

И я направилась к ним вместе со всеми. Время уже близилось к полудню, и апрельское Болгарское солнце начало припекать. Я села в черный порш вместе с Патриком и Патрисией, которая упорно не снимала свои черные очки и перчатки. У меня непроизвольно вырвался смешок. Она молниеносно повернула свою голову в мою сторону, как хамелеон, который обнаружил свою жертву, благо между нами сидел Патрик. А моя фантазия уже нарисовала картину, как в момент столь резкого движения головой из ее рта с подкаченными губами вылетает длиннющий язык и припечатывает меня к стеклу, словно муху. Я отвернулась к окну, прикрыв рот ладонью, еле сдерживая смех. Мне даже пришлось раскашляться, чтобы не выдать себя.

В аэропорту всех нас ждал частный самолет.

Я поднялась по трапу, на самом верху которого стоял стюард с лучезарной улыбкой, приветствуя всех.

– Добро пожаловать на борт нашего самолета, Мисс. – слащавым голосом произнес он, подав мне руку, помогая преодолеть последние ступеньки и порог.

– Благодарю. – улыбнулась я ему в ответ.

– Софи, дорогая, пройдем в самый конец. – отец взял меня под локоть и провел до пустующих сидений. Многие места были уже заняты, но все, кто их занимал, уже не обращали на меня никакого внимания. Так интересно. В последний раз я видела их всех, когда была маленькой, но я прекрасно помню каждого и могу безошибочно назвать их имена. Вот тетя Бетти, худая блондинка с родинкой на правой щеке. Сколько помню, она всегда отличалась своей худобой, правда раньше у нее были темные волосы, как у Патрика и Анны.

Тетя Бетти откинулась на сиденье и, закрыв глаза, массировала виски.

– Принесите мне аспирин и стакан воды. От всего этого у меня ужасно разболелась голова. – деловито требовала она у молоденькой стюардессы.

– Да, Миссис Льюис, сейчас. – прощебетала девушка и развернулась к проходу.

– Не так быстро. Это еще не все. – немного повысив голос остановила ее тетя Бетти. – Боже мой, Джон, кого Патрик набрал. Никакого профессионализма. – обратилась она к своему мужу, Джону Льюису, который сидел рядом, уставившись в газету. Тот лишь промычал в ответ. В этот момент я услышала голос у себя за спиной.