(Не)любовь
Шрифт:
— Не дрыгайся, — бормочет Лёша на ухо, прижимая меня к себе вплотную. Чувствую я, почему он просил не дрыгаться… Вечно голодный мужчина. Во всех смыслах.
— И тебе доброе утро, — хихикаю, и тут же расслабляюсь, чувствуя нежные поцелуи в шею. Так приятно… Утро действительно доброе, когда начинается именно так.
Почти мурлычу, как кошка, подставляясь под настойчивые губы и касания рук. Лёша никуда не торопится, и от этого особенно прекрасно. Нам больше некуда спешить. У нас все в порядке. Мы преодолели все проблемы и можем позволить себе наслаждаться поцелуями по утрам.
— Такая тёпленькая, не хочу тебя отпускать, — говорит Лёша, переворачивая меня на спину. И я не хочу, чтобы он отпускал. Только сказать не успеваю, потому что Лёша снова с поцелуями нападет.
И это так сладко, что я на пару минут из реальности выпадаю. Голова кружится, еще и он такой тяжелый сверху лежит, губы мои кусая.
А потом какой-то шум, я отвлекаюсь, и, о боже…
— Нет, ну вы бы хоть предупреждали! — кричит папа, закрывая за собой дверь.
О-оу… А когда он вошел? Мы не слышали. А в дверь звонил? Что вообще происходит…
Сейчас будет скандал. Чувствую я, что не очень папе увиденное понравилось. Слава богу, что мы просто целовались, пусть и полуголые в кровати.
— Не трясись, решим все, — говорит Лёша, целует меня в нос, быстро натягивает шорты, чтобы не смущать никого еще сильнее, и выходит из комнаты, где за дверью всё это время ворчал папа. Боже… Мне страшно! К такому меня жизнь не готовила.
— Юрий Николаевич, ну чего вы ругаетесь? — начинает Лёша. Дверь не закрывает, чтобы я всё видела и слышала, а я одеяло до самого носа натягиваю, пытаясь спрятаться. — Мы взрослые люди, что страшного произошло?
— Я приехал позвать вас на свадьбу, а вы тут… Боже! — папа закрывает лицо руками и ворчит что-то полушепотом. А…
— Куда позвать нас, пап? — спрашиваю, пикнув из-под одеяла.
— На свадьбу. Мы со Светой решили расписаться, потому что жить вместе в гражданском браке — совсем не дело, — снова рычит, глядя на Лёшу. Тонко, пап, очень тонко. — Мы, вообще-то, поняли, что любим друг друга.
— Так и мы любим! — тут же воодушевляется Лёша. — Даш, ты любишь? — поворачивается ко мне, а мне хватает смелости только легонько кивнуть. — Вот, Юрий Николаевич, видите? Любит. И я люблю. Отдавайте мне ее тоже замуж, а то не дело жить вместе без штампа в паспорте и всё такое.
— Замуж? — задумывается папа. — Замуж — это другой разговор. Это уже серьезно.
— Я прошу прощения! — вскакиваю на кровати, всё еще не отпуская от себя одеяло. — А меня спросить никто не хочет?
— А ты что, замуж за меня не пойдешь? — поворачивается Лёша, округляя глаза так сильно, что это вызывает у меня истерический смешок.
А я… а что я? Я пойду, конечно.
Люблю же.