Не могу забыть… Люблю-2
Шрифт:
***
Вскоре после ухода белокурого Дон Жуана вернулась Инна с обхода.
– Ну, как? Наш местный сексуальный маньяк Алёшенька не делал тебе неприличных предложений? А то там Степаныч от местных мужиков уже ставки принимает на то, как быстро Шеин нырнёт в твою постель.
– С чего это они так решили?
– Так он ни одной юбки не пропускает… Тем более такую красивую девушку как ты…
– К тебе тоже подкатывал?
– А как же! – со смехом продолжала Инна. – За мной как-то муж после работы заехал – он тут в соседней военной части служит, а Алексей возле меня в ординаторской кругами ходит и соловьём заливается. Ну, мой, не долго думая, ему и говорит: «Слышь, ты, блондинчик! В следующий раз я сюда на БТРе приеду и в цветочную клумбу тебя закатаю». Шеина сразу как ветром сдуло. После этого у нас с ним строго официальные отношения…
Я усмехнулась про себя. Когда ехала сюда, думала, попаду в какое-нибудь ветхозаветное учреждение, а оказалось всё наоборот. Жизнь здесь кипела и била ключом ничуть не меньше, чем в Москве, а интриги, возможно, даже дали бы фору столичным.
– Почему же Татьяна Ильинична всё это терпит? – не удержалась я от вопроса.
– Любовь зла… – ответила Инна, выразительно глянув на меня поверх своих очков. – Там вообще история Золушки и Принца, только наоборот. Татьяна была принцем, а Лёха – Золушкой. Трагедия и комедия в одном стакане. Сериал можно снимать…
Инна опустилась на кожаный диван, устроилась поудобнее и продолжила:
– Как-то лет семь или восемь назад нашу Татьяну пригласили что-то преподавать в медучилище, и она согласилась. Лёха учился там на фельдшера и был единственным мужиком в женском царстве. Понятно, что с его внешностью он пользовался бешеной популярностью и чувствовал себя, как козёл на капустной грядке. Но, видимо, молоденьких нимф ему было недостаточно, и он решил ухлестнуть за новой преподавательницей. Разница в возрасте его абсолютно не смущала.
– А она как отреагировала на его ухаживания?
– Поначалу она не воспринимала всерьёз, но юный ловелас проявил небывалую настойчивость. Завязался бурный роман, а потом они и вовсе поженились. Причём на свадьбе настоял Алексей. После женитьбы он вроде бы утихомирился на некоторое время, но потом вернулся к привычному образу жизни. Измены, враньё и всё в этом роде. Татьяне даже пришлось уйти с престижной должности в Облздраве, чтобы не позориться. Обосновалась здесь, его пристроила физиотерапевтом…
– Что же она его не оставит?
– Да пыталась уже несколько раз, но он, как только почует опасность развода, сразу шёлковым становится. Ласковым, как телёнок. Она и растает снова. Я уж ей говорила, принимай его таким, как есть. Ты, хотя бы все его дурацкие повадки уже знаешь… А кто другой появится, так его заново изучать придётся. Не знаю, как у них дальше сложится…
***
Да, не зря говорят, что чужая жизнь потёмки… Почему так получилось, что успешная, умная женщина смирилась с мужем-изменником и терпит его выходки уже много лет. Зачем он к ней присосался, я ещё могу понять – деньги, статус, авторитет, даже власть в какой-то мере. Без жены он ничего собой не представляет. Кроме смазливой мордашки предъявить миру нечего. Поэтому и вцепился мёртвой хваткой…
А вот она? Что держит её в этих странных отношениях? Неужели только секс?.. Или что-то ещё? Возможно, реализует материнскую роль рядом с молодым спутником. Инна сказала, что своих детей у Татьяны Ильиничны нет. Любит его по-матерински, вот и прощает всё, как нерадивому ребёнку.
Пытаясь понять чужие мотивы, я невольно поймала себя на том, что ведь я сама ничем не лучше. Влюбилась без ума в женатого мужчину и никак не могу его забыть. Ежедневно рву свою душу на части… Даже сейчас, после всего пережитого, стоило бы Егору только поманить меня пальцем, я плюнула бы на всё и понеслась за ним хоть на край света.
Как могу я судить других, если даже в собственной голове разобраться не получается?..
Глава 4
После обеда Инна Кирилловна повела меня в корпус для сотрудников, где мне выделили служебную квартиру на втором этаже. Здание находилось на берегу озера, а из окна моего жилища открывался прекрасный вид на симпатичный берёзовый лесок.
В квартире была одна небольшая комната с диваном и видавшей виды мебелью. Санузел, зашитый в белый кафель под самый потолок, порадовал вполне современной душевой кабиной. На кухне дела обстояли до крайности просто и лаконично: стол, стул и микроволновка. Впрочем, готовить я особо никогда не любила, да и времени не хватало, а выпить чашечку кофе можно и в таких спартанских условиях.
– Ну вот, твои хоромы, – со вздохом сказала Инна. – Не бог весть что, но жить можно…
– Ничего, обживусь постепенно… – успокоила я не столько Инну, сколько себя. После московских интерьеров здесь, конечно, было совсем простенько.
– Оля, если тебе здесь не понравится, можешь в ближайшем райцентре снять квартиру или даже отдельный дом, – посоветовала моя спутница. – У тебя же машина, а здесь езды от силы минут сорок. Меня муж каждый день привозит и увозит, уже приспособились…
Я обещала подумать, а пока отправилась переносить свои вещи из Тигуана. Неожиданно откуда-то взявшийся Степаныч в своей ковбойской шляпе, вызвался мне помочь. Совместными усилиями мы справились с багажом за каких-то полчаса.
Оставшись одна, я ещё раз осмотрела новое жилище и до такой степени захотела вдруг домой, что крупные слёзы непроизвольно покатились по щекам. Я бросилась на диван и плакала навзрыд. Всё здесь было для меня чужим и незнакомым. А своя родная квартирка, вся такая ухоженная и со вкусом обставленная, была так далеко… Ко всему хорошему привыкаешь очень быстро, а вот отвыкать приходится через боль, слёзы и страдания.
Невольно закралась крамольная мысль: а не побросать ли вещи обратно в машину и не рвануть ли домой… Ну не смогу устроиться врачом… Ну и что? Работы, что ли в столице для меня не найдётся? Однако что-то удерживало меня от дерзкого побега. И это было не только чувство долга перед пациентами и новыми коллегами, но и некое предчувствие того, что здесь, в «Сказах», скрытых в сердце уральских лесов, я обрету своё долгожданное счастье.
***
Чтобы не страдать бесполезной жалостью к себе, я утёрла слёзы и отправилась в ординаторскую. Инна Кирилловна уже уехала домой, и я, не стесняемая ничьим присутствием, взялась за дело.
Изучила анамнезы всех своих пациентов, сгруппировала их по диагнозам, отметила сопутствующие заболевания, просмотрела схемы лечения. Все полученные сведения занесла в Excel таблицу на своём ноутбуке. Когда всё систематизировано и разложено по полочкам, мне гораздо легче работать.
За делами я не заметила, как наступил глубокий вечер. Неумолимо приближалась ночь, а значит, нужно было идти в пустую квартиру на ночлег. Я постаралась убедить себя, что только переночую там, а утром сразу приду сюда, чтобы заняться всегда любимой работой, но такие доводы оказались не слишком убедительными для моего воспалённого разума.
Придя домой, я первым делом отыскала в своём багаже постельное бельё, пижаму, полотенца и туалетные принадлежности. Быстро приняла душ и нырнула под одеяло. Я долго лежала, прислушиваясь к ночным звукам, доносившимся извне. Здесь всё было совсем не так, как в большом городе.
Невероятная тишина, лишь изредка прерываемая криками ночных птиц и других лесных обитателей, была настолько непривычна, что просто не укладывалась в голове. Никаких шумов, ни человеческих голосов, ни грохота машин, ничего! Всё погрузилось в сон.