Не молчи...
Шрифт:
— Так-то лучше.
Она застенчиво улыбается мне. Я открываю дверь, и она садится в машину. Быстро обогнув авто, я сажусь за руль:
— Куда ехать?
— Я живу в Южной Пасадене. Прости, надо было заранее сказать. Вероятно, тебе совсем не по пути.
Я бы повез ее туда, куда она захочет, лишь бы быть рядом с ней.
— Да все в порядке, мне не трудно.
Она кивает.
— Ладно, спасибо.
— Итак, ты там выросла? — спрашиваю я.
Ари отрицательно качает головой.
— Нет, я переехала туда год назад. Мы с Вонн выросли в Ла-Хабре. Думаю, поэтому мне здесь так нравится, это напоминает родные места. Уехать дальше я не решилась, может, даже следовало найти место еще ближе к дому.
Я киваю.
— Да-а, в Колорадо много крутых мест. Ты должна позволить мне показать тебе их когда-нибудь.
— Да, мне бы это понравилось.
Потянувшись через коробку передач, я беру Ари за руку.
Бен укутывает меня толстовкой, и я думаю, что могла бы растечься лужицей. Одежда пахнет, как он. Я хочу вдохнуть его запах и никогда не выдыхать. Мы держимся за руки, и я отворачиваюсь к окну, пытаясь спрятать свою идиотскую улыбку, которую не могу стереть с лица.
— А ты где вырос? — спрашиваю я.
— На самом деле, недалеко от того места, где ты сейчас живешь. Сан-Марино, — отвечает он.
— Илай довольно милый. Давно вы дружите?
Бен улыбается и сжимает мою руку немного сильнее.
— Ага. Мы вместе росли. Наши родители были друзьями. Я единственный ребенок в семье, и Илай мне, как родной брат. — Его глаза сияют, когда он рассказывает. Я понимаю, насколько Илай важен для него.
— Что насчет тебя? Есть братья или сестры?
Я киваю.
— Да, у меня две сестры. Я старшая. Между каждой из нас разница в два года. Эмили — двадцать, Альбе — восемнадцать.
— Круто. Вы близки?
— Да. Иногда тяжело жить так далеко от них. Но мы созваниваемся, и они приезжают ко мне, когда есть возможность. — Я настолько погружаюсь в разговор, что не замечаю, как мы подъезжаем к моему дому.
Бен глушит мотор и пристально смотрит на меня. Я действительно не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.
— Может, хочешь зайти ненадолго? — Я еще никогда не была такой смелой.
Мое сердце бешено бьется, и меня бросает в пот. Бен не отвечает, а лишь улыбается своей крышесносной улыбкой и выходит из машины. Я следую его примеру, на ходу копаясь в сумке в поисках своих ключей.
Пытаюсь успокоиться, пока иду к квартире. Он близко, так близко, что я чувствую тепло, исходящее от его тела. Мы подходим к двери, и я отчаянно стараюсь унять дрожь в руках, чтобы открыть эту чертову штуку. После нескольких провальных попыток, Бен прижимается телом ко мне и кладет свою руку поверх моей.
Ари нервничает. Дрожащей рукой она пытается открыть дверь квартиры, и это добивает меня. Я кладу свою руку поверх ее. Мое намерение — просто помочь ей с замком, но я ощущаю потребность чего-то гораздо большего. Сладостный аромат ее кожи окружает меня, и я не могу ничего поделать с собой. Я должен снова прикоснуться к ней губами. Убираю ее волосы и припадаю жаждущим ртом к ее шее. Она тает в моих руках и своей аппетитной попкой трется прямо о мой стояк. Я хочу превратиться в Халка и сорвать эту долбаную дверь с петель. Делаю глубокий вдох, проворачиваю ключ и, наконец, мы заходим в квартиру.
Когда я переступаю порог, Ари разворачивается и прижимает руки к моей груди. Я делаю пару шагов назад, и она припечатывает меня к двери, тем самым закрывая ее. Захватывая мои волосы в кулак, она прижимается ртом к моим губам. Низкий рык вырывается из глубины моего горла. Ее губы пьянят и на вкус как смесь мяты и фруктов от выпитых напитков. Это чертовски сводит меня с ума. Наши языки исследуют каждый миллиметр губ друг друга. Мои руки плотно обернуты вокруг ее талии. Ох, я бы такое сотворил с этой девушкой!
Она прерывает поцелуй, и мы пытаемся отдышаться.
— Прости. Ты в порядке? — Нахмурив лоб, я в замешательстве смотрю на нее сверху вниз. — Я, как чокнутая, впечатала тебя в дверь. Все нормально?
Я нежно целую ее.
— Ты можешь впечатывать меня в любую поверхность в этом месте. Я обещаю, что не буду против.
Ари взволновано улыбается мне, и я, обхватив ее шею ладонью, увлекаю в наш новый поцелуй. На сей раз он медленный и не такой неистовый. Она издает стон, и от этого звука мои и без того тесные штаны становятся еще плотнее.
Я веду нас к дивану и сажусь, притягивая Ари к себе. Она седлает мои колени, ни разу не прервав наш поцелуй. Мне этого недостаточно. Я умираю, как хочу руками коснуться ее с ног до головы. Напоминаю себе, что она не такая, как другие. Не хочу напугать ее. Мне нужно ее доверие, поэтому я буду продвигаться постепенно, медленно.
Прервав наш поцелуй, я пытаюсь восстановить дыхание. Я даже не заметила, как мы оказались на диване. Оседлав его бедра, я чувствую член, пульсирующий напротив моего лона, и требуется вся сила воли, чтобы не двигаться. Бен отводит пряди моих волос и начинает целовать шею.
Опустив руки на его плечи, я начинаю медленно двигать бедрами, отчаянно пытаясь унять ноющую боль.
— Чего ты хочешь? — стонет он.
Я свожу нас обоих с ума. Мое тело хочет этого, но разум... Кого я обманываю? Я даже думать не могу в этот момент.
— Я, ох… м-м-м? — Я не в состоянии сформулировать связное предложение.
Бен хрипит и прерывисто дышит. Он протягивает руку между нашими телами и начинает стягивать с меня джинсы. Я слишком далеко зашла, пытаясь достичь кульминации, и не могу перестать двигаться, продолжая свой медленный танец бедрами. Ему удается расстегнуть пуговицу, и я приподнимаюсь, позволяя Бену сдвинуть мои джинсы на бедра. Я ускоряю свой темп. Ощущение его рук на моей обнаженной коже увеличивает мое возбуждение.
— Можно я потрогаю тебя? — Он тяжело дышит мне в ухо.
Я киваю в ответ, и он тут же скользит пальцами мне в трусики, прямо к моему центру.
— Твою мать, ты мокрая, — стонет Бен. Его пальцы легко скользят, и он двигает рукой так, что пальцы моих ног поджимаются.
Крик вырывается из моего горла.
— Я уже близко, — говорю я, задыхаясь.
Большим пальцем Бен массирует мой ноющий клитор, и я взрываюсь. Мое тело словно плавится. Я вижу звезды... Иисуса... Марию... Вот черт...