Чтение онлайн

— Всего тут четыре комнаты, — рассказывает, как заправский экскурсовод, Полина, — в каждой комнате живет по две девочки. Всего вас тут семь. С большей частью ты познакомилась, с остальными встретишься завтра, когда с работы вернутся.

Квартира современная и молодежная, выполнена в стиле хай-тек. Здесь есть всё, что нужно для комфортной жизни. Даже посудомойка и та присутствует.

— Ты будешь жить с Айнагуль, — сообщает наставница, — смотрю, вы с ней поладили. Также расскажу несколько правил.

Она поворачивается ко мне и начинает рассказывать, загибая пальцы:

— Ни с кем не ругаться, за это штрафы, мужиков сюда приводить запрещено. Для этого есть отдельные квартиры, но это позже.

— Что такое отдельные квартиры?

— Это когда ты берешь увольнительную, если клиент хочет, чтобы ты потанцевала с ним в постели, — она подмигивает мне, пока я пытаюсь справиться с очередной порцией шока.

— Я не буду… — сглотнув невидимый ком, отрицательно мотаю головой. Меня начинает накрывать новая волна истерики.

— Будешь, куда ты денешься. За счет этого сможешь быстро долги отдать. Но ты не беспокойся, тебя сначала Боно оприходует, а потом уже остальные пойдут. У него правило такое, на новеньких, — на этой фразе в голосе чувствуются новые нотки, которых раньше не было. Это злость или обида.

— Ясно, — киваю, переваривая ее слова. Значит, я не просто стриптизерша, но и еще проститутка. Круто. Об этом меня не предупредили, хотя следовало догадаться.

Улыбайся, Ника, черт возьми, несмотря ни на что…

Полина уже ушла, оставив меня одну. Наедине со своими мыслями, в которых я отказываюсь воспринимать эту реальность. Кажется, что всё происходит во сне, и если проснуться, исчезнет. Боно, Хмурый и отец, продавший меня в счет долга. Я даже щипаю себя, надеясь, что как по щелчку пальцев снова окажусь в своей уютной кроватке, проснувшись от кошмара. Но нет. Естественно, я не просыпаюсь. Это суровая реальность, в которой приходится учиться существовать.

— Ник, — Полина возвращается с парой пакетов в руках, — тебе Боно передал. Шмотки твои.

Она небрежно бросает на кровать вещи. Из одного пакета выпадает клатч, с которым я приехала на станцию. Это очень радостная новость, там самые нужные вещи. Паспорт, скорее всего, они уже отобрали, но фотография родителей и блокнот мне очень нужны.

— А сам Рома не пришел? — озвучиваю вопрос и осекаюсь.

Полина презрительно смотрит на меня и недовольно морщится.

— С Боно ты увидишься потом, когда он проверит твои способности в коленно-локтевой или еще какой позе. Не переживай, он обязательно придет, но только в «Спектру» и когда будет нужно.

Фыркнув, она выходит из комнаты. Я озадаченно смотрю на коричневую дверь, понимая, что нажила себе врага в первый же день. Просто так мне Полина не простит интерес к Роману.

Просыпаюсь рано утром от звонка. Мобильный у меня не отобрали, чему я несказанно рада. Значит, не всё так печально, есть возможность общаться хотя бы с друзьями. Посмотрев на экран мобильного, вижу входящий от отца. Неприятное чувство сжимает горло. Разговаривать с ним не хочется, но пальцы сами собой свайпают зеленую кнопку и прислоняют смартфон к уху.

— Ника, — суровый голос заставляет вздрогнуть, — немедленно приезжай домой! Ты меня слышишь?

— Зачем мне домой?

— У меня к тебе серьезный разговор. Это не по телефону. Срочно приходи. Я жду!

Отец сбрасывает звонок, а я еще несколько минут сижу с трубкой возле уха, переваривая короткую беседу. Зачем я ему понадобилась? Может, он обнаружил способ вытащить меня отсюда? Передумал?

Конечно, он нашел деньги и понял, что не готов отдавать свою дочь в лапы Хмурого. Как я сразу не догадалась.

Подскочив на месте от своего озарения, я начинаю осматриваться по сторонам: мне не говорили, можно выходить или нет. Но можно спросить у девушек, на каких условиях они тут содержатся.

Наспех одевшись и собрав волосы в высокий хвост, прохожу на кухню. Там уже пьют чай Айнагуль и Августина. При виде меня девушки резко замолкают и заинтересованно наблюдают.

— Ты куда-то собралась? — первой нарушает тишину Августина. С этой черноволосой девушкой с большими глазами цвета моря я тоже подружилась. Она — моя ровесница, работает тут всего два месяца. По ее словам, решение пойти в стриптиз приняла самостоятельно.

— Мне нужно домой, отец звонил. Попросил срочно приехать.

— Ты его еще называешь отцом после того, что он с тобой сделал? — Августина удивленно косится на Айнагуль, которая смотрит в чашку с чаем и ничего не говорит.

— Он исправит ситуацию. Уверена, что всё нормализуется, — тараторю я, возбужденная мыслью, что мне срочно нужно поговорить с отцом, — я только хочу спросить, можно ли мне выходить из дома? Я не особо поняла Боно…

Айнагуль тянется к подоконнику и протягивает лежащий там конверт. Девушка ничего не говорит, но по ее грустному лицу понятно, ничего хорошего там нет. Распечатав послание, я обнаруживаю внутри фотографию Павлика. Ни подписи, ни письма. Одна фотка.

— Боно велел передать тебе, когда ты задашь мне этот вопрос, — поясняет Айнагуль, — ты можешь свободно перемещаться по городу, но намек тебе понятен. Не дури.

Я кладу конверт обратно на стол, одаряя Гулю тяжелым взглядом.

— Передай Боно, что я его поняла.

Уже через полчаса ноги приближают меня к дому родителя, а я предвкушаю разговор. Настроение на нуле. Всю ночь я не могла заснуть, прокручивая в голове произошедшее и переписываясь с подругами. Девчонки, как могли, пытались утешить и даже были готовы начать сбор необходимой суммы денег, чтобы вытащить свою подругу, но я отказалась от этой затеи. Это проблемы нашей семьи. Но за моральную поддержку благодарна. Каспер с Лешим тоже писали и даже пытались позвонить, но разговаривать ни с кем не хотелось. Только до Савы не могла дозвониться. Единственное, что я узнала, это то, что ему оказали медицинскую помощь и он в порядке. Сам же парень мне не писал и не звонил. Я отправила ему сообщение с вопросом, как он, но отчет о доставке пока что не пришел.

Перед тем как зайти в дом, я еще раз пробую позвонить Саве, но абонент недоступен. Это очень странно, потому что раньше он всегда был на связи.

— Пришла? — руки не успевают коснуться двери, как та сама открывается, и я сталкиваюсь на входе с отцом.

Он выглядит не лучшим образом: помятый, с фингалом под глазом и запахом перегара. Скорее всего, тоже всю ночь не спал, переживая за меня.

— Что случилось? — растерянно спрашиваю, пытаясь заглянуть в дом, но папа не дает мне этого сделать, закрывая за собой дверь.