Чтение онлайн

— Хорошо, — соглашаюсь и выхожу на улицу. Ледяные капли сразу ударили по лицу, которое я подняла к небу.

— Ты так хотел стать моряком, — прошептала я, наслаждаясь ливнем, — а стал ледяным дождем, который я полюблю так же, как и тебя.

Год спустя

— Руслан, как ты не понимаешь! — от возмущения я была готова рычать и топать ногами. — Мне нужно, чтобы вот эта маленькая коробка, лежала на большой, а рядом с ней положить вот эту, — я в очередной раз показала на коробку, которая лежала на полу и поджала губы.

— Какая разница, я не понимаю, — мужчина закатил глаза и, наконец, положил всё так, как я прошу и закинул на шкаф третью коробочку, — это принципиально?

— Да. Потому что те легкие, а эта тяжелая. Если тебя не будет рядом, я смогу маленькую достать, стащив большую…

— Тогда тебе придется два стула друг на друга поставить, — засмеялся Рус и спрыгнул на пол, — ты же не достанешь!

— Стремянку куплю. Лучший вариант для карликов. Спасибо за помощь, — выдыхаю, радуясь, что в комнате стало свободнее. В квартире, где я живу, очень высокие потолки и у меня никак не получалось забросить мешающие коробки на шкаф. Целый месяц ждала Руслана, пока тот вернется с командировки и поможет. Но, как оказалось, у нас с ним разные понятия о порядке. Ему проще просто закинуть мешающие вещи наверх, а мне нужно, чтобы всё было по фен-шую. Из-за этого чуть не поругались.

— Давай, ты лучше будешь просить меня, если что-то будет нужно. Хорошо? — Рус отряхнул руки и подмигнул мне, — собирайся, за Игорем пора. Сейчас пробки начнутся, долго добираться будем.

— Я и так тебя достала уже со своими просьбами. То у меня душевая засорилась, то свет не включается, теперь коробки забросить не могу, — виновато улыбаюсь, на что мужчина молча проходит в коридор, начиная обуваться. Он не комментирует мое последнее предложение, а я знаю почему — не достала. Ему нравится мне помогать и заботиться, хоть я и чувствую себя неловко.

Кажется, у нас отношения. Кажется. Прозрачные, только зарождающиеся. Пугливые, как солнечный зайчик, но проливающие свет к надежде на нормальную жизнь. Все эти месяцы Руслан был рядом со мной, помогая восстановиться после ада, который мне пришлось пережить. Терпел мои истерики, поддерживал, когда опускались руки и не отпускал. Как бы не просила, не бросал. Постепенно мы сближались, но всё равно между нами еще был барьер в виде моего прошлого. Точнее, моей любви к Боно.

Я училась жить заново. Пыталась строить жизнь, каждую минуту помня, что фундамент её заложен на костях. Осознание больно било меня и порой загрызало, из-за чего я задыхалась от слез. Сложно дышать, наслаждаться видами культурной столицы зная, что по твоей вине другие покоятся в земле. Мне давалась с трудом новая жизнь. Если бы не Игорь, возможно, я давно наложила на себя руки. Но мой сын был стимулом жить, чтобы дать ему самое лучшее. Отдать всю себя и обеспечить нормальную жизнь. С первой минуты нас потянуло друг другу, и мы не могли разлучиться. Это мой сын. Единственный ребенок, самый родной человечек, которого я очень сильно люблю.

Назар Волков сделал нам новые документы, как обещал, испарившись из нашей жизни, и это радовало. Мне не хотелось больше иметь ничего общего с людьми из криминального мира. Было достаточно Боно, который так и не смог оттуда уйти.

Новая жизнь, город, имя, я. Не знаю, сколько потребуется еще дней чтобы залатать все раны, но я решила — буду жить. Ради сына. И Руслан мне очень помогал. Он — уютная каюта, в которой знаю, никто меня не тронет. Он защитит, если будет необходимость.

— Мам, я налисовал лучший лисунок в глуппе, — я поймала своего сорванца в раздевалке детского садика, куда меня привез Рус. Рычать мы так пока и не научились. Боковым зрением вижу Анжелику Викторовну, воспитательницу, которая спешит ко мне. Снова Игорь что-то натворил.

— Доминика Сергеевна! — поджала губы женщина, поравнявшись со мной. — Игорь опять подрался! Это уже ни в какие ворота не лезет! Он через день бьет детей.

— Я поговорю с сыном. Объясню, что так поступать не стоит, — виновато говорю, сурово смотря на Игоря.

— Я не виноват. Они сами виноваты. Я заступился за Дашу! — возмутился ребенок.

— А в понедельник за Свету! Игорь, нельзя решать все конфликты кулаками! — возмущается Анжелика Викторовна.

— А если иначе не получается? Как быть? — прищурился мальчик, выводя воспитателя из себя окончательно.

— Вам нужно заняться воспитанием своего ребенка. Я за всеми не успеваю следить. Только ваш такой неугомонный. Мальчику явно не хватает мужского влияния. Поговорите с его отцом уже в конце концов!

— Мой папа на секлетном задании. Он ловит плеступников, — Игорь опять перебил женщину.

Анжелика Викторовна осеклась и, злобно на меня посмотрев, пошла прочь. Она не одобряла легенды, которые часто рассказывали детям про отцов, которые бросили свою семью. Мы с ней неоднократно говорили на эту тему, женщина советовала перестать врать сыну и рассказать правду. Но мне нечего было рассказывать. Мой сын сам придумал себе историю, в которую охотно верил. Мне не хотелось раньше времени рассказывать о том, что его отец погиб.

Поэтому я проигнорировала недовольство Анжелики Викторовны, поцеловала Игоря в щеку и стала помогать ему переодеваться, чтобы скорее покинуть это место. Не хватало в очередной раз сцепиться с мамочками побитых детей. Они и так меня на дух не переносили, отпуская в спину язвительные фразочки и осуждения. Их раздражало, что Игорь постоянно говорит про своего папу-полицейского. По мнению родительниц, я родила от какого-то наркомана, который сел, умер от передоза или просто нас бросил. Слушать снова подобные гадости не хотелось, поэтому мы торопливо вышли из садика.

На улице царствовало лето. Наступил август. Несмотря на месяц, в Питере шел дождь и солнцем не пахло. Я слышала от том, что этот город умеет удивлять и он это сделал сразу. Начнем с того, что в первые две недели я узнала все виды дождей и ветра и научилась в них разбираться. Говорят, всего существует одиннадцать видов и сейчас шел дождь-шпион. Это когда дождь там, где вы находитесь. Там, где вас нет, нет и дождя. Всю зиму тоже шел традиционный зимний дождик, и снега мы не заметили.

— Дядя Луслан! — Игорь бросился к мужчине, который ждал нас возле ворот. Я скромно улыбнулась и тоже поспешила с ним.

— Заждался? — подойдя, поправила Игорю кепку и убрала руки в карманы кожаной куртки. Руслан подхватил моего сына на руки, подбрасывая, вызывая у ребенка бурю эмоций. Они хорошо ладили, и Игорь радовался, когда его новый друг заезжал в гости. Руслан часто бывал в командировках, но когда он был в Питере, мы виделись.

— Сразу домой? — спросил Руслан, поправляя красную шапку моего сына.

— Конечно, — соглашаюсь. Мой маршрут в этом городе ограниченный. Дальше работы, садика и дома я редко выбираюсь.

Мужчина проводил нас к своему авто, открывая мне дверь, а сам поместил Игоря на заднее сиденье в автокресло. Я знаю, что он приобрел кресло специально для нас. Все эти месяцы Руслан выступал в качестве моего ангела-хранителя, который пытался заботиться обо мне и сыне. Он это делал ненавязчиво, боясь меня спугнуть, осторожно становясь еще ближе и роднее. Терпеливо дожидаясь, когда я буду готова к новому этапу.

И сейчас, припарковавшись напротив нашего дома, он не напрашивается на чай, зная, что могу отказать. Я постоянно придумываю отмазки, потому что стыдно всякий раз, когда вижу, как он старается, пока убиваюсь по Роме. Я живу своим прошлым, хороня будущее. Забавная картинка, с которой ничего не могу поделать. У меня всё еще болит.