Чтение онлайн

Я угрюмо поджала губы, тихо подошла к тахте и изящно присела на самый край. Прилежно расправила складки платья, смахнула несуществующую пылинку. Все, чтобы не смотреть на него.

Дагон же сопровождал каждое мое действие ироничным взглядом.

— К чему эти выяснения, орк? Зачем ты меня звал? Если только ради этой пустой беседы, то я предпочту удалиться.

Он так резко захохотал, что я подпрыгнула от неожиданности и на миг растеряла хладнокровие.

— Что же, раз ты не хочешь признаваться, моя маленькая бесстыдница, тогда давай поговорим, по какому делу ты вообще приходила?

Я уныло подумала, что теперь это и значения то не имеет. Но отговорок я придумать не успела, пришлось отвечать:

— Мне здесь скучно, я не чувствую себя полезной.

— Иди к Урсе, будешь ткать ковры.

— Нет! — горячо запротестовала я. — Не хочу я ткать ковры. Я ткать вообще ненавижу.

— Простите, Ваше Высочество, — у гадюки яда меньше, чем в его голосе, — балов не устраиваем, прихлебателей не имеем.

Бросила на него укоризненный взгляд.

— Я могу большее, Дагон.

— Угу. Строить козни, сбегать в неподходящее время, устраивать скандалы.

— Я обучалась грамоте, арифметике, истории, географии. Знаю несколько языков, в том числе древнее наречие эльфийцев. Я могу помогать тебе вести подсчет, составлять письма и рассматривать прошения.

Делать все это уже не хотелось. Это был просто ход, чтобы быть поближе к орку. Но теперь…

Он молчал, лишь изредка окидывая меня задумчивым взглядом. Мне же сказать больше было нечего.

— Знаешь, пташка, ты ведь права, — наконец произнес орк. — С твоими знаниями нельзя гулять по саду да около Урсы отсиживаться. И не начинай спорить, я прекрасно знаю, как ты проводишь здесь время. Но у меня есть идея получше.

Прекрасно, он еще и считает меня лентяйкой. А я ведь не виновата, что создана не для чистки лука!

— Безграмотность населения давно пора искоренять, — продолжал Дагон. — К сожалению, хорошее обучение у нас получают лишь дети доминов да богатых ремесленников. У воинов просто нет времени на то, чтобы учить детей чему-то кроме сражений. А раз ты проявляешь инициативу, то давай так — я поставлю тебя наставницей к детям из моего клана. Если справишься, то будем дальше развиваться в этом направлении.

У меня от изумления совсем неприлично приоткрылся рот. Он совсем сбрендил от жабьих зелий? Я и дети? Да как их учить? Я младшего братца то хоть и любила, но более получаса вынести не могла.

Боже…

— Это не совсем то…

— Да, это прекрасная идея, — радостно воскликнул Дагон.

Я лишь сдержанно улыбнулась ему в ответ. Во что ввязалась…

Уже собиралась уходить, когда орк повелительным жестом остановил.

— Останься, хочу поужинать с тобой.

Во время трапезы, услужливо принесенной Исой, я держалась холодно и немногословно. Орк пытался вести себя как обычно, много язвил и почти весь ужин посвятил обсуждению моей испорченности — разумеется, он не оставил случая посмеяться над моим любопытством. И хоть желание пройтись кулаками по самодовольной роже было велико, но я сдержалась.

Боже, какой же все-таки поганый рот у орка! Несет такую чушь, что уши вянут. Только целуется хорошо, даже слишком. Я тут же одернула себя, запретила даже думать о поцелуях орка.

Когда экзекуция, названная ужином, подошла к концу, я с облегчением выдохнула. Все-таки, такой импульсивной особе, как я, очень тяжело держать хладнокровную маску, особенно в присутствии Дагона.

— Каталина, — вновь окликнул он меня уже на пороге.

Я резко обернулась и удивилась — Дагон стоял с растерянным видом, крутил в руках деревянную шкатулку и смущенно улыбался. Моргнула и видение его неуверенности тут же исчезло.

— Что там у тебя?

— Скоро ведь праздник Дерша. У нас принято преподносить дары злым духам, чтобы задобрить их. Поэтому, хочу сделать подарок тебе.

Я угрюмо пождала губы — вот зараза, даже сейчас не может быть серьезным.

Стремительно приблизилась к Дагону, нерешительно приоткрыла изящную крышку шкатулки.

Слезы вновь невольно выступили на глазах.

Внутри, на бархатной подложке, располагалась тонкая тиара, украшенная жемчугом и россыпью множества кристаллов, которые напоминали осколки звезд.

Удивительно красивая и хрупкая, она будто была выдернута из моей прошлой жизни, в каждом камне можно было заметить отражение дворца, величественных балюстрад и мерцание позолоты.

А самое страшное, что казалось это таким далеким, старым. Будто и не со мной было.

Шумно выдохнув, я подняла глаза на орка. Он выглядел обеспокоенным — возможно, что впервые преподносит подарок лично, в гарем то все доставляли через третьих лиц.

Прямо заглянула в желтые глаза и спокойно улыбнулась.

— Благодарю, Дагон. Злой дух задобрен, не сомневайся.

— Что, — кривая ухмылка пересекла лицо, — злой дух даже не ответит противному орку благодарственным поцелуем?

Поцеловать его хотелось так, что губы запекло. Но меня нервировали эти орочьи игры. Он хоть сам может определиться, нужна я или нет?

Немного подумала, потом утвердительно кивнула, медленно потянулась к орку.

Прошлась по его губам легким, невесомым поцелуем, который не продлился и пары секунд.

Дагон выглядел удивленным и будто зачарованным. Даже не выдал очередных язвительных пакостей.

Присев в издевательском реверансе, я улизнула за дверь.

Разбудили меня безбожно рано, самым жестоким образом выдернув из постели.

Мало того, что я пол ночи металась к сундуку, проверить, не стащили ли мою тиару, так потом еще и долгое время не могла уснуть из-за близости такого количества женщин, которые хорошим отношением ко мне не отличались.

Настроение было паршивое, а когда заметила, что все остальные еще мирно спят, то и вовсе рассвирепела.

— Не дерзи, — отвечала на мое фырчанье Ру. — Домин приказал поднять тебя пораньше. Сказал, что ты теперь деток учить письму и чтению будешь.

Орчиха насильно протащила меня в купальню, где облила холодной водой, отчего лучше мне не стало.

— Ох, разве можно тебя к деткам пускать-то? — грустно вздохнула она.

— Ты чего ко мне прицепилась?

— А ты чего к детям напросилась?

Я предпочла игнорировать дальнейшие стенания Ру.

Она же, в свою очередь, решила меня сегодня опекать — помогла одеться в светлое, почти скромное платье, уложила волосы в две косы вокруг головы. Интересно, что за цель преследует старая паучиха? Откуда такая благосклонность? Или так ей нравится возможность высказывать свое мнение обо мне, прикрываясь помощью?