Чтение онлайн

Ира уже всё поняла, но не стала прерывать мужчину. Ему наверняка требовалось кому-то выговориться, потому что жилось трудно. Когда дочка Виолетта попала в аварию и ей спрогнозировали до конца дней лежать в кровати бревном безо всякой надежды подняться на ноги, жена Ивана Александровича не выдержала. Устав от бессонных ночей, криков и стонов дочери, она подала на развод и уехала. Громов остался один на один со своей бедой. И продолжал бороться за Виолетту, какими-то неимоверными усилиями сохраняя веру в выздоровление самого родного человека.

— Знаешь, Иринка, их врачи сказали, что у дочки моей есть шанс. Тамир не обманул меня. В обмен на фирму, организовал ей лучшую клинику в столице с самыми передовыми технологиями оборотней и новейшим оборудованием. Виолетта сейчас там. Одна операция уже проведена. Осталось еще две, а затем длительный период реабилитации. Я не мог упираться. Дочь для меня дороже всего в этом мире. Ты, как никто другой, должна меня понять, Ириша.

— Да, я понимаю, — прошептала она.

— Я уезжаю уже завтра. Навсегда.

Хотелось бы сказать, как ей жаль, но… Ради своей Евы, ставшей для нее смыслом жизни, она бы тоже пошла на всё.

— Удачи вам и Виолетте, Иван Александрович. Мне было приятно работать под вашим началом.

— Мне тоже. Я и тебе желаю счастья, Ирочка.

— Позвоните хоть, расскажите, как сложатся ваши дела? — смахнув слезинку, попросила Ира.

— Обязательно.

А потом она разогнулась, почувствовав, что стала объектом чьего-то пристального изучения. Словно кто-то ощупывал ее сверху донизу, только на расстоянии. Подняла голову и… забыла, как дышать — сердце поднялось к самому горлу, отбивая набат в ушах. Прямо на нее черным пронизывающим взглядом уставился Тамир Алдаров. Он бесстыдно пожирал ее своими глазами, нагло раздевая с ног до головы. Так хищник смотрит на свою жертву. Паника взвилась вверх, сжимая грудь, лишая способности здраво мыслить. Ира уже дернулась было бежать, но вспомнила, как ее с детства учили — никогда не бежать от собаки. Догонит — разорвет. А что уж говорить об оборотнях?! Единственное, что она позволила себе, так это отвести глаза, изо всех сил сражаясь с подступающим страхом. И с глухим раздражением на саму себя из-за неспособности противостоять бешеной энергетике этого оборотня. А уж от возмутительно белоснежной и ослепительной улыбки, в которой он продемонстрировал ей свои острые клыки, она почувствовала, как стало горячо всему телу, и к щекам прилил румянец. Ира с трудом протолкнула ком, вставший в горле, и почувствовала облегчение, едва коснувшись металлического диска на браслете.

Призвав себя к порядку, Ира сделала глубокий вдох и успокоила себя тем, что Алдаров этот не сумеет узнать ее. Да и мало ли в его жизни было женщин? Тем более тогда он был выпившим, она — в маске. Просто нужно вести себя, как ни в чем, ни бывало. Однако на лице Тамира явственно светилось обещание. Ирина сглотнула, окунувшись в ту единственную ночь с пугающим до дрожи в коленках незнакомцем. Как известно, оборотни страстные, неутомимые и ненасытные в любви парни. Нет, поправила себя Ира, не в любви, в сексе. Любовь у оборотней может проснуться только к своей истинной паре.

Но надо признать, время, проведенное с Алдаровым, стоило того. Плевать на исполосованную когтями спину, распухшие губы, сорванный голос, отметины по всему телу от его рук да укусы с засосами! Как бы там ни было, Тамир, вызвав в ней безумное желание, подарил ей не только ночь, наполненную незабываемой близостью и граничащей с дикой страстью, он подарил ей дочь. Но если он узнает об этом, ни Еве, ни ей не жить. Наверное.

Ира мягко похлопала по плечу Ивана Александровича, и, проигнорировав гарантированное продолжение той ночи на лице Тамира, заскочила в первую попавшуюся дверь. Она вела на пожарный выход. Застучав каблуками по ступенькам, Ира ломанулась в свой кабинет, на ходу раздумывая, как бы свалить из этого города. Вот уж точно понедельник — день тяжелый! Ира отчаянно тряхнула головой, избавляясь от пагубных мыслей. Нет, никуда она не поедет! Это глупая необдуманная идея, а самым правильным сейчас будет разговор с Лодоем. Он подскажет. Он посоветует. Он всегда выручал ее с тех пор, как она приехала сюда.

Успевшая опасть листва шуршала под ногами. Ева, уже успевшая несколько раз обернуться то ныряла любопытной мордочкой под кусты, то совала нос в горки с еловой иглицей, довольно фыркала и безостановочно нарезала круги вокруг матери, пока та не шикнула и не призвала ее к порядку. Вернув себе человеческий облик, девочка нисколько не забыла об играх — подбрасывала горстки разноцветных листочков и восторженно пищала, наблюдая за импровизированным листопадом. Ира снова, словно параноик, оглянулась, ожидая погони. Мысленно надавала себе оплеух и пошла дальше.

Едва заметная тропка привела к звонкому прозрачному ручейку. Поднявшись вверх по его течению, Ира с дочкой вышли к небольшой, окруженной высокими вечнозелёными деревьями, полянке. В ее глубине под пушистыми лапами старых елей стоял бревенчатый дом с широким крыльцом и террасой, чуть поодаль слева расположилась парочка хозяйственных построек, справа — колодец. В центре поляны было устроено кострище, обложенное по кругу плоскими камнями.

При появлении Иры и Евы со ступенек поднялся коренастый мужчина.

— Лодой! — радостно взвизгнула Ева, рванувшись к нему.

Ира улыбнулась — сколько знала Лодоя, а определить его точный возраст не бралась, хотя догадывалась, что шаман уже не молод. Умные карие глаза в раскосом чуть узковатом разрезе смотрели ласково и дружелюбно. Серебро седины так и не коснулось длинных черных волос, заплетенных в две косы и украшенных перьями птиц да разноцветными амулетами. Тонкий кожаный ремешок обхватывал лоб. Одежда Лодоя всегда отличалась простотой и практичностью: льняная белая рубаха с замысловатым орнаментом по вороту и рукавам, мягкая свободная куртка, такие же штаны и удобная обувь. На кожаном поясе крепился охотничий нож и всевозможные принадлежности, назначения коих Ира так до конца и не знала. Зато знала, что в любых ситуациях всё необходимое у него было под рукой.

— Привет, красавица, — шаман раскрыл Еве свои объятия и по обычаю погладил по голове. — Как твои дела?

— Сегодня Маринка обидела меня, и я очень…очень, — многозначительно повторила она, — хотела цапнуть ее когтями. Но сдержалась, услышав себя…другую.

— Умница. Ты прислушивайся к себе, Ева. Та, другая твоя сущность, она мудрее человека. Волчица внутри тебя всегда подскажет, как правильно поступить.

Девочка кивнула и поспешила поделиться своими успехами:

— О, Лодой! Я сумела обернуться несколько раз и у меня больше не болела и не кружилась голова, как раньше. Я впустила волчицу в свою душу, и мы стали единым целым,…правда, ненадолго.

— Не всё сразу, малышка. Ведь в тебе половинка оборотня, половинка человека, — увещевал Лодой, а сам смотрел на Иру.

— Что? — насупилась та.

— Пойдемте в дом, — пригласил он. — Ева, а ты покажешь мне свой оборот?

Ей не требовалось повторять дважды, Ева радостно заверещала и помчалась внутрь. Когда Ирина вошла дом, по просторной комнате уже носился волчонок, повизгивая и махая тугим хвостом. Волчье обличье Еве нравилось куда больше чем, человечье. Однако Лодой предупреждал ее, что чем дольше она будет волчицей, тем сложнее ей будет вернуться в прежний облик, пока не научится полному контролю. Будучи полукровкой, Ева рано обернулась в первый раз, и, несмотря на удачный оборот, контролировать обе свои сущности у нее получалось не всегда. Она даже как-то провела в зверином обличье четыре дня, жалась к ногам и жалобно скулила, прося помощи. Ира тогда чуть с ума не сошла от переживаний. Думала — поседеет вся, не имея понятия, как исправить ситуацию. И на подсознательном уровне чувствовала, как паника, охватившая ее маленькую дочурку, давит на нее, сжимая в свои тугие кольца.

Лодой же всё то время находился рядом, говорил с Евой терпеливо и ласково, касался пальцами ее носа, лба и грудины. И так в несколько подходов, пока, наконец, девочка не переборола свой страх, панику и растерянность и не вернулась в человеческий облик. Шаман с тех пор учил ее самоконтролю, как успокоить дыхание, чтобы не терять себя, кем бы ни была в определённый промежуток времени, потому что все равно она единое целое. Ева впитывала в себя знания подобно губке, иногда совершала ошибки, но тут же исправляла их. Достижения девочки несказанно радовали шамана.