Чтение онлайн

«Надо было рассказать ей раньше…» — простая мысль озаряет сознание и тут же скрывается в туче непонятных, больше похожих на бред воспоминаний, связанных с Никой. То время действительно было больше похоже на кошмар, страшный сон, отдающийся тупой болью в груди, но рана зажила, оставив уродливый шрам прямо на сердце, показывать который кому-либо кажется диким и чем-то противоестественным.

Карие глаза напротив меркнут, а затем и вовсе опускаются, не позволяя увидеть скрытое в них настроение их хозяйки. Кир мягко касается руки Леры, будто спрашивая, в порядке ли она, на что она только молча качает головой и еле заметно отстраняется. Друг на мгновение застывает, упершись нечитаемым взглядом в стол, но спустя секунду поднимает глаза на именинника.

Представшая глазам картина режет по живому уже в который раз, но я ничего не могу с этим поделать, слишком далеко все зашло…

Громкий смех окончательно вырывает из мыслей, и мы словно отученные актеры снова натягиваем улыбки на лица, однако не проходит и минуты как слово перехватывает Ника:

— В дополнение к поздравлениям, хотела вас еще отдельно поздравить со скорой помолвкой, — я удивленно вскидываю голову и смотрю на Диму с Лизкой. Судя по выражению лиц всех присутствующих, они удивлены не меньше меня, хотя, о чем говорить, даже сам именинник стоит с глазами по пять копеек.

— Кхм… Спасибо, — прокашлявшись выдавливает из себя Дима, и кидает едва заметный взгляд на Лизу.

— Не вини ее, по себе знаю такое счастье трудно утаить, — от услышанного воздух застревает где-то в глотке, и я с громким стуком ставлю фужер на стол, чем вызываю настороженные взгляды Кира и непосредственно именинника.

— Спасибо, Вероника, мы с Лизой ценим твою заботу, — сухо отвечает Дима, пока я стараюсь угомонить самого себя, убеждая, что публичные сцены тут ни к чему. Выходит скверно, но и это оказывается не предел.

— Не за что, это так прекрасно, когда люди женятся, — скулы сводит от напряжения. Я не выдерживаю и начинаю сверлить убийственным взглядом лицо Ники, — к тому же возраст, уже такой, хочется тепла, уюта и заботы, — с каждым словом ее губы растягиваются все шире, и стоит взгляды Вероники мазнуть по Лере с Киром как меня окончательно срывает.

— Рад, что подобные вещи все еще тебя вдохновляют, — резко обрываю я, совершенно не понимая какими силами мне удалось сохранить ровность голоса, — но думаю сейчас не время смущать именинника…

Ника одаривает меня понимающим взглядом наглых глаз, но тормозить не спешит, впрочем, как и всегда. Она, очевидно, не успокоится пока не доведет кого-нибудь здесь до ручки.

— Ты прав, не смогла удержаться, подобные торжества в нынешнее время, к сожалению, редкость, а тут целых два, — Ника торжествующим взглядом смотрит на застывшее лицо Леры, и я устало прикрываю глаза. Видимо по-хорошему все же не выйдет…

— Пойдем, прогуляемся, — металлическим тоном произношу я, и поворачиваюсь в сторону двери, но меня останавливает внезапно раздавшийся голос Кира:

— Я думал времена, когда тебя волновало чужое счастье уже в прошлом, — друг испытующе смотрит на Веронику, и по напряженной фигуре понимаю, что Кир настроен серьезно. Радует, что хоть Лера выдохнула.

— О прошлом иногда приятно вспоминать…

— А еще приятнее забывать.

— Кир… — настороженно произношу я, видя состояние друга. Это со мной можно играть в подобные игры и не опасаться, а вот Кир, если заведется, то тесно будет всем.

Друг сверкает стальным блеском в мою сторону, но все же заметно утихомиривается.

— Выходи, — киваю Нике в сторону двери, но девчонка и не думает сдвигаться с места, только буравит Кира колючим взглядом. Краем глаза замечаю взволнованные глаза Леры, и легким кивком головы показываю ей молчать. Во всяком случае на людях, потом уже наедине будем разбираться… Может снова в рожу получу, всяко лучше, чем позволить Нике распустить свой язык при всех.

— Интересная ситуация, однако, получается, — медленно тянет Вероника, поочередно осматривая каждого из нашей троицы.

— Ника, — предостерегающе окликаю я. Не от нее Киру надо слышать о вчерашнем, зная ее способности все будет расписано в самом наилучшем свете, где Ника будет бедной запутавшейся девочкой с наивными мечтами, а мы с Лерой станем подлыми грешниками, попирающие любые нормы приличия и морали. Знаем, проходили в свое время…

Вероника лениво с неким, только ей одним понятным, превосходством поворачивает голову в мою сторону и изучающе вглядывается в глаза. Лицо застывает словно маска, я словно хищник готовый к атаке только и жду повода напасть, однако Ника неожиданно отводит взгляд и с легким чувством вины смотрит на окружающих.

— Простите мне мое поведение, я не хотела никого обидеть, мне, наверное, действительно пора, — с губ невольно срывается смешок, слишком хорошо я знаю ее подлую натуру.

Вероника делает несколько шагов ко мне, и я благосклонно уступаю ей дорогу, ведущую прямиком к выходу, но моя персона, видимо, интересует ее больше, чем всеобщее облегчение от ее ухода.

Ника подходит ко мне вплотную, и доверительно шепчет:

— А ты все же не такой правильный как я думала, хотя оно и понятно у всех есть свой запретный плод, — Вероника бросает краткий взгляд из-за плеча на Кира с Лерой, и мои пальца мгновенно сжимаются в кулаки, — на твоем месте, Кирь, я бы смотрела в оба.

— Будь так добра, избавь нас наконец от наслаждения тебя видеть, — поспешно произношу я, максимально приближая свое лицо к ее.

Вероника только ухмыляется на мою просьбу, и одарив всех слащавой улыбкой, удаляется. Воздух повисает в комнате вязкой субстанцией, и только цокот каблуков звенящим эхом отдается в глубине коридора. Я обвожу шокированные лица всех присутствующих, и не дожидаясь вопросов скрываюсь за дверью…

Свежий воздух помогает успокоиться и привести мысли в порядок, а тонкая ткань рубашки абсолютно не защищает от холода, проникающего из открытого окна. Так бы и стоял здесь вечно, напрочь позабыв обо всем на свете, но праздник продолжается, и мне пора возвращаться.

Медленным размеренным шагом бреду по коридору, стараясь не вслушиваться в тихие разговоры, тут и там звучавшие из разных углов. Как и полагается любому сборищу, рано или поздно все разбиваются на группки и начинается пора откровений, слухов и всего прочего, что потом и рождает те самые условные сплетни. А Ника, стоит признать, дала богатую почву для размышлений…

— Я знаю, что сглупила, знаю… Но откуда мне было знать, что она его бывшая?

— Дело не только в Нике, Лиз, я же просил пока не распространяться, чтоб не было потом вот этого всего…

— По-твоему я не могу порадоваться, что выхожу замуж?

— Можешь конечно, но ты сама знаешь, счастье любит тишину, и мы договаривались сообщить всем через пару недель…

— Ну прости меня, Катя так редко приезжает и Ника казалась такой милой, что я не сдержалась и все рассказала…

Голоса, доносившиеся из-за прикрытой двери, периодически срываются на крики, пока внезапно не затихают, и кто-то не берется за ручку. Я рефлекторно делаю несколько шагов вперед, не желая становится свидетелем неудобных сцен, но Дима меня все же окликает: