Чтение онлайн

Да уж, природа бывает жестока, создавая кого-то, подобных ей, наделяя их своей силой, своим влиянием.

Глава 25

Дорианна

Задумчиво перевела взгляд на Джеймса.

— Ну так что?

— Я всё прослушала, лорд, — лениво подняла вилку и стала наблюдать, как медленно разматываются накрученные на неё спагетти.

— Ты издеваешься?! Я только что так распинался!.. Что-то случилось?

— Не ваше дело, Джеймс, — снова посмотрела на него, и мне стало стыдно — мужчина искренне переживал, а я… Маг был не так уж и плох, по крайней мере он разбавлял мои сумасшедшие будни, постоянно раздражая и нарываясь. — Плохо сплю.

— Кошмары? — мне не хотелось отвечать, но…

— И они в том числе, — вздохнула. — Был бы рядом Эррон…

— Я его заменю! Мы же похожи?

Снова посмотрела на него и была вынуждена признать, что да — похожи. Похожи настолько, что иногда я забывалась, а сердце начинало трепетать. И — демоны! — как мне было стыдно за это… Я чувствовала себя предательницей, даже изменщицей, хотя никогда бы не позволила себе чего-то предосудительного. Но мысли… даже нет — помыслы, я сравнивала двух Маккини и уже только за это была готова выкопать себе яму самобичевания. Я ведь никогда не испытывала интерес к мужчинам. До Эррона — никогда, а сейчас… Испытываемые мной чувства — редко, очень редко испытываемые, правда — пугали меня.

Да, мужчины были похожи, но вслух я сказала иное:

— Ни капли. Даже не сравнивайте себя с ним…

— Ты ранишь моё сердце, маленькая зеленоглазая кошечка, — я совсем не ожидала, что, протянув руку через стол, Джеймс схватит меня за подбородок. — Напугана? Посмотри в мои глаза, видишь? Видишь, это в них злость сверкает! — он одёрнул руку, а я выдохнула облегчённо. Не те глаза, в которые я бы я хотела смотреть вечность.

— Ещё раз позволите что-либо подобное, и я за себя не ручаюсь, — сказала холодно и встала из-за стола. Приложив родовое кольцо к специальному камню в центре стола, оплатила счёт и поспешила покинуть ресторацию.

Пусть только попробует… хоть раз…

Я ускорила шаг, стараясь не думать о том, что сердце бешено бьётся.

— Ты как собака побитая, — изрёк дядя Гоший, подливая мне ещё чаю. — Сердце не на месте за любимого?

— Можно и так сказать… — потёрла глаза, прогоняя слёзы. Я правда была готова расплакаться: от отчаяния, от безысходности, от стыда… Внутри что-то постоянно тянуло, не отпускало, с каждым днём становясь всё заметнее. Чувство, одновременно приятное и неприятное, сводило с ума.

— Давай-ка я жинку свою к тебе пришлю, поговорите на бабьи темы, — и, не дожидаясь моего ответа, домовой скрылся под столом.

— Эк тебя развозит-то! — послышалось сбоку, и, повернувшись, я увидела домовую. — А ну, выше нос! Поведай, что душу твою тревожит да ауру мутит?

Мне всё ещё не хотелось говорить, но слова вырвались сами, а домовая слушала внимательно, кивала иногда, вздыхала.

— Да просто всё, кровь твоя требует, чтоб с суженным рядом была, вот и бесится. Оно как выходит, пробудил — держи ответственность, сила ведь как зверь домашний, она ласку любит, к ласке и тянется. Вот и ты тянешься. Не вини себя, нормально это что для человека, что для вампира, да и просто для женщины — нормально. А что тревожно, так природа плачет, маг злой дела творит, интуиция твоя работает на всю мощь. Только пережить это остаётся.

— Пережить, — повторила за домой, всё ещё чувствуя себя ужасно. — А может ещё способ какой есть? Как перестать сомневаться?

— Ох, что ж ты неспокойная-то такая! Всё проверить да сверить надо, а что самой себе плохо делаешь, не думаешь совершенно.

— Мне и так и так плохо…

— Да вижу, вижу. Сама ведь накрутила себя, теперь страдаешь! Подскажу тебе вещь одну, ты потянись туда, куда тянет, используй зов крови. Не ахти какая метода, да может разберёшься в себе.

— Попробую, — кивнула.

— Только пережди, завтра уж сделаешь, сегодня погода не та.

— Погода?

— Она самая! Спать ложись давай, а то от твой грусти-печали всем вокруг худо становится, — и домовая скрылась под столом.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать приказу жене Гошия.

*****

Джеккели задумчиво посмотрел на подругу. Сколько лет уже знал её, а подобное наблюдал впервые — леди Маккини смущённо улыбалась, слушая похвалу от ректора.

— Не без эксцессов, но первую главу ты закончила, можешь приступать ко второй, — милостиво разрешил магистр и переключился на Аддерли.

— Второй параграф второй главы — перечитай сам, точно заметишь недостаток. Как обнаружишь начинай третий параграф. Насчёт заключения подумал?

— Подумал, — задумчиво кивнул парень, окончательно решив — этому индивидууму морду бить не за что.

Руна никогда не влюблялась, Джек точно это знал, но вот она часто становилась предметом чьего-то обожания, обычно слишком навязчивого, а потому парень нередко проверял силу своих кулаков. Некромантка, правда, не догадывалась о поступках друга, но всё же была только рада, когда очередной «поклонник» исчезал с горизонта.

А теперь она влюбилась, для него это было очевидным. Руна всегда кокетничала, паясничала, дерзила, но с Эдвардом она делала всё это по-другому, наверное, сама даже не осознавая. Порой Джеку казалось, что он знает девушку даже лучше, чем она сама…

Посмотрел на ректора другим взглядом, чисто по-мужски оценивая и его внешность, и его силу, и его характер.

— Адепт Джеккели, что-то ещё? — поняв, что от него не отрывают взгляда, спросил Эдвард.

— Магистр, у вас есть женщина? — совершенно без стеснения поинтересовался парень, краем глаза заметив, как притаилась Руна.

— Это вопрос не по теме, адепт.

— И всё же?

— Нет, — сам не зная зачем, ответил ректор.

— А дети? Бастарды?

— Нет, адепт Джеккели. Я удовлетворил ваш в вышей степени пугающий интерес?

— Не мой, — странно ответил парень и кивнул. — До свидания, ректор Гринн. Руна, пошли, — и он покинул кабинет.

— До свидания, лорд ректор, — пропищала девушка и поспешила за Аддерли, неожиданно назвавшем её по имени. Такое случалось только тогда, когда некромант был чем-то озабочен.

Эдвард задумчиво прищурился, всё ещё смотря на дверь, за которой только что скрылись адепты. И что это сейчас было? На секунду ректор почувствовал себя мальчишкой под взглядом пытливых голубых глаз младшего Аддерли. Да уж, пугающий ребёнок, вроде и такой охламон, а внутри что-то невероятное, взрослое, осмысленное. Такие люди пугали больше всего, люди, которых нельзя разгадать.

Сверив расписание, мужчина телепортировал на пару выпускной группы некромантов. У них была физра, и, облокотившись о дверной косяк, он наблюдал за адептами. Дора старалась: краснела, тяжело дышала, часто спотыкалась, что к концу пары было неудивительно, но она действительно старалась. Была такой уставшей, но всё равно светилась счастьем и дарила улыбки.