Чтение онлайн

– Что молчишь, - сварливо поинтересовался первый, - всё, сворачиваем операцию, пока этот на всю голову отмороженный не свалит?

– Нет, - ответил, наконец, второй, - сворачивать мы ничего не будем. Надо понять, по нашу душу он там появился или нет, а для этого придётся чуть-чуть наживки кинуть.

– А не опасно?

– Всё опасно, но лучшие клинки те, которые закаляются кровью.

Тут снаружи камеры послышались гулкие удары половника в кастрюлю. Окошко в двери с лязгом распахнулось, и туда заглянула морда охранника.

– Обед, бляха-муха, - сыто рыгнул он в камеру, распространяя запахи сала, лука и квашеной капусты, - Антрекот, фуагра с трюфелями, французский арманьяк, - он сделал паузу, затем, хохотнув, продолжил, - снова не завезли. Будете жрать рассольник и макароны.

Раскатисто хохоча дежурной шутке, он дал место бездарю из расконвойников, что плюхнул в алюминиевые миски сначала по большой поварешке супа, а когда заключенные их забрали, в плоские тарелки нагрёб этой же поварёшкой макарон.

Стоило охраннику отвлечься, как расконвойник быстро шепнул в камеру несколько фраз, а когда дубак обернулся, тот как ни в чём ни бывало, уже наливал в кружки компот.

***

На первое занятие по магическим поединкам, наш жёлтый факультет попал вместе с двумя остальными. Сразу весь поток Юпитер Фёдорович собрал в большом спортивном зале, полностью застеленном матами. Подрясники мы сменили на майки и шорты, но мётлы и веники всё-равно пришлось держать в руках.

Выстроив нас в две шеренги, он стал прохаживаться перед строем, заложив руки за спину и то и дело порыкивая:

– Спину прямее, грудь вперёд. Нет, тебе не надо, иначе твои соседи косоглазие заработают, пялясь на сиськи. ДА! Я сказал - сиськи. А свою тонкую душевную организацию оставьте за порогом. На моих занятиях привыкайте называть вещи своими именами. Вы всего-лишь кучка почуявших силу троглодитов, не умеющих ничего. Я строг и безжалостен, и поэтому вы будете меня ненавидеть. Но чем больше будете ненавидеть, тем большему научитесь. Я строг, но справедлив, у меня здесь нет половой дискриминации, мне одинаково насрать на мужиков, баб, трансгендеров, транссексуалов, андрогинов, бигендеров, агендеров, пангендеров, гендерфлюидов. Запомните: никакой в жопу разницы, кем вы себя возомнили, вы болдары, а значит я вас буду дрючить пока вы не станете полезны Империи.

– Мизогинный шовинист, - прозвучал негромко чей-то недовольный женский голос.

– Что?
– резко развернулся Угрюмый, - Кто это сказал?

Зло полоснув по строю взглядом, он подбежал к той части строя откуда слышался голос.

– Кто эта маленькая, небритая, вонючая радфемка, которая только что подписала себе смертный приговор? Никто, да?
– он, словно лев в клетке, метнулся от одной замершей студентки к другой, - этот Мерлин, иметь его в сраку?

Он яростно задышал, сканируя лица. Ответом ему была тишина.

– Ну охренеть, теперь, - произнёс он оскалившись, - я вас буду гонять, пока вы здесь не помрёте, пока блевать не будете от одной только мысли о тренировках. Поняли меня?!

И снова он метнулся вдоль ряда.

– Ты это сказала?!
– мужчина навис над почти вдвое меньшей студенткой, которая стояла ни жива, ни мертва, - готов поспорить, что ты! Знаешь что я с тобой сделаю?!

– Это я, - внезапно откликнулась стоявшая через одного, другая деваха, судя по зелёным полоскам на спортивной форме с факультета управления.

– А, студент Феминистка!
– Угрюмый подскочил к ней, выпятив челюсть, пристально вгляделся в лицо, - знаешь, ты мне даже почти нравишься. Люблю гордых аристократочек, они до последнего думают, что им здесь положено больше, чем другим.

Тут он отступил назад, резко вытянул вперёд руку, скрючив пальцы, словно сжимая в воздухе что-то невидимое. Это выглядело бы забавно, если бы студентка не побледнела и не схватилась за собственное горло руками.

– Что, феминизм уже выветривается из головы, исчезает привилегированность?
– участливо поинтересовался Угрюмый, а затем начал медленно поднимать руку вверх и тело студентки, вытянувшись, сначало поднялось на носочки, а затем и вовсе, дрыгая ногами стало воспарять в воздух.

– Телекинетик… - прошелестело в строю едва слышно. Опасливо, настороженно.

Я, прищурившись, наблюдал за происходящим, пытаясь уловить, как мужчина работает со своим даром. Невидимый, и от того куда более опасный дар, к тому же весьма редкий, если верить справочнику известных магических направлений.

Наконец временный препод разжал пальцы, ослабляя телекинетический захват, и девушка, глотая воздух, кулём свалилась на маты.

– Встала, живо!
– рявкнул тут же он, - запомни, твоя задница теперь в моих руках, и я сделаю всё, чтобы ты запомнила мои уроки на всю жизнь.

– Так, - вернулся он вновь к остальным, - есть ещё желающие заявить о своей гендерной идентичности?

Желающих не оказалось, но Угрюмый так просто не успокоился. Гневно пораздував ноздри, он остановился напротив меня.

– А ты, Рассказов, что думаешь, перегибаю я? Помягче надо быть с дамами, чем с мужиками? Ну-ка, сообщи мне, порадуй папочку.

– Здесь нет дам, господин преподаватель.
– спокойно ответил я, - как и мужиков. Здесь есть болдары.

– А почему же ты не навалял этой, как её - Крыловой? Даже не поджарил чутка? Пожалел? А вот тебя она бы не пожалела, - Юпитер Фёдорович прищурился, ожидая ответа.

О да, вопрос сложный, особенно в плане ответа. Я ведь и в самом деле Сюзанну пожалел. Не потому, что она женского пола, просто нанесение увечий не отвечало текущей задаче. Мне нужно было победить её с помощью науки и техники, но не магии. Поджарь я её и всё, сам разрушу тот хрупкий барьер собственной воли, что стоит между мной и скатыванием в пропасть маниакальной магичности. Слишком велик был соблазн, попробовать, используя прошлый опыт, развить в себе прежние навыки, возвыситься над местными недоучками, показать им, что такое магия высшая. Но это тупиковый путь. Пройдёт сотня лет, и научный прогресс на Земле окончательно остановится, а общество быстро скатится в средневековье. И чёрт бы с ним, но мне станет скучно - опять. И кто тогда выпустит свежую часть НФС? Или новое дополнение к EVE? А я их люблю. Нет, никакой высшей магии, только наука, только прогресс. Тем более, что есть шанс в будущем поуправлять не виртуальным, а реальным космическим кораблём.

Единственная проблема - Угрюмому такое говорить нельзя, не поймёт. Нужно что-то в рамках привычных для него ценностей.

– В этом не было смысла, Юпитер Фёдорович, - ответил я, не отводя взгляда, - я уже победил. Психологически. Она не готова была оказывать дальнейшее сопротивление, она уже была деморализована и растеряна. В таком случае дополнительное магическое воздействие было совершенно лишним.

Мужчина задумчиво поджал губы, отошёл от меня, а затем сказал сразу всем:

– Слышали Рассказова? В следующий раз, применяя свою силу, держите его слова в голове. Вы болдары и силы у вас много, а чем больше сила, тем больше ответственность. Вплоть до уголовной. А теперь, в колонну становись и бегом марш. Сто кругов по залу. Кто первым сдуется, тот после занятия драит пол.

***

– Сволочь, гад, ненавижу!
– стонали девчонки всех трёх факультетов, дружно попадав на маты, стоило занятию закончится, а преподу уйти. Парни попадали тоже, в большинстве своём, кроме нескольких с боевого факультета, оказавшихся покрепче. Среди них, к слову, были и Иванов с Горшковым. Ну, Такаюки наша средняя школа закалила, а где закалялся Гаврила, я не знал, но был он вполне бодрячком, даже Угрюмый отметил. Ещё одним наблюдением стало то, что теперь их было уже трое. Третьей оказалась какая-то некрасивая девочка с взглядом нерожавшей яжматери.