Не отдавай меня
Шрифт:
– Красивый. Ни разу до этого не видела, чтобы он цвел...
– Я обожаю розы!.. И полевые васильки тоже!
Присев на перевернутый алюминиевый бак, Даша терпеливо ждет, пока я налюбуюсь Лютиком и надышусь свежим воздухом.
– Пошли уже...
– просит спустя почти час.
– Не забывай про свои травмы.
Возвращаемся к корпусу уже затемно. Сворачиваем к фасаду и видим подъезжающий к входу черный джип. Останавливается, дверь открывается, и из машины выходит Леха.
– Фу, блядь!
– ругается смачно.
– Фу!
Открывает багажник, тянется внутрь и достает из салона... моего Шерика.
– Нагадил, пока вез!
Глава 38
– Шерик...
– выдыхаю, не веря своим глазам.
– Я не буду это убирать!
– продолжает ворчать Алексей.
– Еще я за собаками не убирал!
– Шерик! Шерхан!..
– повторяю громче и бросаюсь к щенку.
Леша опускает его на землю и, тот, поджав хвостик, в страхе начинает пятиться. Худой, грязный, совсем одичалый и повзрослевший, осмотрит на меня и не узнает.
– Шерик! Шерик! Иди ко мне!..
– прошу сквозь слезы.
– Это же я...
– Пришлось погоняться за ним, - раздается надо мной голос парня.
– Совсем дикий.
– Иди...
– осторожно приближаюсь и, опустившись на корточки, протягиваю руку.
– Иди ко мне, хороший...
Прижав ушки к голове, Шерхан замирает на несколько мгновений, а затем начинает принюхиваться.
– Ну... иди, иди мой маленький...
С опаской делает несколько шажочков, пока я не чувствую прикосновение к пальцам холодного мокрого носа. Обнюхивает, радостно подпрыгивает на месте и кидается ко мне на руки.
– Узнал?!
– смеюсь, плача.
– Ты меня узнал?
Хватаю собаку, прижимаю к себе и позволяю облизать лицо.
– Новый костюм...
– болезненно стонет Дарья.
Шмыгнув носом, поднимаюсь на ноги.
– Спасибо! Спасибо вам огромное!..
– обращаюсь сразу к обоим, не зная, кого благодарить за Шерика.
– Я так волновалась за него!
– Шерхан?..
– почесывает бровь Леха.
– А че сразу не Лорд или... Зевс?..
– Да, Шерхан!
– смеюсь я.
– Мне сказали, вырастет большим, но, видимо, обманули... Я зову его Шерик.
– Шарик, значит.
– Шерик!
– хохочу и вдруг замечаю, как на территорию въезжает кортеж из шести черных машин.
– Так... Мне машину убрать надо.
– говорит, нахмурившись, Леха и садится за руль.
– Фу, воняет!..
Прижимая к себе активно виляющего хвостиком Шерхана, наблюдаю, как джипы паркуются параллельно друг другу на площадке перед зданием.
– Идем.
– зовет Дарья.
– Подожди... я только спасибо скажу.
– Потом скажешь.
Первым выходят Адам и Ян, затем начальник их охраны и другие, уже знакомые мне, мужчины. Затем я вижу, как из двух чужих внедорожников выходят незнакомцы.
Все одеты в черное. Гости в деловые костюмы, Литовские - в кожаные куртки и черные джинсы. Все они вооружены. Я вижу оружие, когда Адам поднимает руку, чтобы снять черные очки.
– Идем...
– стоя за моей спиной, тихо просит Даша, и в этот момент Ян замечает меня.
Сузив глаза, кивком головы указывает на вход.
– Господи... Идем!.. Быстро!
Мы заходим в корпус и сразу шагаем в сторону кухни.
– Кто это? Ты их знаешь?
– Партнеры... неважно...
– А чем они занимаются?
– спрашиваю, даже не надеясь на честный ответ.
– Понятия не имею.
Заходим в кухню, и я отпускаю щенка на пол. Виляя хвостом, он тут же начинает все обнюхивать.
– Это еще что такое?!
– хватается Лидия за сердце.
– Это Шерик, мой щенок.
– Шерик... Шарик... Шурик... На моей кухне собак не будет!
– Мы его в вольер отнесем, - вступает Даша, - давай покормим, он голодный совсем.
Присев, я подзываю его к себе и глажу по холке, пока Лидия, ворча под нос, что у нее одним дармоедом больше стало, ему в миску мяса накладывает.
Он подрос, правда, но и сильно истощился. Под кожей прощупывается каждый позвонок, шерсть стала редкой и тусклой.
– Вот... лопай, давай.
– говорит Дарья, ставя перед ним миску.
Шерик накидывается на еду, а я, отряхнув одежду от грязи, опускаюсь на стул.
– Даша, это ты попросила, чтобы его привезли?
– Я никого не просила.
– Ну... это ведь ты сказала Лютому про него? Я же тебе рассказывала?..
– Не знаю...
– беспечно пожимает плечами.
– Не помню уже.
– Спасибо!
– благодарю от всего сердца.
– Спасибо большое! Я места себе не находила...
– Я тут ни при чем.
– отрезает она, поправляя на себе блузку.
– Пусть доедает, и Мишаня его в вольер отнесет.
– В вольер? Он здесь же?.. На базе?
– Да. На въезде у шлагбаума.
Я наливаю для щенка еще воды, а когда он напивается, отдаю Михаилу.
– Ему, наверное, прививки поставить нужно, и от блох обработать...
– размышляю вслух.
– Ага, да... Попроси Лютого, чтобы он еще и псу твоему персонального доктора выписал.
– усмехается Дарья.
Я прыскаю со смеху, выхожу из кухни и сталкиваюсь с Иваном Борисовичем.
– Капельница!
– всплескивает руками.
– Ты где ходишь?
– Ой!.. Я забыла!..
Мое настроение настолько прекрасно, что мне хочется делится позитивом со всеми вокруг и поэтому, пока капает лекарство, я атакую Ивана Борисовича рассказами о моем щенке.
А после процедур принимаю душ и ложусь в кровать. Кручусь, не в силах унять свою взбудораженность, несколько раз встаю, чтобы походить по комнате и выглянуть в окно.
Все джипы на месте, а это значит, дела с партнерами еще не завершены.
Примерно в три ночи я все таки засыпаю. Сон поверхностный, чуткий, и поэтому, едва щелкает дверной замок, открываю глаза.
Ян заходит в комнату, делает два шага и, заложив руки в карманы джинсов, некоторое время смотрит на меня.
Я собиралась поздороваться и поблагодарить за Шерхана, но от его взгляда и давящего на барабанные перепонки вмиг сгустившегося воздуха, язык намертво прилипает к небу.
Под кожей волнами трепет идет, а в самом центре груди печет, как в печке.