Не отпущу
Шрифт:
— Всего лишь некоторые нарушения в вашей компании. Твоей и Воронова, — равнодушно ответил этот гад.
— Мы ничем подобным не занимаемся!
— Это нужно еще доказать. Но, скорее всего этим займется твой компаньон, потому что тебе сложно будет ему помочь из-за решетки. Посмотри следующий лист.
— Обвинение в мошенничестве, — прочитал я. — Подлог документов о наследстве.
— Здесь, возможно и не выгорит тебя посадить, но пока суть да дело, все счеты будут арестованы, а деньги тебе ох, как понадобятся! Смотри дальше. Обвинение в убийстве. Виктория оказалась настолько мстительной, что заранее накатала заявление о преследование и угрозах. Угадай кто главный фигурант?
— Откуда у вас это?
— Мои люди обшарили комнату Максима и обнаружили в вещах. Подозрения в убийстве пока полностью не сняты с тебя. И стоит показать признание жертвы, как дело сразу примет другой оборот. А у тебя даже денег не будет на адвоката.
— Вы настолько ненавидите меня?
— Дело не в тебе, мальчик. Просто я хочу счастья своей дочери.
— Я люблю ее, — меня переполняла злоба вместе с отчаяньем.
— Сомневаюсь.
Неужели он, действительно это сделает? Даст бумагам ход?
Но посмотрев на решительное лицо Малиновского понял. Точно сделает.
И что делать? Соглашаться? Что толку отказываться? Все равно нам с Алиной вместе не быть. Развод или тюрьма. По холодному рассуждению выбор очевиден. Что ж, была не была.
— Подумай, Руслан. Я могу быть очень благодарен. Мое первое предложение по-прежнему в силе. Подпиши и никакие разбирательства, тюрьма и банкротство тебе никогда не будут грозить, — вновь начал уговоры этот змей искуситель.
Но этого не требовалось. Я и так все решил.
— А не пошел бы ты на х…, - ответил и поднялся с места. — Никакого развода. От Алины не откажусь. Так что катись к чертям со своими обвинениями, отелями и всем остальным. Еще посмотрим, кто проиграет.
Высказался и сразу полегчало. И чего сразу его не послал. Мудака старого. Нужно скорее забирать жену и валить отсюда.
— Что ж иди. Только моя дочь останется здесь. Тебе ее не найти, — самодовольно произнес Малиновский.
От этих слов я растерялся, понимая, что старый хрыч прав. Дом огромный и при желании они могли спрятать девушку где угодно.
— Я пойду с ним, — раздался за спиной тихий, но уверенный голос.
Я обернулся и увидел, как ко мне идет Алина. В ее глазах застыли слезы. И, клянусь, сам чуть не прослезился от облегчения, что вижу ее.
— Неженка…
Сразу обнимаю, стоит оказаться ей рядом.
— Прости, что наговорила тебе, — всхлипывает она, прижимаясь сильнее.
— Нет, это я мудак, что не рассказал тебе все сразу.
Вдыхаю ее запах. Такой пьянящий и родной. Какое же это счастье просто обнимать любимую женщину.
Алина
Стоило Руслану уйти, в комнату зашел дворецкий.
— Хотите позавтракать здесь, Алина Сергеевна? — учтиво поинтересовался мужчина.
— Нет, я не голодна. Может быть позже. А куда они пошли разговаривать? — спросила то, что больше всего интересовало.
Вся моя бравада испарилась, стоило представить, что с Русланом что-то случится. Вдруг отец решил избавиться от него?
— Вы о хозяине и вашем муже?
— Да.
— Скорее всего в кабинет. Хотите послушать?
Я ушам не поверила. Он что, предлагает мне подслушать?
— А можно? — спросила осторожно. Вдруг неправильно поняла.
Мужчина заговорщицки улыбнулся и, приоткрыв дверь, сделал приглашающий жест следовать за ним.
Мы быстро прошли по коридору. Свернули в сторону, где обнаружилась неприметная дверь, ведущая на лестницу. Скорее всего предназначенную для персонала. По ней спустились вниз, вновь прошли по коридору, пока не оказались перед большим зеркалом. Оглядевшись по сторонам, дворецкий тронул сбоку какой-то рычажок и зеркало тихо сдвинулось влево.
— Проходите быстрее, — шепнул он.
В голове мелькнула мысль о ловушке, но я все равно шагнула в проем и оказалась в маленькой, тускло освещенной комнате.
Зеркальная панель закрылась, и я оказалась одна. Внезапно накатил страх, и я уже кинулась, чтобы закричать и потребоваться выпустить меня, но тут услышала голоса. Осмотревшись, обнаружила два небольших отверстия, через которые можно было смотреть и слушать все, что происходило в кабинете.
Я замерла, стараясь ничего не пропустить из разговора. И когда услышала слова Руслана, как он отказывается от всего, ради меня, то от избытка чувств, толкнула стену перед собой, и она, к моему удивлению, с легкостью поддалась. Я шагнула вперед и оказалась в кабинете за спиной мужа.
Руслан
— Поедем домой? — осторожно спрашиваю жену и чуть не прыгаю от радости. Когда вижу, как она с улыбкой согласно кивает.
— Давайте, хотя бы позавтракаем вместе, — доносится ворчливое.
Смотрю на Малиновского и вижу, что этот актер недоделанный нисколько не огорчен. Значит, спектакль решил разыграть?!
— А что оставалось делать, — уже позже ответил Малиновский, когда мы сели перекусить перед отправкой домой. — Нужно же было разобраться.
— В чем? — не понимающе спрашивает Алина.
— Мне прежде всего с Князевым, — отвечает тесть. — Теперь я хотя бы не сомневаюсь, что он с тобой не из-за наследства. И вам не помешало понять чувства друг друга. А то так и ругались бы до сих пор.
Не скажу, что был сильно благодарен за такое испытание Малиновскому, но тому, что Алина вновь рядом со мной я бесконечно рад.
— Поехали? — чуть позже спросил жену, в ожидании, когда подгонят наш автомобиль. — Не скажу, что доедем скоро, но удовольствие доставить обещаю, — приобнимаю Неженку и понимаю, что не могу насмотреться на нее.
Она прячет на моей груди смущенное лицо и тихо шепчет: «Да».
Эпилог
Олег
Вот какого черта я сюда приперся?
Смотреть, как мой друг сходит с ума? Так я целых семь месяцев на это смотрел. С того самого момента, как Алина сообщила ему, что ждет ребенка.
Какая там работа?! Клиенты, сделки, все было послано к черту! Нет он занимался всем этим, но постоянно отвлекался, бегая по врачам, УЗИ и куда-то еще. Короче, постоянно был с Алиной, таская, в прямом смысле ее на руках. Этот идиот боялся, что она упадет. Хорошо, хоть Алина осталась в своем уме. Как-то осаживала его. Только надолго того на хватало.