Чтение онлайн

— Я говорил о своей любви к тебе, Вайлет. Я так сильно тебя люблю, что готов устраивать фокусы подобные этому, чтобы поразить тебя своими возможностями, — выдавил Артур, поджимая губы. Его попытка открыться ей обернулась однозначным провалом.

— О, милый мой, Артур! Моя маменька говорит о твоих возможностях и днём и ночью, мои родители считают, что лучшей партии для меня не сыскать, — Вайлет прижала свои ладони к его груди. — Я тоже люблю тебя и больше не хочу, чтобы ты уезжал! — вполне искренне, её глаза так блестят, как и полуоткрытые зовущие к поцелую губы. А ещё эти вздымающиеся два полушария алебастровых грудей. Даже если ты колдун — ты всё равно мужчина, и почему бы тебе не попасться в эту ловушку?

Они стали целоваться, а потом побрели дальше, утопая в грязи.

— Я тебе говорил, что строю своё поместье? Эримор почти готов к новоселью! — радостно заявил ей Артур. — Через неделю я покажу тебе его!

Дважды они танцевали на балах, участвовали в охоте и смотрели скачки. А ещё он возил её в Эримор, я кстати тоже рассмотрела величие того родового гнезда, которое сейчас превратилось в развалины, где они занимались любовью, поправ все моральные устои того времени. Я не знаю зачем Артур заставил меня лицезреть эти страстные слияния вспотевших тел, слушать эти ахи и вздохи. Наверное, чтобы понять каким оружием обладает женщина, умело пользующаяся своей нежностью и кротостью. Она дарила ему ласку, а он ей себя и драгоценные украшения, больше ни разу не воспользовавшись магией. Артур и правда влюбился, отправившись просить её руки. Отец Вайлет благословил их, слишком пафосно по-моему мнению, меня чуть не стошнило. Она тоже сказала «да», Артур шагнул ближе к ней и вдруг закляк, лишившись всякой возможности двигаться. Из соседних комнат показались какие-то люди, в один голос читающие заклинание.

— Почему? — страдая, выдавил Артур, глядя на неё темнеющими глазами.

— Нам предложили много золота. Гораздо больше, чем ты смог бы нам дать. Проклятый ведьмак! — со злобой плюнула Вайлет, уже без всякой нежности и напускной робости. — Гори в аду, Артур Корвин!»

Видение развеялось, и я снова оказалась в машине вместе с Артуром, но только уже в своей реальности, разрезая светом фар эту ночь.

— Не верю, что ты так глупо попался! — воскликнула я, ещё не отойдя от впечатлений. — Ничего особенного в ней не было. Ты что не замечал её алчности?! Эта рыжая прохвостка вертела тобой, как паучиха мушонком, а ты втрескался в неё как дурень! Великий колдун и на тебе!

— Не скажи, Вайлет была особенная, — Артур нахмурился. — Ты просто не видела женщин тех времен. Вайлет была умна и утонченна, она знала историю и прекрасно играла на фортепиано. А ещё она следила за собой, обладала чистоплотностью, и от неё всегда чудесно пахло изысканными духами. У неё был самый чарующих смех, который я когда-либо слышал, а её манера смотреть взяла бы в плен даже самого дьявола.

— Но самое главное — больше всего на свете она любила деньги, — язвительно добавила я. — Поэтому и продала тебя, зная о твоих чувствах. О да, она была ещё та утонченная стерва! Видимо, ты такую заслужил!

Артур вдруг свернул на обочину, останавливая машину, и мне стало не по себе, меньше всего мне сейчас хотелось испытать на себе его гнев.

— Скоро полночь. Дальше поведет Бас, — отвечая на мои мысли, процедил Артур, подвигаясь ко мне. — Зато Вайлет преподнесла мне бесценный урок, — добавил он уже шепотом, всего в нескольких сантиметрах от моего лица, пронизывая меня своим внушающим страх взглядом «из тьмы». — Я больше ни за что не поверю ни одной женщине. И больше никогда не пожелаю влюбиться. Это и правда глупо. Хотя … глядя на тебя и Баса, я испытываю … необъяснимое сожаление.

Мы напряженно смотрим друг на друга … минуту, другую, и когда я неожиданно осознаю, что моя ненависть к нему по таинственной причине куда-то улетучилась — Артур вздрагивает, возвращая Басу его тело. Ровно двенадцать ночи, он пунктуален.

— Привет, любимый, — улыбаюсь я, но мне почему-то хочется заплакать.

— Привет, — целует меня Бас. — Почему мы опять в машине?

— Ездили с Артуром … разрушать Монакр, — вздохнула я, небрежно пожимая плечами. — Похоже, твой предок хочет окончательно расположить меня к себе, — я до боли вонзила ногти себе в ладонь. — А ещё когда он занимает твоё тело — мы с ним спим вместе! — выпалила я, не в силах больше скрывать эту отвратительную и тёмную часть нашей жизни и свою собственную трансформацию, в которой я тянусь к Артуру.

— Так и знал, — разочарованно вздохнул Бас, качая головой. Но то, как он на меня при этом посмотрел. … — Не стоит Шарлотта.

— Артур?!! — не пойму что я испытала сильнее, злость или облегчение. — Ты не смеешь, сейчас не твоё время!

— Дорогая Шарлотта, а кто мне помешает не посметь?! — гаркнул он, вмиг осаждая мою ярость. — Ты? Мои потомки фермеры? До сих пор я играл по вашим никчёмным правилам честно сцепив зубы, но моё терпение вышло вон и теперь мы будем жить по моему уставу! Я не могу тебе позволить выбить Баса из колеи своей неуместной правдой! Он раскиснет и запорет мне все поиски. С этой минуты в этом теле властвую я. И так будет, пока мы не отыщем моё собственное тело! Ясно тебе? Себастьян вернётся не раньше, как мы расколем янтарную глыбу, — в каждом звуке отпечаталась его властная натура и непоколебимость.

— Нет, — застонала я, бессильно сжимая кулаки. — Не забирай его у меня. Прошу тебя! Я не скажу ему, обещаю! Артур, — я была даже готова унижаться и молить его, меня убивала сама мысль о расставании с Басом. — Если таково твоё условие — я никогда и словом не обмолвлюсь. Но мне важно видеть его, чувствовать его любовь, говорить с ним, отражаться в его глазах. Артур, пожалуйста, не поступай так с нами! Я буду помогать на раскопках, только верни нам наши нечётные дни…

— Ты в любом случае будешь помогать мне. Это в твоих же интересах, — жестко отрезал Артур, заводя двигатель. — Но я уже принял решение и не рассчитывай на мою жалость! Бас вернется только когда я займу своё тело!

Я почувствовала себя такой жалкой и растоптанной, что больше не могла сдерживать удручение и тут же, солёные капли живо заструились по моим щекам. Он не обращал внимания на мои всхлипывания и мучительное заламывание рук. А я больше не делала попыток заговорить с ним.

Когда мы поздней ночью добрались до фермы Корвинов — я была на пределе своих сил, не помню себя настолько опустошенной. Еле добралась до кровати.

Утром, Эрл опередил мои мысли, не позволяя им сползтись обратно в моё разгромленное сознание.

— Шарлотта, поднимайся! — он выглядел встревоженным. — У нас возникли небольшие сложности. У нашего порога нервно топчутся шериф и судебный пристав. Один требует твоего свидетельства, что тебя не удерживают тут насильно. Второй желает, чтобы ты определилась со своим правом на наследство. И оба как ты сама должна понимать — подосланы стражами. Тебе придётся разобраться.

— А где этот ваш ведьмак года? — скривилась я, горький осадок на душе стал ещё тяжелее.

— Артур сказал, что он не в восторге от твоей злости, — Эрл непонимающе пожал плечами, поведение владыки теней так же запутывало и его.

Шериф и судебный исполнитель, как мне показалось, были настроены весьма решительно, будто действительно действовали по оговорённым условиям. Они вряд ли были в курсе о противостоянии ведьмаков и стражей, скорее всего на них надавили, и они в свою очередь давили на меня.

— Мисс Скорес, вам необходимо проехать со мной в участок, — ринулся в наступление полисмен, — Я хочу, чтобы вы дали показания в условиях, где действуют силы правопорядка. Боюсь, сейчас вы находитесь под влиянием и не можете предоставить вменяемые ответы.