(Не) Пара для генерала драконов
Шрифт:
Поэтому и не мог так долго находиться в этом обществе. Презирая всех и каждого. Хотя и чувствовал, как сам потихоньку обрастал снобизмом, отращивая толстую кожу. Меня совсем не интересовали чужие проблемы, только свои собственные. И лишь небольшая горстка людей имела для меня значение.
Остальные — мусор, не требующий внимания.
Но эта ситуация... Она выбила из колеи. И мне теперь придется лезть в самую гущу, чтобы разгрести это дерьмо. И не мне одному. Еще серая попала под удар и вместе со мной падала в отхожее место.
Так, сжимая от злости кулаки, пролежал до рассвета.
Утром, стараясь не встречаться с матерью, быстро перекусив, отправился в отдел к Грину.
На улице, непривычно многолюдной для этого часа, только и говорили что о белом драконе. Видимо, такая сплетня, молниеносно разлетевшаяся по городу, так же как и мне, помешала слишком долго лежать в теплой постели. Все задавались вопросом, что могло означать его появление и чем аукнется вся эта история для черных в будущем.
Вышагивая по асфальтированным дорожкам, я тоже думал чем... но только не для черных, а конкретно для меня. Ох, кажется мне, это только начало всех моих бед.
Я попал в отдел внутренних расследований как раз в момент утренней летучки. По пути кивая всем, кто даже в штатском распознал во мне генерала и приветствовал как полагается моему званию и чину, я торопился в общий зал, чтобы наверняка быть в курсе всех тех мероприятий, которые помогут поскорее отыскать белого дракона.
Заходя в прозрачную дверь, рукой призывая продолжать, а не вскакивать со своих мест, приветствуя меня, я посмотрел на Грина, стоящего на высокой трибуне.
Мы перекинулись взглядами, и он продолжил, вернее начал, повторяя всё заново исключительно ради меня.
— Пока выяснить, кто является белым драконом, возможным не представляется. Семьи молчат. И здесь есть две причины происходящего. Либо семья намеренно скрывает молодого дракона, либо сам дракон желает оставаться инкогнито, не ставя в известность даже близких и родных.
Я в принципе думал так же, соглашаясь с выводами Грина. Скорее всего, дракон просто в шоке от происходящего и сдаваться правительству не спешит. Не тот случай. Никто не знает, что же предпримет сам император. Оставит его на свободе или пустит в расход вслед за своими горе-предками.
Грин тем временем продолжал, не прекращая подкидывать пищу для размышления.
— Есть крохотная надежда, что молодому дракону, все мы прекрасно помним возню с новорожденным, будет сложно усидеть в теле носителя.
Ваша задача на ближайшую неделю неустанно следить за небом. Я уже подготовил список троек и распределил сектора для патрулирования. Ваши командиры вас проинформируют. И главное, помните, парни, до дракона нам следует добраться первыми. Его нельзя выпустить за пределы драконьего государства. Делайте что хотите, но по истечении обусловленного срока я хочу видеть дракона у себя в отделе. Всё… все свободы, канал для связи работает круглосуточно. Отчеты — каждые пятнадцать минут.
После того как все покинули зал, мы с Грином направились в его кабинет.
— Кофе будешь?
Я поморщился, предпочитая кофе драконий напиток. Но сейчас как никогда нужна была ясная голова.
— Лучше чая.
Он кивнул, передавая мою просьбу молодой, сильно виляющей бедрами помощнице. Чайный поднос в кабинет своего начальника она внесла как королева, словно репетировала не один день. И низко наклонившись, сверкая глубоким декольте, налила ароматный напиток.
Дракон недовольно поднял голову, фыркая от приторного парфюма драконицы. Но, чувствуя, что я не расположен к тесному общению с этой девкой, спокойно заснул, продолжая видеть сны о своей ненаглядной серой.
Грин махнул рукой, избавляясь от назойливой помощницы. Она скривилась, задерживая на мне свой многообещающий взгляд. Но, не получив ответного внимания, досадливо поджала губы и вышла, громко хлопая дверью.
Грин засмеялся.
— Да, Веррион. Первый раз вижу, чтобы тебя не смогла заинтересовать очередная юбка. Особенно с такой жо...ой.
И правда не заинтересовала. Совсем.
— Заткнись. Лучше давай конкретно по моему делу. Удалось что-нибудь выяснить?
Грин за секунду убрал с лица всю веселость, сосредоточенно стуча пальцами по своему письменному столу.
— В том-то и дело, что ничего нового я тебе не скажу. Все настолько запутано, что за один день этот змеиный клубок не распутать. Нужно время.
Мне очень хотелось верить, что время еще есть. И что мы уложимся до свадьбы. Была у меня еще одна зацепка, которой поспешил поделиться, надеясь, что хоть она прольет свет на эту ситуацию.
— А ты не думаешь, что в небе мог быть все тот же Метаморф?
Грин понимающе улыбнулся.
— Думал. Но быстро отмел это предположение.
— Почему?
— Ну не совсем же он глуп, чтобы так подставляться. Судя по тому, как ему удалось ловко вырубить тебя на два дня и настолько правдоподобно подменить твою личину...
Я, соглашаясь с его доводами, глубоко вздохнул.
— Как же все не вовремя. Еще эта свадьба!
Грин пожал плечами.
— Ты поговорил с Софией?
— Нет. Отсюда собирался сразу к ней.
Поболтав еще минут десять, я вышел на улицу, планируя поймать свободный экипаж.
Хотя, наверное, лучше было бы пройтись пешком, но проклятое время летело слишком быстро, а сделать за такой короткий срок нужно было многое. Тем более, дав распоряжение предупредить домочадцев Софии о своем визите, я хотел как можно быстрее снять с себя все обязательства, связанные с нею. Чтобы не натворила еще больше дел и не навредила...Даре. Проклятье... я снова думал о ней.
Глава 27
София выбежала ко мне, полная счастья и искренней радости от нашей встречи. И когда ее руки обвили мой стан, я не сразу отодвинулся, стараясь не делать лишних вдохов и выдохов, чтобы ее запах, что раньше, проклятье, нравился, сейчас не вызывал тошноту.
— Я так рада и очень тебя ждала, мой граф.
Ее голос дрожал от волнения. Она чувственно прикусила полную нижнюю губу.
Но снова тишина.
Млять.
Снова…
И ладно равнодушно молчало сердце. Но тело?
Точно не я сейчас стоял рядом с этой чертовкой, от которой при первой встрече мой пах непрерывно находился в приятном напряжении.
Я, не желая того, инстинктивно отвернулся, делая шаг назад, когда ее губы привычным движением приблизились к моим, требуя поцелуя.
Но я не мог. Не мог ей позволить коснуться меня.
Она заметила мою реакцию, но вида не подала, крепко держа за руки.
— Веррион. Ты надолго? Распорядиться принести завтрак? Ты, наверное, голодный?
И снова этот сверкающий взгляд с возбуждающим намеком, сладкий голос с легкой хрипотцой, от которого у любого нормального мужика кровь вскипела бы в жилах.