Чтение онлайн

— Весь прошлый репертуар отменен, а театр закрыт до премьеры. Возможно ты заметила, но я сменил название, и теперь он просто театр имени Данилевского. После открытия у него будет новая концепция, новый репертуар и, как я рассчитываю, новая аудитория.

Я подумала, что это очень смело, но Артур был прав. Оставлять имя Революционный драматический театр было бы странно. Я понимала, что он рискует, перекраивая уклад целого театра и пытаясь вдохнуть в него новую жизнь, но этот мужчина выглядел именно так: рисковый, смелый, не боящийся перемен.

— Я думаю, это хорошая идея. В любом случае, новая концепция должна заинтересовать театралов, — искренне похвалила я начинания Артура. Правда, я поняла и еще кое-что: без единственного спектакля театр можно будет смело закрывать.

— Да. Но только в том случае, если премьера состоится. И если она не станет провальной, — напомнил он мне о насущной проблеме. — Так какой будет твой ответ?

Я еще немного задумалась.

— У меня хорошая память, — неуверенно произнесла я, словно бы ища в себе подтверждение поддаться своему желанию.

— Память – это прекрасно, — согласился Артур.

— Опять же, внешне подхожу, — продолжила я перечислять плюсы.

— С репетициями мы тебе поможем, — подхватил Данилевский. — Но от тебя нужно желание и усердие.

— Ну, это у меня тоже есть. Я очень обязательная и ответственная.

— Ну вот и договорились, — припечатал мой новый руководитель, одним махом отметая все мои возражения, которые я не успела озвучить. А я вдруг поняла, что благодарна Артуру за то, что он принял это решение за меня. — Завтра к девяти будь в театре. За вечер успеешь прочитать хотя бы часть сценария?

— Я успею прочитать. Но…

— Что – но? — тут же напрягся Артур.

— Мне завтра нужно выселиться из общежития. Я уже нашла комнату, договорилась переехать.

— Исключено, — раздраженно ответил Артур. — Завтра ты репетируешь. А переезжаешь сегодня.

— Но мне никто не дал ключи. И нужно ехать на другой конец города, чтобы…

— Я же сказал: нет. Еще и ездить черт знает откуда, — Артур начал повышать тон, и я подумала, что с начальством мне все-таки не повезло, придется терпеть не только его самодурство, которое он уже в полной мере проявил, но еще и вспыльчивый нрав.

— Артур Богданович, вы хотите, чтобы я жила на улице, под дверью театра? — попыталась я воззвать к его разуму. — Или, может, поселиться в гримерке?

Мне вдруг представилось это не самой плохой затеей. Не придется тратить деньги и время на дорогу до работы, а вещей у меня не так уже много. Наверняка тут и душ есть. Но додумать эту мысль до конца мне не дали.

— Разумеется нет! Я снимал для Жанны квартиру в центре. Аренда оплачена, жить там некому, поэтому ты, Элли, переедешь туда. Сегодня. И я, так и быть, помогу тебе с вещами.

Я нервно перевела дух. Этот человек – сплошные сюрпризы и самый настоящий ураган. Он так круто разворачивает мою судьбу и сам молниеносно принимает решения, что ему просто невозможно противостоять. Да это все равно, что попытаться спрыгнуть с несущегося на всех парах поезда.

— Хорошо, — только и ответила я, после чего он подскочил из кресла и направился к выходу, успев схватить со стола толстую папку.

— Быстрее. Мы должны успеть до закрытия общаги, — проговорил он, уже выскочив в коридор. Я едва успевала за ним. — Надеюсь, ты не будешь собираться три часа?

— У меня не много вещей, и почти все они собраны, — ответила я, семеня следом.

— Мне уже нравится твоя дисциплинированность, — сухо ответил Артур, ускоряя шаг.

Я собиралась неприступною с ним быть,

Ведь он умел лишь похоть в женщинах ценить.

Пьеса «Заблуждения»

Машина Артура Данилевского оказалась ему под стать: ярко-красный спортивный седан. Спроси меня, какое авто может быть у этого человека, не раздумывая ответила бы, что именно такое: шикарное, быстрое, опасное и совершенно непрактичное.

Я юркнула внутрь светлого салона и притихла. В своей прошлой жизни, когда жила с обеспеченными родителями, мне доводилось кататься на разных машинах. Но за последние пять лет я успела отвыкнуть от роскоши, и сейчас впитывала в себя комфорт и удобство, которые можно получить только за очень приличные деньги.

Спорткар рванул с места, а Артур даже адрес спрашивать не стал. На всякий случай я назвала адрес общаги, но он снисходительно ответил, что итак знает. Ну конечно, он должен быть в курсе всех злачных мест актерского студенчества, а уж общаг – первым делом. Сам же наверняка закончил театральный. А, кстати, какой именно? От мысли, что он мог жить в той же общаге, что и я, отчего-то стало жарко.

— Артур Богданович, а вы какой вуз закончили? — осторожно поинтересовалась я.

— Как и ты, ГИТИС, — ответил он.

— А какой факультет? Актерского мастерства? — продолжала я выпытывать.

— Да, его. Что, хочешь узнать про меня побольше? — улыбнулся он, на мгновение сверкнув белыми зубами.

— Ну, было бы неплохо.

Я не понимала, что тут смешного, но Артур почему-то подсмеивался надо мной, и от этого было неловко.

— Обо мне достаточно информации в интернете, — все-таки пояснил он. — Если захочешь, почитаешь. Даже удивительно, что ты меня не узнала сразу, еще в сквере.

— А должна была? — окончательно растерялась я, тут же начав перебирать в памяти возможные спектакли, где могла его видеть. Но на память ничего не приходило. — В своем театре вы вроде бы художественный руководитель. Или на сцену тоже выходите?

Он на несколько секунд оторвал взгляд от дороги и внимательно посмотрел на меня, приподняв брови. В сочетании с бешеной скоростью, которую он и не подумал сбросить, этот взгляд заставил кровь застыть в жилах.

— Смотрите, пожалуйста, вперед. Я не люблю такой скорости, вы меня пугаете.

Артур наконец отвернулся, снова сосредоточившись на дороге.

— Я снялся в сериале. Обычно девушки твоего возраста узнают меня, — просто, без пафоса, ответил он. А я поняла, что не упустила ничего слишком важного.

— Я не люблю кино, особенно сериалы, — с облегчением ответила я. — Наверно поэтому и не узнала вас. Но если это важно, обязательно посмотрю все серии.

Он снова рассмеялся.

— Не нужно. Мне хватает поклонниц.

Артур сказал это так, будто все эти поклонницы у него в печенках сидели, и я только тихонько фыркнула в ответ, в очередной раз убедившись в его раздутом самомнении.