Чтение онлайн

— Ты пойдешь сегодня на репетицию?

— Не знаю. Скорее всего, не успею. Сейчас нужно всех партнеров обзвонить, сделать контракт для Элины, а потом еще раз почитать все договоры. Мне нужно знать, сколько я должен буду выплатить в случае провала, а еще придумать, где эти деньги брать.

— Я могу тебе помочь с договорами, — предложил Марат.

— Нет, я должен сам все вычитать, — решительно отказался я.

— Не знай я тебя так хорошо, мог бы решить, что ты мне не доверяешь, — хмыкнул Марат.

— Ты же знаешь, что это не так. Просто… это только моя проблема. А у тебя хватает дел. Лучше скажи Элли, чтобы зашла ко мне после репетиций.

— Нет, Арт, это наша общая проблема. Не забывай, что всегда можешь меня просить о помощи.

Я это итак знал, поэтому проводил Марата благодарной улыбкой. А после взялся за телефон и приступил к обзвону встревоженных партнеров.

Спустя несколько часов сложных разговоров и объяснений голова не просто болела, а, кажется, была готова расколоться на части. Мне пришлось применить все свои таланты, чтобы убедить их в том, что проблемы никакой нет, а спектакль ждет успех. Это оказалось непросто, и под конец я чувствовал себя, как выжатый лимон. А впереди меня ждал скучный бюрократический текст договоров. Нет, перед такой работой нужно выпить кофе.

Я не стал просить Зою, решил сам прогуляться до буфета, чтобы хоть немного отвлечься от работы. И надо же было случиться, что там я встретил Марго. Она расслабленно сидела в кресле и копалась в телефоне. Причем мне показалось, что сидит здесь она давно.

— Ты почему не на репетициях? — нахмурился я.

— А что мне там делать? Свою роль я знаю идеально. Зато бедный Эдик уже третий час бьется с этой курицей. Даже Влад уже из сил выбился, чтобы хоть немного ее растормошить.

Марго закатила глаза.

— Что, так все плохо?

— Ужасно! — воскликнула Марго и вдруг подалась вперед. — Скажи, Арт, где ты ее нашел? Не верю, что она смогла пройти кастинг. Она же бездарность, таланта – ноль! И думает только о гулянках. Все какому-то Максу названивала, пыталась встречу назначить. Даже обещала пораньше закончить. И как прикажешь с ней работать?

— Элина была лучшей из претенденток, — нахмурился я, не желая обсуждать с главной стервой своего театра собственные решения.

— Да? А Эдик говорил, что были намного талантливее.

— Когда у Эдика будет свой театр, будет набирать кого захочет. А сейчас выбор за мной. И если я сказал, что Элли будет играть Катерину, то так и будет.

Я подошел к кофемашине и со злостью ткнул кнопку. Аппарат зашумел, перемалывая зерна, но я все-таки расслышал слова Марго, брошенные мне в спину.

— Как скажешь. Только погорим мы все из-за твоих необдуманных решений.

Я резко повернулся к Марго. Но она снова копалась в своем телефоне, нарочито не глядя на меня. Какая же стерва! Неужели я мог когда-то делить с ней постель? Как хорошо, что длилось это недолго.

Я не стал отвечать на ее слова, еще не хватало отчитываться перед ней. Просто забрал чашку с дымящимся эспрессо и направился обратно в кабинет. Нет, сегодня определенно не мой день. Лучше бы Зою попросил принести кофе, тогда не пришлось бы выслушивать от Марго очередную порцию гадостей.

В кабинете я с тоской посмотрел на стопку документов, которая ждала меня. Это мое наказание за безответственность. Что бы я ни говорил, а с контрактом я сам облажался. Значит, документам нужно научиться уделять больше времени и внимания.

Но в первую очередь, я должен был подготовить контракт и соглашение для Элли, о которых я говорил ей позавчера. Оба документа придется немного изменить. Условия поменялись, и я должен начать требовать от сотрудников больше. Кстати, не мешало бы всем остальным тоже подписать документ о неразглашении информации. Может, на этом этапе крыса и выявится? Если не захочет подписывать, значит, есть что скрывать. Надо бы Марату подкинуть идейку.

Я уже заканчивал править контракт, когда в дверь робко постучали. Я сразу понял, что это Элли.

— Заходите, — произнес я как можно жестче. После утренней отповеди от нее, после паршивого дня и плохих новостей об игре Элины, разговаривать с ней вежливо не хотелось.

Девушка зашла, прикрыла за собой дверь и подошла к столу.

— Вы вызвали меня, чтобы подписать документы? — поинтересовалась она, и ее тон показался мне слишком беззаботным, особенно на фоне моего состояния.

— Да, но не только за этим, — я рваным движением указал на кресло напротив себя, и Элли послушно села. Я зачем-то вспомнил, как она прижимала к бедрам юбчонку сарафана, когда садилась в прошлый раз в любимое кресло Марата, и это воспоминание вызвало еще больше раздражения, которое я поспешил подавить. — Расскажи мне, как ты справляешься.

Я испытующе посмотрел на нее, и девушка смутилась, замялась.

— Ну, режиссер доволен, что я быстро выучила текст.

— Нет, — отрезал я, — как у тебя с самой ролью?

— Я стараюсь, но судя по словам Эдика, некоторые сцены получаются не очень хорошо.

— Некоторые? — поднял я брови.

— Да, некоторые. — Элли выдохнула и посмотрела мне прямо в глаза. — Артур Богданович, я репетирую всего второй день. У меня обязательно получится, я обещаю, что буду стараться.

— У нас мало времени, каждый день на вес золота. А мне сказали, что ты обещаешь своим любовникам уйти с работы пораньше. Это так?

— Я не думаю, что десять минут что-то сильно поменяют, — ответила Элина, слегка покраснев. А меня словно током прошибло от внезапного всплеска ярости.

— Ты ошибаешься, Элли. Ты должна работать больше остальных, и даже десяти лишних минут у тебя нет.

Я говорил тихо и даже вкрадчиво, еле сдерживая себя, чтобы не перейти на крик. Давно убедился, что такой вот тяжелый, давящий тон действует на людей намного сильнее, чем вульгарные вопли. Пожалуй, даже Савельеву можно было кое-чему у меня поучиться. Вот и Элли съежилась под моим взглядом. Но я не собирался ее щадить, пусть наконец проникнется всей серьезностью ситуации, к которой она теперь имеет самое непосредственное отношение.

— Что же, у меня теперь не может быть личной жизни? — все-таки попробовала сопротивляться она.

— В рабочее время – нет. А работы у тебя должно быть больше, чем отдыха. Не так уж сложно заставить себя отбросить лишнее всего на один месяц и заняться делом. Ты так не считаешь?

— Да, разумеется, — покорно выдохнула она, потупив глаза, но мне показалось, что согласилась Элли просто потому, что побоялась спорить со мной.

Очень хотелось отчитать Элли, как школьницу, прогулявшую урок, подавить ее, заставить согласиться с собой, но я не стал этого делать. Просто отправил документы на печать и передал еще горячую стопку листов Элли.