Чтение онлайн

– Разве нужен более веский повод, чем желание поприветствовать вас после столь долгого отсутствия, Великая? – произнес старик, склонившись в поклоне. – Знаете, вас не было так долго, что я уже начал беспокоиться – уж не стряслось ли чего в Поднебесной?

– Скажи, откуда ты узнал, что я вернулась? Неужто от той ящерицы? – не ответив на приветствие, спросила она.

– Простите, но я не могу назвать имя своего источника. Однако уверяю вас – не от ящ... – старичок замялся на секунду. – Не от господина Пе. И даже скажу: я специально не тревожил ваш покой, пока вы сами не дали о себе знать.

– И как долго ты знал?

– С того самого мгновения, как ваша изящная ножка ступила на причал порта Инчхон.

После этих слов лицо Ма Ри омрачила хмурая тень. Старик, похоже, действительно знал о ее прибытии с самого начала.

– Смотрю, вы спустя столько лет наконец-то нашли себе нового слугу, Великая, – старик, видимо, решил сменить тему, окинув меня оценивающим взглядом.

– Нашла, – коротко ответила Ма Ри и тут же бросила на меня разочарованный взгляд. – Хотя, скорее всего, скоро придется искать нового.

– Очень жаль это слышать, – с притворным сочувствием протянул старик. – В такие времена действительно трудно найти кого-то толкового. Позвольте, Великая, я помогу вам. У меня как раз есть один очень способный юноша. Я собирался предложить его Емгу, но ради нашей встречи после стольких лет готов уступить его вам.

– Что, этот вспыльчивый дурак опять прикончил предыдущего? – хмыкнула Ма Ри, слегка прищурив глаза. – Насколько я помню, тот парнишка был довольно смышленым и знал, с кем связал свою судьбу, чтобы не подставляться под его гнев.

– Увы, так и есть, – вздохнул старик, опустив глаза. – Но, как это часто бывает у людей, всему виной любовь. Тот... впрочем, это долгая история. Давайте я приберегу ее на случай, если у нас будет и повод, и время для таких рассказов.

Все это время они разговаривали так, будто меня вовсе не существует. Нет, даже хуже – будто я просто часть обстановки. Эдакий неудачно прижившийся фикус, который уже пора заменить на что-то более подходящее. Но фикусом я быть не собираюсь.

Я понимал, что встревать в этот разговор сейчас – далеко не самая разумная идея. Однако каждое слово, каждую интонацию я запомнил. И если представится возможность – я припомню. Нет, не Ма Ри. Ей я это прощу. А вот этому старикашке нет. И плюну ему в чай как-нибудь в будущем.

– Ладно, оставим эти пустые разговоры на потом, антиквар. Просто говори, что тебе нужно. У меня сейчас нет времени на праздную болтовню. Но если хочешь, могу для этого одолжить тебе его — попьёте чаю, он его на редкость хорошо готовит, – сказала Ма Ри, кивнув в мою сторону, явно не упустив возможности прочитать мои мысли.

– Даже так? Какой редкий талант в это время. Но как-нибудь в другой раз, – старик поправил очки, прищурившись. – Вы ведь знаете, Великая, о моей слабости к редким и ценным вещам. И, конечно, я не поверю, что вы, вернувшись после полувекового путешествия, не привезли с собой чего-то стоящего.

– Привезла, – ответила она с хитрой улыбкой.

И тут с одного из ее хвостов что-то сорвалось. Этим «чем-то» оказалось перо – длинное, серебристое, с изящным золотистым отливом. Оно медленно, словно танцуя в воздухе, опустилось на столик и издало едва слышный звук, напоминающий легкий перезвон крошечных колокольчиков. От пера исходило слабое, завораживающее свечение.

Старик не смог скрыть восхищения. Его глаза загорелись, он осторожно шагнул ближе, словно боялся спугнуть это чудо.

– О, девять небес, это же... – антиквар схватился за голову, потрясенный до глубины души, а затем медленно протянул дрожащую руку к перу.

– Это, это, – спокойно произнесла Ма Ри, мягко преградив путь к сокровищу одним из своих хвостов.

– Что... что вы хотите за это великолепие, о Великая? – старик моментально взял себя в руки, но его взгляд неотрывно следил за пером, теперь скрытым под белоснежным хвостом.

– Не придуривайся. Я знаю, ты давно охотишься за этой вещью, антиквар. И уж точно привлекла тебя не ее красота. И ты прекрасно знаешь, что я хочу взамен.

– Простите, но этой вещи просто нет в нашем мире. Это всего лишь легенда.

– Есть. Я точно знаю. И она сейчас здесь, в Сеуле. Все эти годы я искала ее – и, наконец, напала на след.

Самое удивительное – они ни разу не упомянули, что это за вещь. И дело было не во мне. Нет, они будто боялись произнести название того предмета, который искала моя работодательница.

– Не может быть...

– Это ответ я получила на от даоса Даолиня, которому прислуживала тридцать лет и зим, – с отвращением ответила она.

Её слова прозвучали с таким презрением, что я стал сомневаться — а жив ли тот даос, что бы это ни значило. А ещё эти тридцать лет… что-то мне подсказывает, это как-то связано с тем, что я появился тут.

– И почему вы так легко делитесь такой ценной информацией с ничтожным?

– Потому что кто-кто, а ты, Антиквар, точно не станешь распускать язык, – сказала она, и ее хвост, прикрывавший перо, легким движением отправил его в сторону старика.

Антиквар не заставил себя ждать. Откуда-то он извлек на вид очень древнюю деревянную шкатулку. Перо мягко опустилось внутрь, словно само знало свое место. Старик тут же захлопнул крышку и быстро спрятал шкатулку за пазуху.

– Это плата за то, что ты сообщишь мне, если сможешь выйти на след этой вещи.

– Клянусь. Только вы узнаете, если я что-то выясню, – сказал Антиквар, уже повернувшись к выходу, видимо, намереваясь покинуть дом Ма Ри. Однако он внезапно остановился.

– Что еще? – бросила Ма Ри с явным нежеланием продолжать разговор.

– Ничего. Просто меня просили передать, чтобы вы навестили одну старую обезьяну, – сказал старик – и растворился в воздухе.

– Вот же трусливый затворник… Мог бы и сам прийти, если ему что-то надо, – проворчала Ма Ри, а после перевела взгляд на меня.

– Ладно, ты тоже проваливай, – сказала она и взмахнула рукой.

В следующий миг я вновь очутился у того самого камня посреди тропы.

– И как мне теперь добраться домой без денег и телефона?.. – пробурчал я, оглядываясь по сторонам. Впрочем, как-нибудь справлюсь. Главное – я выжил после своего маленького бунта.

Неплохо. Даже в юности я столько не жал. Это был уже пятый подход – я постепенно наращивал вес и дошел до ста двадцати килограммов. Не рекорд, конечно, но, глядя на здоровяка, который сейчас возится рядом с соседней скамьей, я понимал: он столько уж точно не выжмет.