Чтение онлайн

– Тебе бы… хоть за кого замуж выйти тут, да? Чтобы не возвращаться в провинцию… Не суди по себе, Тэми… Для меня оба этих пути равноценны катастрофе! Неужели ты не понимаешь?!

– О нет, я-то прекрасно понимаю. Ты ведь хочешь все и сразу. Но, принцесса, так не бывает. В конце концов! У тебя впереди год. Учебный, правда, но и этого достаточно для того, чтобы все перевернулось с ног на голову. Может, найдешь себе кого получше. А пока улыбнись и играй свою роль. Только объясни, как ты с Горин-то умудрилась договор заключить? Она ж о Раульфане печется как курица-наседка.

– О, – вздохнула Илавин, – Это отдельная долгая история.

– А я никуда не спешу…

– Ну… ладно, – нехотя ответила девушка, сняла с цепочки кристалл, ненадолго приложила к виску и протянула подруге.

Пересказывать нудную беседу с научным руководителем было лень, да и передать воспоминания всегда быстрее получается.

Хвост первый. Нет причин для беспокойства. Или есть?

Сказать по правде, Илавин побаивалась своего научного руководителя. Профессор Жерро была женщиной неопределенного возраста и необъятных размеров. И если первое можно списать на ее мастерское владение магией, то второе у многих вызывало недоумение. Особо смелые студенты даже умудрялись шутить на эту тему. Правда, Илви вывела четкую зависимость между этими анекдотами и отчислениями, поэтому предпочитала не замечать недостатков Горин Жерро. А уж, когда ей выпало такое счастье, как писать курсовые и дипломные под руководством главы кафедры прикладной огненной магии, готова была взвыть.

К чести Горин, она была требовательна, но справедлива. И уже к четвертому семестру Илавин начали завидовать сокурсники, которым не досталось жесткого прессинга в конце первого курса и сейчас приходилось нагонять. Илви же, прошедшая огонь и лед, чувствовала себя как рыбка в воде, легко выполняя все требования Горин.

Да чего говорить, за четыре года совместной работы Илавин привыкла считать руководительницу кем-то в духе заботливой много-юродной тетушки, которая вроде бы уже и не родственница, но все равно присматривает.

Прибыв в академию после летней практики, Илавин тут же отправилась навестить Горин, отдать сувениры и уточнить тему исследовательской работы на ближайший семестр.

– А вот и ты, – по-жабьи улыбнулась научная руководительница, промычала себе под нос что-то мелодичное, и на столик тут же прилетели две чашки ароматного чая и корзинка ватрушек.

– Здравствуйте, – еще раз неловко поприветствовала Илви и, потупившись, уставилась в пол.

– Как прошла практика? – как ни в чем не бывало, продолжала расспрашивать Горин, но Илавин чувствовала, что за каждым вопросом кроется какой-то подвох.

– Да как обычно, профессор Жерро… – попыталась замять неудобную тему Илви, но под строгим взглядом наставницы покраснела и продолжила: – Сидела бумажки перекладывала, всякие договоры и прочие мелочи. Кому нужен безголосый маг?

Илавин обреченно вздохнула и повесила нос. После неудачного эксперимента в конце восьмого семестра и пропажи голоса, она надеялась на то, что это временно, что все скоро пройдет, и она снова будет красоваться на доске почета среди лучших студентов академии. Но дни шли, а способность петь никак не возвращалась. Из тяжелых размышлений девушку вырвал вопрос Горин:

– Неужели все так плохо?

– Ну… – Илви задумалась, размышляя, как же точнее ответить своей наставнице. – Понимаете, находись я где-то в конце списка по успеваемости все четыре года обучения, то было бы и ничего. А я забралась довольно высоко, поэтому падать оказалось больно. К тому же, несчастный случай произошел, как вы знаете, в самом конце семестра. Поэтому поменять место практики было уже попросту невозможно. Там ждали сильного мага… а получили… что получили. Конечно же, ко мне относились с должным сочувствием и уважением, вот только эти жалеющие взгляды ранят похуже кислоты.

– Бедная моя девочка, – с сочувствием прокомментировала Горин.

Илавин показалось, что она сделала это специально: чтобы было больно, чтобы вывести из хрупкого равновесия.

– Спасибо за заботу, профессор. Я уже, и вправду, привыкла, – Илви неловко улыбнулась.

– Не за что. Я уже придумала, чем мы займемся в этом семестре. Даже одобрение от деканата нашего получила. Так что от учебы тебя не отстранят…

– А как же практика? – неуверенно спросила Илви.

– Что-нибудь придумают. В конце концов, есть же магические усилители. Не думаю, что твоя семья не выделит на них средства, чтобы ты закончила образование, – отмахнулась Горин. – Ты молодец, что зашла. Давай как раз подпишем все бумажки, а то потом я буду занята. Мне в этом году, представляешь, дали кураторство у малышей. Мол де там больше половины группы с талантом к огню, кому как не мне ими заниматься, – доверительно пожаловалась профессор, с трудом поднимая свое тучное тело из кресла. – Как будто кроме меня магов огня нет! Но и не откажешь же… ну да ничего… на следующий год спихну их кому-нибудь.

Продолжая жаловаться на жизнь, Горин достала с полки увесистую папку, облизала указательный палец и принялась перелистывать страницы.

– Да не отдадите вы их, – улыбнулась Илавин. – Вы и про меня так говорили.

– Что ты, деточка! – профессор картинно всплеснула руками, уронив папку. – Ты особенная. У тебя и задатки есть, так что давай, отделяй зернышки от плевел.

Илавин вздохнула и раздраженно потерла горло. Все еще иногда побаливало, хоть и прошло три месяца. Первые две недели были самыми страшными, Илви боялась, что вообще не сможет говорить. Сейчас все наладилось, голос вернулся, но не полностью.

– Я теперь, госпожа Горин, бездарность. Безголосый маг, если можно так сказать, – усмехнулась Илавин и отпила из чашки. Отвар успел настояться и стал терпким, царапающим все внутри.

– Ну, не печалься, деточка моя. Как будто это вселенская трагедия. Переживешь.

– Голос-то может быть и переживу. А вот жениха на вид в два раза старше – нет! – Илви сердито топнула ногой. Чайная ложечка недовольно подпрыгнула на столике, обиженно звякнув.

– Ишь какая молодежь пошла, – покачала головой Горин, поднимая папку. – А еще каких-то пятьсот лет назад выходили замуж за того, на кого кивком головы укажут. И все были счастливы.

– Простите, но все меняется. Маги, конечно, живут дольше тех, кто не может питать свое тело потоком… но это не значит, что мир должен подстраиваться под них. Все изменилось. И сейчас… Я бы вышла за ровесника, но не за старика!

– Опытный муж, богатый… что тебя не устраивает, деточка? Будешь как у Десяти за пазухой.

Илавин передернуло. Она с нескрываемым отвращением посмотрела на наставницу и даже немного отодвинулась.

– Это качества отца, а не мужа. Как я с ним буду?.. Ну, вы же понимаете, да? Я уже не говорю о том, что он явно потребует много детей и сразу, потому что уже одной ногой ступил на Черный Сонтум!

– А жена-волшебница ему зачем? Будешь поддерживать его силы…

– Я не… – Илви осеклась на полуслове, сжала кулачки и постаралась не заплакать.

Горина с размаху окунула ее в реальный мир. Мир, в котором мужчина все еще был выше женщины. Мир, где, даже будучи магом, ты не застрахована от судьбы сиделки и по совместительству донора жизненной силы. Мир… в котором не было места счастью. По крайней мере, Илавин не видела его. Было страшно. Казалось, что липкий сизый туман из древних легенд снова стелется по земле, уничтожая все живое на своем пути.