Чтение онлайн

В «языке» насекомых, как и многих других животных, изобилуют «выражения», важные для серьезных переговоров. Это химические сигналы, то есть вещества-посредники, переносящие информацию среди животных. Здесь я затрону только вопрос о чувствительности насекомых к запахам. Обоняние насекомых иногда доходит до такого совершенства, что дальше, кажется, некуда — дальше лишь мир за гранью реальности. Одна молекула на кубометр воздуха — таков возможный нижний предел концентрации пахучего вещества, засекаемого самцами бабочки-сатурнии, или, как ее еще называют, большого ночного павлиньего глаза. Самец сатурнии способен улавливать запах самки с расстояния 12 километров. Это, конечно, рекорд. Обонятельные возможности других насекомых скромнее. Так, бабочка монашенка чует запах с расстояния 200–300 метров, капустная совка — с 3 километров, непарный шелкопряд — с 3,8 километра.

А легко ли получить пахучие вещества насекомых? Подумайте сами. Немецкий химик А. Бутенандт, удостоенный Нобелевской премии за свои труды по выявлению биологического значения запахов в жизни насекомых, начал свою работу по выделению такого вещества в 1938 году, а окончил в 1959 году. После 20 лет изнурительного труда он из 500 000 самок тутового шелкопряда извлек 12 граммов вещества, названного в честь его поставщика бомбиколом (по латыни тутовый шелкопряд именуется Бомбикс мори). В химическом отношении вещество оказалось цепочкой из 16 углеродных атомов с присоединенной к ним спиртовой группой. Другой пример. Американский ученый М. Джекобсон, использовав полмиллиона самок непарного шелкопряда, за 30 лет получил 20 миллиграммов пахучего вещества.

Вещества животных, служащие химическими сигналами, в 1959 году были названы феромонами. Слово «феромон» происходит от греческих слов «ферейн» — переносить и «орман» — возбуждать. Феромоны выделяются организмом во внешнюю среду с целью повлиять на поведение, образ жизни или физиологию других особей того же вида. Общественные насекомые применяют их для связи, узнавания каст и других социальных взаимодействий. И одиночные, и общественные насекомые обладают пахучими веществами для обозначения территории, для образования пахучего следа и для сбора особей в группы. В их арсенале имеются также феромоны, вызывающие тревогу и используемые как химическое оружие.

Особую роль в жизни насекомых играют половые феромоны. Они возникли в процессе длительной эволюции как надежное средство пространственного объединения половых партнеров вида для сотворения потомства. К настоящему времени число их превысило 200. Как правило, только самки-девственницы насекомых выделяют феромоны любви, особенно усиленно — особи, спаривающиеся лишь один раз в жизни. Самцы, что с них взять, способны отвечать на зов девственниц много раз, отдыхая от любовного опьянения только во время низкой концентрации возбуждающих средств.

Однажды проделали опыт: собрали 400 девственных монашенок (так называется один из видов бабочек) и выпустили в лесу. Знали бы вы, что творилось вокруг! Монашенки заманили около 400 000 порхающих кавалеров! Выходит, половые феромоны можно использовать как ловушки? Так и делают. Никто не утверждает, что добывать их из насекомых легко и быстро. Это дело, как мы узнали, трудное и долгое. Вот почему на помощь практикам пришли химики. Они синтезировали искусственные химические соединения, ничем не отличающиеся от естественных половых феромонов. В настоящее время их используют для контроля и даже для подавления вредителей, например, непарного шелкопряда, яблонной, сливовой и восточной плодожорок, некоторых листоверток, совок, хлопкового долгоносика.

Если имеются привлекающие насекомых вещества, то должны существовать и отпугивающие. Прогноз оправдывается: известны сигнальные химические соединения, обладающие отталкивающим действием на насекомых. Они называются подавителями питания. Их международные наименования — репелленты, или антифиданты. Их вырабатывают главным образом растения, чтобы подавить аппетит насекомых как раз в тот момент, когда у них слюнки текут. Подавители питания не уничтожают самих вредителей, они просто-напросто не дают им возможности вредить, отбивая аппетит. Сильный антифидант, конечно, может и убить вредных насекомых, но не прямо, а косвенно, обрекая разевающих рты на чужой каравай на голодную смерть.

Подавители питания, в отличие от пестицидов, не оказывают пагубного воздействия на человека и полезных насекомых. Они влияют на поведение лишь вредных насекомых. Это экологически чистые средства защиты избирательного действия. Они отпугивают только открытоживущих грызущих насекомых, а скрытоживущие или сосущие шестиногие к ним равнодушны, безразличны.

Антифиданты находят применение на практике. Это прежде всего природные пиретрины — эфиры, добываемые из сушеных цветков растения, близкого к ромашке, особого вида хризантемы. Запах их для человека нейтральный, но насекомые, почуяв его, убегают как черт от ладана. Плантации такой хризантемы выращиваются преимущественно в Африке. Пиретрины применяются для защиты зерна и продуктов их переработки при их длительном хранении и во время дальних перевозок. Ими с успехом можно заменить токсичные бытовые пестициды при защите шерстяных изделий в домашних условиях.

Упомяну еще одно растение как факт для размышления. Это невысокое дерево, произрастающее в Северной Африке, по латыни называемое Мелия азедаракс: Для него не страшны самые ужасные нашествия саранчи. Саранча облепляет его десятками тысяч так, что гнутся даже ветки, но не трогает ни единого листочка. Если обработать вытяжкой из него культурные растения, саранча их обходит стороной. Побольше бы таких подавителей аппетита вредных насекомых — наших нахлебников! А может быть, их много, мы просто о них ничего не знаем.

Если бы злючки-комары не выплаживались, а оставались безобидными личинками, очищающими воду, как было бы вольготно жить на свете! Мечта? Нет, на этом фронте близок миг победы. Но совершается это не по щучьему велению, а применением регулятора роста насекомых.

Попробуем разобраться. Начнем с того, что у насекомых имеются железы внутренней секреции, выделяющие вещества, называемые гормонами. Их продукция попадает прямо в кровь и транспортируется ею во все внутренние органы тела. Обмен веществ и развитие насекомых и связанные с ними этапы жизни — личиночный рост, линьки, превращение во взрослое состояние, торможение (диапауза), половое созревание… словом, весь жизненный путь насекомого от яйца до имаго регулируется всего-навсего тремя гормонами.

Первый — гормон мозга — стимулирует активность других желез внутренней секреции. Второй гормон, получивший название экдизон, поставляется грудными железами. Он отвечает за линьки у личинок и рост их тела. Что касается третьего гормона, то он самый важный для нормального роста и развития всех насекомых. Это ювенильный гормон, выделяемый прилежащими телами над передней кишкой. Его действие состоит в том, что он способствует развитию личиночных органов и препятствует превращению личинки во взрослое насекомое. Ювенильный гормон с трудом извлекается в малых дозах из насекомых. Но зато он легко добывается из других источников, таких, как большинство групп беспозвоночных и позвоночных животных, микроорганизмов, растений, различных тканей человека…

Любое соединение, имеющее биологическую активность, сходную с активностью ювенильного гормона, называется ювеноидом, или регулятором роста насекомых. К настоящему времени известно около 600 ювеноидов. Наиболее перспективные из них обладают более избирательным действием, чем пестициды. Это помогает правильно подобрать ювеноид, или регулятор роста для подавления определенного вида вредителей. Но больше всего они подходят для уничтожения насекомых, приносящих вред только во взрослом состоянии, так как их действие препятствует личинкам перелинять в имаго. А вот комары созданы природой словно для того, чтобы их травили регуляторами роста.