(Не)равный обмен
Шрифт:
Девушка не могла не отметить, что заметно похорошела с момента своего приезда сюда. Мало того, что ее скулы красиво округлилось, а кожа немного загорела, в ее глазах появился привлекательный блеск, губы как будто стали пухлее, а волосы, немного посветлевшие от продолжительных прогулок под солнцем, приобрели еще более яркий блеск, потрясающую мягкость и шелковистость. Ее локоны красиво обрамляли ее лицо, подсвечивая его и создавая сияющий ореол. Без лишней скромности Айнэ отметила, что в вечерних сумерках, при скупом освещении масляных ламп, ее отражение было очень похоже на старый портрет в их замке, изображающий бабушку Лоа Рубис в молодости. И дело было не только во внешнем сходстве, а в какой-то особой, почти мистической атмосфере, которая всегда царит на картинах мастеров прошлого.
Айнэ подумала о том, что она вполне себе красива. А это значит — привлекательна.
Ирравэлю нужно разнообразие?
Так в чем проблема? Если постараться, она сможет быть разной.
Ему нужно энергетическая подпитка?
Это она тоже может, ведь благодаря магии она представляет собой практически неисчерпаемый источник.
По крайней мере, об этом она прочитала в одной из книг.
Девушка бросила быстрый взгляд на раскрытый несессер, стоящий в одном из кресел. Там, среди каймы и ниток, торчали и ножницы. Так как у Айнэ была густая и пышная шевелюра, придется потратить приличное время, чтобы обрезать подобную копну. Наверняка, короткая стрижка заметно освежит ее внешность и, возможно, привлечет к ней внимание.
Но, представив себя с криво обтесанными волосами, принцесса немного нервно рассмеялась.
Да разве дело в прическе?! Разве может подобная глупость привнести серьезное изменение в его отношение к ней?
Что-то она сомневается. Разве что… Можно спросить мнение самого Ирравэля…
“Да нет, — яростно мотнула головой Айнэ, — Все это глупости. Просто бредни влюбленной девчонки”.
Влюбленной…
Как же легко она это признала!
… Поддавшись инстинктивному порыву, девушка поднялась на ноги и подошла к окну. Одернув шторы, она широко распахнула ставни и глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух. На улице было темно — из-за наступившей осени сумерки теперь сгущались куда быстрее. Но зато можно было отчетливо увидеть, в каких окнах горит свет и в каких помещениях еще происходит движение.
Айнэ безошибочно определила окна, которые выходили из кабинета Ирравэля. В темноте они выглядели яркими прямоугольниками, обрамленные собранными по середине шторами и, если приглядеться, можно было увидеть темное пятнышко сидящего за столом дракона, снова корпеющего то ли над бумагами, то ли над перепиской.
Про свою работу Ирравэль, кстати, тоже рассказывал. И, как ни странно, Айнэ оказалась очень интересно слушать про обустройство рудников, про систему снабжения и переработку и даже о процессах купли-продажи материалов, инструментов и, собственно, самой той или иной руды. Это было познавательно и увлекательно. Свои рассказы дракон то и дело приправлял какими-то шутками и забавными историями, из-за чего Айнэ порой смеялась до самых слез.
“А почему бы, собственно, и нет?!” — с вызовом спросила принцесса саму себя.
Быстро закрыв окна, чтобы не налетела мошкара, Айнэ быстро повернулась и кинулась к шкафу, в который все ее одеяния давно переместились из сундука. Достав первое попавшиеся под руку платье, она уже накинула его на голову, но отчего-то передумала и бросила на постель. За ним последовала и снятая длинная ночная рубашка с рукавами, оставив девушку совершенно нагой.
Нет, конечно. Так она к своему любовнику через весь дом не пойдет. И не потому, что ее могут осудить слуги, которые, кажется, привыкли ко всему в этом месте, а потому что собственная стыдливость не позволит Айнэ поступить настолько… нескромно.
Поэтому девушка достала с полки и сразу же надела одну из нижних сорочек под платье — коротенькую, из нежнейшего розового шелка, на тонких бретелях и с тончайшим кружевом по подолу — и темно-красное платье-халат. Потом, вернувшись к зеркалу, выбрала из украшений лаконичное и изящное ожерелье с гранатами и сережки из этого же комплекта и заплела простую косу. Правда, в итоге она передумала и украшения сняла. А косу свернула и закрепила на затылке с помощью длинных шпилек.
Оказавшись под хорошо знакомой дверью, Айнэ тихонько усмехнулась. Ей вспомнилось, как она впервые оказалась здесь — на следующий же день после того, как дракон впервые взял ее и лишил девственности. Тогда все было по-другому. Ее привел Ардо, а не она сама пришла. Она жутко боялась Ирравэля. А он был почему-то очень зол на нее. Вроде как он заявил, что она не имеет права без его разрешения ходить по дому… И одежда, традиционная для ее страны, ужасно его раздражала — поэтому он просто изорвал ее в клочья. А когда она отказалась быть послушно, Ирравэль взял ее жестко и грубо. На собственном столе. Вжав грудью в столешницу, не позволял даже чуть-чуть пошевелиться…
Как же много времени прошло с тех пор!
И в то же время — ничтожно мало…
И ситуация тоже изменилась. Теперь Айнэ носила подчеркивающие ее фигуру красивые и роскошные одеяния и украшения, не прятала волосы под вуалью, а ходить по дому она могла вольно и свободно, как будто была хозяйкой.
…Тихонько постучавшись, девушка немного приоткрыла дверь и, не спрашивая разрешения, аккуратно проскользнула внутрь. Конечно, Ирравэль тут же заметил её и, подняв голову, поглядел на Айнэ недоуменно и устало.
— Почему не спишь? — откинувшись на спинку кресла и слегка нахмурившись, спросил он.
Несмотря на не самое хорошее освещение, принцесса увидела, каким утомленным было лицо дракона. В последний раз они виделись утром, за завтраком, а потом мужчина закрылся тут, и лишь Шэль несколько раз приносил ему свежую корреспонденцию, какие-то книги из библиотеки, а еще еду и чай. Наверное, у мужчины какие-то проблемы с рудниками. Или еще что — в этом вопросе Ирравэль оставался скрытым, но по некоторым незначительным фразам можно было догадаться, что не такая уж и простая у него жизнь.
Хотя поначалу она так не считала. Да и не задумывалась, если честно.
Торопливо преодолев пространство кабинета и оказавшись рядом с драконом, она робко обняла руками его шею и трепетно прильнула к плечу.
— Прости, если помешала, — тихонько пробормотала она, потервешись щекой о темноволосую макушку Ирравэля, — Но я соскучилась…
— Даже так? — усмехнулся мужчина, обхватив ее одной рукой за талию, но… довольно мягко и рассеянно. Без знакомой порывистости и силы, по которым, со стыдом призналась себе Айнэ, она тосковала. — Уже поздно. Иди спать.
— Я соскучилась… — упрямо повторила девушка, непроизвольно содрогнувшись, но только крепче прижавшись к нему, — Пожалуйста, не прогоняй меня… Прошу…
— Да ладно тебе, — дракон задрал голову и с любопытством поглядел в ее лицо, — Откуда такая тоска, принцесса?
Наклонившись, девушка несмело прижалась к мужским губам своими. Легонько провела кончиком языка по его верхней губе и порывисто вздохнула, когда, поддавшись этой легкой и незамысловатой ласке, дракон открыл свой рот и потянулся своим языком навстречу.
Айнэ затрепетала мгновенно. Но не от возбуждения — до него пока было далеко, — а от мысли, что дракон не прогнал ее, не отмахнулся. Вместо этого он ответил на поцелуй и одним плавным движением посадил ее на свои колени.
Его рука привычно взметнулась к ее затылку, вытаскивая шпильки и пальцами распуская косу. И запустил пальцы в волосы, сжимая затылок, чтобы прижать покрепче.
Из ленивого и рассеянного поцелуй стал жадным и глубоким. Дыхание смешалось, языки переплелись, а Айнэ всхлипнула от ярко вспыхнувшего удовольствия.