Не размениваясь по мелочам
Шрифт:
Лесли, прекрасно зная, что ей, как ни старайся, не скрыть разочарования, взялась за ручку.
– Что ж! Тогда всего хорошего.
– До свидания, мисс Лесли! – отчеканил Терри.
– До свидания, – пробормотал Рассел.
Лесли послышалось, что в его голосе звучит досада, но она больше ни разу не взглянула на него и поспешно вышла.
Любимая пицца сегодня казалась резиновой и совсем безвкусной, по телевизору не показывали ничего интересного. Лесли смотрела в экран невидящим взглядом и все думала и думала о Расселе Доусоне. Приглашения не принял, но явно не хотел меня обидеть и, прежде чем отказать, колебался. Почему? Причин может быть море. Во-первых, он наверняка устал на работе, во-вторых, перепугался за племянника, в-третьих, мы почти незнакомы. В-четвертых, я могла ему не понравиться, более того – показаться ненормальной. То кричу, то смеюсь как дурочка. Она пошлепала себя по губам. Со странностями. Не исключено, что он только и мечтал поскорее от меня отделаться, а подвезти предложил из вежливости.
Тут ее посетила пренеприятная мысль, и, дабы не выводил из себя развязный смех подростков, которых показывали по телевизору, она взяла пульт и нажала на кнопку выключения. Воцарилась тоскливая тишина.
Конечно, подумала Лесли. И как я сразу не догадалась? Его ждала дома жена и дети, поэтому он и не пошел ко мне. Получилось бы как-то неприлично, да и его женщина разволновалась бы и стала бы гадать, не стряслось ли беды.
Значит, сказала она себе, поднимаясь с тахты и отправляясь на кухню сварить кофе, возможно я ему и понравилась. Во всяком случае, не показалась отвратительной. С другой стороны, какая мне разница?
Ни-ка-кой! – во весь голос воскликнула она, стараясь развеселить себя. Он наверняка лет на десять меня старше, если не на все пятнадцать. Не исключено, что женат не первый раз, воспитывает полдюжины детишек. И что на меня смотрит как на глупого ребенка.
Но ведь я ничего такого и не подразумевала, добавила она мысленно, заглушая шевельнувшееся в сердце непривычное волнение. Хотела всего лишь подружиться с ним, просто поболтать… Такое ощущение, что он знает много-много секретов и мог бы поделиться опытом, помочь разобраться в сложностях жизни. Только и всего.
Ей представилось, как об этих самых сложностях с ним толкует другая женщина, как внимательно он ее слушает, как пытается поставить себя на ее место и найти верное решение. Сделалось завидно и немного обидно.
Ничего! И я в один прекрасный день встречу своего мужчину! – сказала она себе, не желая думать о своем одиночестве.
Тут по дому многозвучной трелью разнесся телефонный звонок.
Мама, подумала Лесли, хватая чашку с кофе и устремляясь к трубке, что лежала на холодильнике.
– Алло? – выпалила она.
– Ну привет, – послышался лениво-хрипловатый голос Джейсона.
Только этого мне не хватало! – мелькнуло в мыслях Лесли. Впрочем… хотя бы отвлекусь.
– Привет.
– Скучала?
Джейсон говорил почти всегда одними и теми же фразами и задавал глупейшие вопросы.
– Брось дурить, – строго ответила Лесли.
– Ладно-ладно, только не злись, – пробормотал он. – Чем занимаешься?
– Пришла с работы, пью кофе.
– Одна?
– Да, представь себе!
– Поедем куда-нибудь, поужинаем вместе.
Лесли не понимала, как ему не надоело получать отказы. Джейсон изводил ее звонками вот уже третий год. Она сразу дала ему понять, что о сближении между ними не может быть и речи – слишком они были разные, не протянули бы вместе и месяца. Но Джейсон никак не желал отступать.
– Я уже поужинала, – устало сказала Лесли.
– Тогда поедем просто чего-нибудь выпить. Или в клуб, потанцуем? – не унимался он.
– Какие могут быть танцы? Завтра мне рано вставать, – пробормотала Лесли, чувствуя, что должна поскорее лечь в постель. От обилия впечатлений и раздумий кружилась голова и наваливалась слабость.
– Ты просто не хочешь меня видеть, да? – с плохо скрываемой досадой быстрее и резче проговорил Джейсон. – Тогда пошли куда подальше – и поставим на этом точку.
Лесли заглушила в себе вопль отчаяния, сделала глоток кофе, поставила чашку на стол и забралась с ногами на кожаный диванчик. Ей было по-человечески жаль Джейсона. Наверняка он питает к ней искренние чувства, иначе не стал бы так продолжительно унижаться и выставлять себя полным идиотом. Помочь же ему она, увы, ничем не могла.
– Джейсон, посылать кого бы то ни было не входит в мои привычки. Повторяю это тебе в сотый раз. А насчет того, хочу ли я тебя видеть… Послушай, разве я не ясно все объяснила в прошлый, позапрошлый раз?
– Ясно-ясно. Яснее некуда, – с горькой усмешкой произнес несчастный влюбленный. – Да я ведь не только потому тебе звоню, что не теряю надежды на ответные чувства. Понимаешь, мне приятно даже слышать твой голос, делиться с тобой новостями. Таких, как ты, больше нет.
– Естественно, – стараясь говорить помягче, ответила Лесли. – И таких, как ты, тоже. Каждый из нас уникален.
– Да нет, я не о том. Разумеется, в каком-то смысле все мы уникальны. С другой же стороны, основная масса очень подвержена влиянию времени, телевидения и так далее. Ты же будто существуешь независимо от дат, поветрий, моды. Когда я с тобой разговариваю, я отдыхаю душой, вот почему меня к тебе тянет. Ты излучаешь какой-то магический свет, что ли… Волшебное тепло, которым так и хочется согреться.
– Спасибо, – пробормотала Лесли, искренне сочувствуя нелюбимому поклоннику.
– Это тебе спасибо. За то, что ты есть. – Голос Джейсона прозвучал чуть более хрипло, чем всегда.
Лесли грустно улыбнулась, задумываясь, зачем существует никому не нужная любовь, и ничего не ответила.
– Я еще позвоню тебе, ладно? На следующей неделе? – с надеждой в голосе спросил Джейсон.
– Конечно, звони, – сказала Лесли.
– Может, все-таки куда-нибудь съездим вместе? Просто так, совершенно без глупостей?
– Может.
Лесли знала, что не стоит никуда с ним ездить. Понимала, что Джейсон обманывает себя и ее и что встречи лишь усугубят его страдания.
– Ну тогда – до следующей недели! – воспрянув духом, воскликнул он. – Приятного отдыха!
– Спасибо.
Отложив трубку, Лесли в безотрадном раздумье допила остывший кофе. Ухажеров ей всегда хватало, а вот родной души, человека, с которым она согласилась бы быть рядом и в радости и в горе, когда видеть хочется лишь самых дорогих и близких – тех, перед кем не стыдно быть смешной, заплаканной, убитой горем, – такого парня все никак не встречалось. Тут ей вдруг снова вспомнился Доусон, и на сердце почему-то стало отрадно и вместе с тем тяжко. Опять зазвонил телефон.
– Мама?! – тотчас схватив трубку, прокричала Лесли.