Не русские идут
Шрифт:
– Доктор исторических наук, работает старшим научным сотрудником историко-архивного института.
Буй-Тур напряг память.
– Гамаюн Антон Анурьевич?
Роскошные ресницы Аглаи сделали взмах.
– Ты его знаешь?
Гордей рассмеялся.
– Запомнил фамилию, редкая и необычная.
– Мой дед – старовер, на Севере живёт, на Кольском полуострове. А его дед из переселенцев, хотя это и не нация. Извини, мне нужно идти, скоро выступаю.
– Иди, конечно. – Буй-Тур спохватился. – А что ты вечером делаешь? Может, посидим здесь в кафе? Расскажешь о своей работе.
– Разве ты не будешь на моём выступлении?
– Не знаю, если работа позволит.
– Значит, ты не докладчик?
– Я защитник, – серьёзно сказал Буй-Тур. – Но ты меня заинтересовала. Как называется твой доклад?
– «Россия – душа Мира».
– О! – Гордей с любопытством посмотрел на строгое лицо девушки, на котором проступило выражение сосредоточенности. – Не боишься, что найдутся оппоненты и обольют грязью?
– Не боюсь! – Брови Аглаи сдвинулись. – Россия действительно душа Мира, его надежда и опора. Мы, живущие на её святой земле, всегда в поиске: истины, правды, справедливости и лучшей жизни. Наше время – вечность! Наши пределы – Вселенная!
– Ух, ты! – добродушно крякнул Буй-Тур, погладив ладонью затылок. – Глобально мыслишь!
– Ты против?
– Ни в коей мере.
Лицо Аглаи просияло; было видно, что она очень искренний и простодушный человек.
– Приходи, начало моего выступления в три часа.
Взмахнув рукой, она убежала, тонкая, светлая, тёплая, увлечённая делом.
Буй-Тур долго смотрел ей вслед, размышляя, почему она ему нравится, потом услышал щелчок вызова и очнулся.
– Слушаю.
– Вишневский выходит из здания, за ним топают два амбала весьма определённого вида, – заявил Ник.
Буй-Тур отбросил лишние мысли.
– Куда он направляется?
– Садится в такси.
– А «топтуны»?
– Садятся в джип.
– За ними! Я пока соберу группу.
– Ок.
Группа собралась за две минуты.
Буй-Тур объяснил всем ситуацию, оставил Уса на конференции, приглядывать за интересующими группу лицами, и они сели в белый микроавтобус «Березань», приданный группе для проведения необходимых мероприятий.
Мощный «Ауди RS6», на котором Ник отправился вслед за Вишневским, принадлежал ему самому. На нём бывший спецназовец приехал в Питер из Москвы.
Уже через несколько минут Ник сообщил:
– Проехали Исаакий, движемся на ту сторону Невы.
– Принял, – отозвался Буй-Тур. – Не упускай их из виду. Мы в пяти минутах от вас.
Он неплохо знал город, но за рулём минивэна сидел Олег, который здесь родился и знал Санкт-Петербург как свои пять пальцев.
Ник заговорил, когда машина пересекла Троицкий мост:
– За такси Вишневского следуют уже две тачки, джип «Кашкай» и чёрный «семисотый» «мерин».
– Уверен?
– Обижаешь, начальник.
– Кто это может быть?
– Не знаю.
– Держись в тени, не высовывайся.
– Знамо дело.
– Две тачки – это уже акцентация, – проворчал Борис; рации членов группы работали на одной волне, и все слышали переговоры.
Буй-Тур промолчал, хотя думал о том же: целенаправленное выслеживание и сопровождение объекта двумя машинами говорило о подготовке к операции по его задержанию или устранению.
Проехали Приморское шоссе, свернули направо, в сторону Выборга. Через четверть часа Ник доложил:
– Переехали мост, свернули с трассы налево, здесь какой-то городок.
– Комарово, – сказал Олег.
– Следуй за ними тенью!
– Крадусь аки невидимка. Тут какой-то переулок с глухими заборами, свернули направо… проехали магазин «Продукты».
– Жми, – коротко приказал Олегу Буй-Тур.
«Березань» увеличила скорость.
Свернули перед носом отчаянно сигналившей фуры, промчались по улице между заборами, миновали продуктовый магазинчик и увидели «Ауди» Ника.
Олег притормозил в полусотне метров от «Ауди».
– Здесь они, остановились возле старой двухэтажки за углом, – доложил Ник. – Вишневский вошёл в подъёзд, двое «топтунов» из джипа двинулись за ним.
– Что «мерин»?
– Стоит… погодите-ка… кто-то выползает… – Послышался тихий присвист. – Офигеть! Знаете, кто это?
– Дурацкий вопрос.
– Мандель!
Сидевшие в микроавтобусе переглянулись.
Прав был князь, подумал Буй-Тур, магистр заинтересовался сообщением Вишневского, хочет узнать подробности.
– Выходим.
Бойцы покинули минивэн.
Двое сразу перешли на другую сторону улицы, Буй-Тур и Олег направились к двухэтажному жилому дому, неизвестно как уцелевшему среди новостроек Комарова.
– Ник, проверь, кто остался в джипе и в «мерине».
Из «Ауди» выбрался нескладный с виду Николай Голубев, достал пачку сигарет, похлопал по карманам, подошёл к «семисотому» «Мерседесу», показал сигарету.
Водитель роскошной иномарки с агрессивно-спортивными обводами остался сидеть за рулём, неподвижный как монумент. Буй-Тур разглядел его, похожего на тяжелоатлета, несмотря на тонированные стёкла.
Ник пожал плечами, направился к джипу.
Его водитель тоже не прореагировал на жест, означавший просьбу прикурить, и раздосадованный Ник двинулся к подъезду дома.
– В «мерине», похоже, один водила, в «Кашкае» водила и ещё кто-то на заднем сиденье. Не то баба, не то мужик, плохо видно.
– Иди в дом.
– Иду.
Ник скрылся за дверью, почему-то не снабжённой устройством домокома.
– Влад, останешься снаружи, следи за тачками. Остальные по одному за мной.
– Не возбудились бы.
– Дашь знать. Борис, возьми «ТГ», я возьму «СЭР».
Оружие они с собой не брали, зато взяли спецаппаратуру: «ТГ» или «третий глаз» – микроволновой интроскоп для просвечивания стен зданий и прослушивания разговоров, и «СЭР» – сканер электронной разведки, способный определять живую силу противника и тип оружия, которым тот владеет.
Вошли в здание.
– Всё тихо, – встретил их Ник. – Постоял перед дверями, нигде ничего не слышно.
Буй-Тур вынул из кармана летней курточки небольшой тубус «СЭРа», выдвинул антенны, вдавил кнопочку.