Чтение онлайн

Иногда мне казалось, редко и совсем ненадолго, что Фил испытывает ко мне интерес – странный, извращенный, но все же интерес. Эта мысль заставляла кровь бежать по венам скорее, она всю мою жизнь, ставшую вдруг такой странной, окрашивала в другие тона. И вот сейчас, в одну секунду, иллюзии разбились. Он готов, не задумываясь, мною пожертвовать. И эта мысль была невыносимее, чем та, что я сегодня целый вечер провела с убийцей.

– Ну же, только вот слёз не надо! – раздраженно бросил он. – Давай обойдемся без истерик.

Стоило Филу договорить, как истерика началась. Теперь это уже были не едва проступившие на глазах две слезинки – я устроила целый водопад. Понимала, что нужно остановиться, понимала, чем рискую, отлично знала, что вряд ли стоит злить Фила после того, как я ввязалась в игру. А еще я хотела выглядеть перед ним спокойной и равнодушной, как те светские львицы в открытых платьях, к обществу которых Фил привык, и уж точно не зареванной плаксой. Но ничего не могла поделать.

Я рыдала безудержно, громко всхлипывая и вытирая лицо рукавом нового платья, с ужасом ожидая, что вот сейчас Фил скажет: «Ладно, забыли. Убирайся к черту, Магда, из моего кабинета и из моего города! Вместе со своей семейкой!» И едва забрезжившая надежда на нормальную жизнь для мамы и мелкой Энн снова пропадет.

Но он ничего такого не сказал. Он подошел близко, обхватил меня за плечи, прижал к себе и запустил пальцы в мои волосы.

– Ну все, перестань, – выдохнул он у меня над ухом. – Не думаешь же ты, что я не смогу тебя защитить? Мои люди следят за каждым твоим шагом. Я не стал бы рисковать, если бы не был уверен…

Он говорил что-то еще, но я уже не разбирала слов. Словно погружаясь в сладкий дурман, я слушала… слушала… Звук его голоса, непривычно тихий, хрипловатый, сводил с ума. Он был везде, даже внутри, где все дрожало и таяло. Горячие пальцы Фила касались моей кожи, скользя с затылка на шею. Мягкий, успокаивающий жест, который меня ни черта не успокаивал.

Я когда-то говорила, что только в очень больную голову может прийти мысль оказаться в постели с Филом, или что-то вроде того. И теперь, кажется, я в достаточной степени наказана. Потому что именно я – та сумасшедшая, которая готова пойти на что угодно, подвергнуть себя опасности, терпеть общество придурка Фолка, который, возможно, психопат и даже убийца, лишь бы Фил не останавливался, не выпускал меня из объятий, не прекращал этот завораживающий танец пальцев по моей коже.

Я не знаю, сколько прошло времени. Возможно, нисколько. Возможно, оно просто застыло, как застыли мы. Я уже не плакала, но мы все так же стояли посреди кабинета: я, прижавшись лицом к его плечу, и он, сжимающий меня в объятиях. Самое время что-то сделать: или отстраниться, извиниться и начать припудривать носик, или мы должны зайти дальше. При мысли об этом «дальше» по телу растеклась лихорадочная слабость, и думалось лишь об одном: если сейчас я подниму голову – мои губы окажутся близко-близко к губам Фила.

Я так ярко представила его дыхание на своих губах, что у меня закружилась голова и подкосились ноги.

Видно, Фил что-то такое уловил. Он подхватил меня на руки и понес к дивану. Мое сердце сжалось от какого-то сумасшедшего предвкушения. Сладкий ужас, нега, возбуждение – все это смешалось в невероятный коктейль, который пьянил куда больше, чем терпкое вино, которое мы пили с Питером. Я ощутила спиной как прогнулся подо мной диван, а лицо Фила оказалось в восхитительной, невероятной близости от моего. Я дышала его запахом, и от этого напрочь сносило крышу. Это длилось всего одну секунду, не более. Потом Фил отстранился и сказал:

– Отдохни тут. Я принесу тебе выпить.

А через несколько мгновений на меня опустился мягкий плед.

И от странной, несвойственной Филу заботы мне вдруг стало страшно. Если Фил, тот самый Фил, которого все боятся и который одним изгибом брови заставляет людей терять сознание от ужаса, вдруг становится таким милашкой – значит, мои дела действительно плохи. Похоже, меня подставляют. По-крупному.

18

Вопреки моим ожиданиям, король не выглядел таким обеспокоенным, каким должен выглядеть отец, когда его единственное родное чадо исчезло. А вот моя готовность броситься на поиски ему явно не нравилась. Он смотрел на меня хмуро, будто хотел сказать, что это вовсе не мое дело. Впрочем, возможно я ошибалась, и не нравилось ему не мое беспокойство о драконыше, а то, что я появилась перед подданными в простыне.

Почему-то гурии, которые шастали по его замку почти голышом, пока их не отправили по домам, его ни капли не смущали. Или тут приняты двойные стандарты? Наполнить дворец полуобнаженными девицами королю можно, а законная королева должна быть закутана от бровей по самые пятки?

Но, поймав на себе суровый взгляд короля, я от греха подальше вернулась в свою комнату и оделась, благо в шкафу оказалось полно нарядов. Вполне себе нормальных нарядов, не увешанных камнями и золотом, как то ужасное платье. Я схватила первое попавшееся. Сейчас не до красоты!

А слуга между тем докладывал:

— Сколько ищем, а нигде нет. Вас в покоях ее величества беспокоить не решились, все-таки такой день... Особенный. Уж очень боялись, что и до утра ждать придется…

Он бросил на меня быстрый взгляд и тут же его отвел.

— Не ищите, сам разберусь, — строго сказал король и быстро зашагал по коридору, словно надеялся от меня скрыться.

— Что значит «не ищите»? — осторожно спросила я, наконец нагнав его и шустро труся рядом.

Трудно сказать почему, но за этого мальчишку я чувствовала ответственность, хотя по большому счету должна на него невероятно злиться. Король мрачно на меня покосился.

— То и значит. Бесполезно искать. Он дракон, пусть и маленький. А еще — мой сын и наследник. Если он не захочет, чтобы его нашли, его не найдут.

— И вы так спокойно об этом говорите? — возмутилась я. Впрочем, возмущение получилось не очень убедительным. Трудно возмущаться на бегу.

Король замедлил шаг и посмотрел на меня удивленно:

— А вы действительно о нем переживаете?

Я даже не стала отвечать на столь глупый вопрос. Конечно, переживаю. И не представляю, как можно не переживать за потерявшегося ребенка! Пусть даже он иногда ведет себя как исчадье ада.

— А если он хотел, чтобы его нашли? — выдвинула я версию.

— А если он хотел, чтобы мы его нашли, он оставил мне записку.

Что-то слуга ни о какой записке не говорил. Только о том, что весь дворец перевернули вверх дном!

— Если бы он оставил записку, нянька бы ее заметила! — сердито возразила я

Уж не знаю почему, но что бы ни говорил мой новоиспеченный муж, меня это раздражало. И снова король надменно покосился на меня. Ну конечно, легко чувствовать свое превосходство над тем, кто в реалиях этого мира совсем не разбирается. Бесит!

— Если он оставил записку мне, — снизошел он, — почему ее должна заметить нянька?

Ясно, здесь снова какие-то драконьи заморочки. Трудно искать маленького дракона в том мире, о котором ты ничего не знаешь, в огромном незнакомом замке. Особенно когда его там нет.

— Мы сейчас идем в… детскую?

— Мы? — изогнул бровь король.

Гр-р-р…

— Конечно, мы! — отчеканила я. — Или вы думаете, что я тут просто так гуляю перед сном по коридорам?! Да я уснуть не смогу, не зная, где сейчас бедный ребенок и что с ним случилось!