Чтение онлайн

— Ну наконец-то! — выдыхает мне в губы. И поцелуй навсегда объединяет наши сердца.

Насладиться друг другом нам так и не удаётся, потому что огромная очередь из желающих нас поздравить всё собирается и собирается. Когда вижу, как к нам приближаются Костя с Юлей, немного теряюсь. У Юли аккуратный животик и она кажется счастливой. Костя поддерживает её за талию и также улыбается.

Неужели лёд всё-таки дал трещину и эти двое наконец-то влюблены и счастливы?

— Поздравляем вас, — Юля обнимает меня первой, и при этом ни один яд из её рта не вылетает.

— Тебе… идёт беременность, — не могу удержаться от комментария.

— Спасибо. Тебе тоже, — отвечает с усмешкой.

— Кстати, у нас будет дочь, — добавляет Костя. — Марин, мы бы хотели, чтобы ты стала её крестной.

— Ого… — а вот это действительно неожиданно. — Ну… я с радостью, только Кирюшку сначала рожу.

Кажется, всё действительно начинает налаживаться. Мы все счастливы, улыбок сегодня так много... как только поздравления заканчиваются, Матвей крепко берёт меня за руку и ведёт в центр зала. Мы танцуем под прямыми взглядами гостей, и я вижу, как плачет от счастья мама, а отец обнимает её за плечи. Как Макс пробует алкогольные напитки у фуршетного стола, и как Карина флиртует с одним из друзей Матвея, а тот широко ей улыбается.

Всё, как и всегда, только теперь я Громова, а мой муж так нежно рассматривает моё лицо сейчас.

— Готова к бегству? — Матвей наклоняется к моему уху и шепчет так проникновенно.

— Прямо сейчас?! — не могу поверить, что мой муж способен на подобное.

— А что? Это наш праздник, Маринка-мандаринка, и мы имеем право провести его вдвоем, — он улыбается, и от тембра его голоса у меня по телу рассыпаются мурашки.

— Готова! — уверенно отвечаю, и Матвей крепко перехватывает мою руку. Быстро направляемся в коридор, а оттуда в гардероб. Он помогает мне одеться, а потом делает это сам.

На улице Матвей сажает меня в машину, и так и оставшись незамеченными. Мы уезжаем в наше новое жилье, и в дом Громов заносит меня на руках.

— Ты уверен, что это необходимо? — спрашиваю, когда он всё-таки ставит меня на землю.

— Естественно. Традиции никто не отменял, Маринка-мандаринка, — заявляет теперь уже мой муж.

Господи, в голове не укладывается просто!

— И какую ещё традицию готов исполнить, мой любимый муж? — спрашиваю с усмешкой.

— Первая брачная ночь, детка, — Матвей влажно целует меня в шею, и не сдержавшись, я издаю тихий стон. — Я же говорил, что неделю тебя из спальни не выпущу, а ты же знаешь, что Матвей Громов всегда держит своё слово.

— Знаю. И за это я тебя ещё больше люблю.

На Матвея мои слова действуют, как зелёный свет. Он снова подхватывает меня на руки и несёт на второй этаж в нашу с ним спальню. Когда дверь закрывается, и он осторожно кладёт меня на простыни, хочется так много сделать и сказать. Но вкус его поцелуя заставляет все мысли и желание покинуть голову.

Это всё подождёт. Сейчас есть только он и я. И больше ничто не имеет значения.

*************

Дорогие, завтра выйдет пролог и на этом мы завершаем историю Матвея и Марины. Книга будет бесплатной сутки после завершения, и потом уйдёт в продажу)

Эпилог

Матвей

За окном глубокая ночь, а я всё никак не могу уснуть. Рядом тихонько посапывает Марина, положив руку на живот. Он у неё просто исполинский, но почему-то это пугает только меня. До родов осталось меньше недели, и я, чёрт возьми, боюсь этого дня до панического ужаса! Настолько, что уже третью ночь подряд не могу заснуть. Потому что как только закрываю глаза, передо мной тут же появляется картина моей рожающей и истошно кричащей жены.

Звездец, Громов. Это шиза…

Я и сам это понимаю, но ничего поделать с собой не могу. Кто бы подумал, что к концу Марининой беременности в конченую истеричку превращусь именно я…

И вроде готовился к этому дню, вещи для больницы давно уже собраны и машина во дворе всегда на низком старте. И всё равно страшно так, что аж зубы сводит. В голове роем мельтешат назойливые мысли. Что, если что-то пойдет не так? Если с Мариной или ребёнком что-то случится? Эта паранойя мне нахрен мозг разрывает.

И хотя сама Марина по тысячу раз в день убеждает меня, что всё хорошо, я вижу, что ей тоже страшно. Ну, конечно, рожать то она будет, а не я…

Осторожно, чтобы не разбудить жену, кладу свою ладонь на живот и чувствую уже довольно ощутимые толчки. Улыбаюсь во все тридцать два, потому что мой сын весь в меня. На месте вообще сидеть не может.

— Матвей… ты почему не спишь? — сонно спрашивает Марина, обводя моё лицо расфокусированным взглядом.

— Не спится, — шепчу.

— Опять себя накрутил? Всё будет хорошо, Матвей. И врач тебе говорил, что причин для волнения нет.

— Я знаю, но…

— Принеси мне попить! — ворчит Марина, и я знаю, что она делает это, чтобы не слушать моё нытьё. Быстро чмокаю её в губы и спускаюсь на первый этаж. Набираю в стакан воды, но когда собираюсь вернуться обратно в спальню, со второго этажа вдруг раздаётся крик Марины.

Сказать, что я только что обделался — это ничего не сказать. Чёртов стакан выпадает у меня из рук и разбивается вдребезги прямо под ногами.

Перешагнув через осколки, влетаю в комнату и вижу, как моя жена одной рукой держится за край кровати, а другой за живот.

— Марин, что такое?! — бросаю взгляд на её бледное лицо.

— Воды отошли, — испуганно шепчет и смотрит на меня такими большими глазами, что у меня нахрен дыхание перехватывает.

Особенно, когда вижу, насколько страшно стало Марине. А значит я уже не могу позволить себе впадать в панику. Два паникёра на родах — это уже чересчур.

— Садись сюда, я скорую вызову, — помогаю ей сесть на кровать, а сам хватаюсь за телефон и связываюсь с диспетчером. Помогаю Марине одеться и стараюсь не пугаться, когда она слишком крепко стискивает зубы, чтобы не кричать от боли. Одеваюсь сам и, подхватив её на руки, несу вниз, на первый этаж. Успеваю только одеть ей на ноги сапоги, когда по дому разносится звонок. Отпираю ворота и вижу в окне сине-красные огни.

— Пойдем, малыш, — помогаю ей встать, и в это же время в дом заходят врачи. Марину забирают, а я сажусь в свою машину и еду за ними. По дороге набираю своих родителей, её маму и даже Костю. Хочу, чтобы кто-то был рядом и не дал мне сойти с ума. Потому что, да, мне страшно!

Какого чёрта роды начались так рано?! У нас в запасе была ещё почти неделя! Это вообще нормально?! А если с ними что-то случится?!

Твою мать…

Клянусь, лучше бы я сам рожал! Потому что думать о том, как Маринка там без меня мучается от боли — это что-то невыносимое.