Не смейся, ведь я люблю
Шрифт:
только Эстер в декабре продолжала лить по нему слезы, в то время как он спал с Каролиной.
Они заканчивают ужин, избегая вновь касаться этой темы. Но все уже по-другому, несмотря на то
что Эстер пытается скрыть крах своих иллюзий и испытанное ею разочарование. Они даже идут в
“Лао-лао”, чтобы купить замороженный йогурт, прежде чем завершить свидание. [ прим: “Лао-лао
(Yao Yao) – сеть испанских кафе, предлагающих замороженные йогурты, смузи и фруктовые
коктейли” ]
– Ты позвонишь мне? – спрашивает Родриго, когда они идут по улице Ареналь.
– Позвоню.
– Я чудесно провел этот вечер. Очень давно мне хотелось чего-то такого.
Парень наклоняется к Эстер, чтобы поцеловать ее в губы, но девушка слегка отодвигается в
сторону, и Родриго целует ее в щеку.
– Не сейчас, Родриго, не торопись, еще слишком рано.
– Ладно, – соглашается он, уже понимая, что все получится не так, как он хотел. – Позвони мне.
– Я позвоню.
– Пока, Эстер. Огромное спасибо за все.
– Пока.
Парень уходит, постоянно оглядываясь. Она улыбается, лишь бы улыбнуться. Она знает, что теперь
эта история дошла до заключительной точки. В понедельник она позвонит ему, и они останутся
только друзьями, не больше. Этот человек не является мужчиной ее жизни. Эстер окончательно
поняла это с небольшой помощью с его стороны, но она очень рада видеть его таким изменившимся.
Начиная с этой минуты, все будет зависеть только от него. В случае необходимости она поддержит
его, но только как человека, которого высоко ценит, потому что ее любовь к нему угасла навсегда.
И словно проследив за ней и дождавшись, когда закончится встреча с Родриго, ее милый и
любимый Бруно пишет ей сообщение:
Сожалею, что вчера и сегодня я был придурком. Надеюсь, ты уже простила меня за все.
Договоримся о том, чтобы поужинать у меня дома в другой раз, если мать меня не убьет. Целую
тебя, и спокойной тебе ночи.
Эстер улыбается, читая послание друга, и это не та вымученная улыбка, которую она адресовала
139
Родриго, когда они прощались. Если бы Бруно знал, что до ужина с ней у него дома остается гораздо
меньше времени, чем он представляет… Но она не станет отвечать ему немедленно. Пусть он
помучается немножко, как заставил помучиться ее.
Этим вечером улицы Мадрида ослепительно красивы. А завтра, когда она пойдет по ним после
того, как расскажет Бруно обо всем, что чувствует, они, пожалуй, станут еще прекраснее.
Глава 57
– Я все еще не приду в себя.
– Я тоже.
– Это было, как… как будто мы были главными героинями фильма!
– Да, я тоже чувствовала себя так, будто играю в фильме.
Девушки смотрят друг на друга через веб-камеры и переписываются в чате, на котором они
познакомились. Они возвращаются к тому, с чего все началось.
– Тебе понравилось, как я целуюсь? – спрашивает Палома. Написав эту фразу, она подносит палец
к губам.
– Очень.
– Для первого раза не так плохо, а?
– Просто отлично.
– Но я же не укусила тебя, целуясь так, правда?
– Да нет, успокойся, – улыбаясь, пишет рыжая, – все было замечательно.
– Но мы должны продолжать практиковаться, чтобы дойти до совершенства. Ты так не считаешь?
– Ну-у-у…
– Что, нет? Ты не хочешь снова целоваться со мной, как в “комнате крика”? – глаза Паломы
стремительно краснеют, кажется, она вот-вот заплачет. Губы девушки кривятся, и она сжимает их
покрепче, но Мери тут же успокаивает ее:
– Конечно же хочу, но в эти дни нам будет трудно встречаться. Начинаются экзамены, и мне
нужно заниматься. К тому же, где мы можем целоваться, чтобы нас никто не увидел?
– Ты слишком много суетишься, Рыжулька.
– Ты так считаешь?
– Да, именно так я и думаю. Ты доведешь себя до стресса.
– Но в эти недели мы не сможем видеться очень часто.
– У нас есть вот это, мобильник и WhatsApp, – отвечает Палома, стараясь подбодрить Мери, несколько упавшую духом.
– После сегодняшнего вечера все остальное становится таким незначительным для меня.
Мери даже надела свои зеленые линзы. Они щиплют ей глаза, но девушка предпочитает, чтобы
Палома продолжала видеть ее такой. Пусть в последнем воспоминании Паломы она фигурирует без
очков в синей оправе. Пожалуй, пришло время перемен, и пора начать привыкать всегда носить
линзы. Так она чувствует себя более красивой.
– Для меня тоже, но…
– Хотя мы могли бы встретиться завтра утром.
– Утром я не могу. Я пообещала матери убраться в комнате и помочь ей вымыть кухню. Может, вечером?
– Я встречаюсь с отцом… Но я могла бы сказать ему, что мы встретимся за чашкой кофе в
понедельник, перед тем, как он уедет в Барселону. По ходу, он тоже не слишком-то обеспокоен тем, что в этот приезд он не со мной.
– Возможно, он с какой-нибудь женщиной.
– С женщиной?
– Скорее всего, он вернулся к твоей матери, и они держат это в секрете. Я видела целую кучу
телефильмов с подобным сюжетом.
– Это невозможно. Но, давай оставим разговоры о моей семье, поговорим лучше о нас с тобой.
Впрочем, в словах подруги есть смысл. Вдобавок, ее мать очень странная с тех пор, как отец
приехал из Барселоны на выходные.
– Хорошо, поговорим о нас.
– Тебе хочется, чтобы мы встретились завтра вечером?
– Да! Да! Да! Конечно, да! Если хочешь, пойдем посмотрим фильм. В зале будет темно, и… Не
знаю.
Расчудесная идея. Мери хотелось бы пойти с Паломой в кино, как если бы они были настоящей