Чтение онлайн

может стать хуже. Ты и так болеешь из-за меня, и я не хочу винить себя и отвечать за то, что ты

разболеешься еще сильнее.

Мать выказывает свое одобрение, столь же недвусмысленно подняв большой палец кверху.

– В таком случае, почему бы тебе не прийти ко мне домой? И не волнуйся, сейчас я не в состоянии

лечь с кем-нибудь в постель.

– Ты изволишь шутить, даже когда болеешь…

– Вовсе нет, уверяю тебя.

Валерия не знает, что сказать. Она даже не может использовать Рауля как оправдание. Мало того, что этот парень провел всю ночь, бесплатно делая альбом с ее фотографиями, так он к тому же теперь

болеет из-за ее неловкости.

– Подожди минуточку, Маркос, я поговорю с мамой.

– Хорошо, я жду.

Девушка поворачивается к матери и прикрывает ладонью мобильник точно так же, как чуть

раньше делала это Мара.

– И что мне делать? Он хочет, чтобы я пришла к нему домой.

– Подумать только. И в чем проблема?

– Ни в чем.

– И что тогда?

– Не знаю.

– Тебе было бы совсем неплохо пойти сейчас немного прогуляться. Если ты не пойдешь, то целый

день проревешь в своей комнате. Пусть даже еще слишком рано для чего бы то ни было, все равно ты

не должна скрываться здесь весь день.

– Мне хочется побыть одной.

– У него дома ты и будешь одна, но с ним, – насмешливо замечает Мара.

– Вот для этого и существуют матери.

– А теперь поговорим серьезно, Вал. Нет ничего плохого в том, что ты пойдешь к нему домой и

навестишь его, тем более что он болеет. У меня есть очень хорошая микстура от простуды, отнесешь

ее ему, посидишь с ним немного за компанию и принесешь альбом.

– Ты у меня неисправима, ты – мама для всех.

Улыбаясь, женщина встает с кровати, свистит Вики и идет к ванной комнате, где хранит все

лекарства, в то время как дочь возобновляет прерванный разговор.

– Хорошо, я приду.

– Отлично, можешь выходить.

Маркос дает Валерии свой адрес, чтобы она могла отыскать его в Гугле, а затем опять надрывно

кашляет.

– Мы живем недалеко друг от друга.

– Зайдешь после обеда?

– Хорошо, но я не знаю, в котором часу буду обедать, я только что встала…

– Тогда приходи, когда позавтракаешь.

Если ее мать неисправима, то Маркос… неизменим. У него всегда на все есть ответ.

– Я приду часа через два.

– Отлично, я тебя жду, – прощается парень, на этот раз не кашляя, а чихая. – До встречи, Вал.

– До встречи. Лечи свою простуду!

– Я так и сделаю, не волнуйся. Пока.

Валерия отключается и идет на поиски матери. Мара перебирает, передвигая с места на место

151

разные маленькие стеклянные флакончики и пластиковые бутылочки в шкафчике с металлическими

дверцами.

– Ты уже сказала ему, что придешь? – интересуется она.

– Да, мама, сказала, хотя мне не хочется выходить из дома.

– Есть новости от Рауля?

– Нет, я сказала ему, чтобы он не звонил мне и не писал. К тому же, я только что проснулась, и у

меня ни от кого нет новостей.

– И ты по нему не скучаешь?

Скучает, еще как скучает. Каждую ночную минуту, и каждую воскресную минуту, когда она уже

проснулась. Как и предсказывала вчера мама, теперь она видит все вещи с другой стороны, но

несмотря на это Валерия считает, что поступила правильно. Трудно простить того, кто врет тебе, как

это сделал Рауль. Да простить сегодня сложно, но вчера это было невозможно.

Папа, сегодня вечером я тоже не смогу встретиться с тобой. Как тебе идея выпить кофе

завтра с утра пораньше, перед тем, как ты уедешь?

Это сообщение Мери послала отцу перед тем, как войти в свой блог. Этот пост полностью

отличается от всех других, написанных раньше, и посвящается он ей.

Сбывшиеся сны

Иди. Входи не спеша. Подойди ко мне, не сомневайся, я здесь. Зажмурься, а теперь открой глаза.

Посмотри на меня. Улыбнись той улыбкой, что так мне нравится. Да-да, той, что освещает твое лицо, той, что заставляет девушку быть самой красивой на земле. Подойди. Это такое наслаждение – знать, что ты рядом, чувствовать, как соприкасаются наши разгоряченные тела. Это такое счастье – вместе

кричать о том, кто мы, взяться за руки, переплетая пальцы. Я обожаю чувствовать твою близость, когда наши сердца бьются в едином ритме любовной песни. Ты слышишь их? Подойди. Сплети свои

ноги с моими, привяжи меня к себе, запри замок, соединяющий наши тела. Никогда не отделяйся от

меня. Ты – это все то, что мне хотелось посеять. Ты – единственная правда, мелодия моей жизни, весенние слова поэта. Я могу поцеловать тебя? Подойди. Позволь мне отведать твои губы, узнать, что

они знают. Закрой опять свои глаза. Позволь мне вести тебя. Неторопливо. Очень медленно, постепенно. Напиши свои желания на моей коже. Сведи меня с ума. Это бесконечность? Не уходи, останься со мной. Мы снова закричим вместе. Нет-нет, это не слезы. Это дождик омывает мои щеки.

Я не позволю своей боли говорить с тобой. Тебе не нужно знать, что я умираю, когда тебя нет. Я жду

тебя в своем следующем сне. Или в комнатах, где звук – это узник свободы.

– Это и правда написала ты?

– Да. Тебе нравится?

Палома поражена тем, что Мери способна передать словами.

– Очень. Ты – профи.

– Не преувеличивай, просто мне нравится писать.

– Это потрясаюше красиво, Мери. Мне очень нравится.

– Это тебе, – улыбаясь, пишет в чате Мери.

Утром девушки почти не разговаривали. Одна писала, другая помогала матери с уборкой, но обе

смогли найти чуточку свободного времени, чтобы поболтать по интернету.

– Спасибо, Рыжулька! – пишет счастливая Палома. – Сейчас я должна идти обедать и собираться.

Увидимся через час с небольшим!

– Увидимся!

– Мне так хочется посмотреть с тобой фильм. Ты уже решила, какой?

– Сейчас я посмотрю афишу, а потом мы вместе решим. Как тебе?

– Отлично! Пойду, пока не пришла мама и не дала мне нагоняй за то, что еда стынет. Целую.