Чтение онлайн

– Чисто теоретически – и я могу.

Я повернулась, чтобы посмотреть в глаза вампира. Они были спокойными и ясными. И еще – за ними была скрытая до поры до времени Сила. Но сейчас я могла оценить размеры его могущества.

– Ты – не можешь. Пороха не хватит.

Вадим пожал плечами.

– Я признаю это. Но должен предостеречь тебя. Не стоит говорить это другим вампирам без… Без весомых аргументов.

– Типа серебряной сковородки?

– Типа того, – улыбнулся вампир. – Когда живешь долго, очень долго, утрачивается страх перед смертью. Становится интересна игра. Что-то вроде «Смогу ли я покорить ее?». Будь осторожнее.

– Я вооружусь, – решила я. – Что еще ты можешь рассказать?

Вампир чуть пожал плечами.

– Мало чего. Я сам никогда не был ни с кем связан. И не очень интересовался этим. Да! Вот что еще! Ваши жизни связаны, и ваша смерть теперь зависит друг от друга.

– Это как?

– Если умирает фамилиар, вампир может выжить. Редко, но может. Если умирает вампир – фамилиар еще никогда не выживал. Почти никогда. А выжившие завидовали умершим! Иногда фамилиаров просто добивали из милосердия. Они сходили с ума. И о боли. Если Мечиславу причинят достаточно сильную боль – ты будешь чувствовать то же, что и он. И он будет чувствовать то же, что и ты. Если не сможете закрыться друг от друга. Есть определенные границы у боли. Если бы с ним произошло то же, что и со мной или с Борисом, ты бы почувствовала.

– А заблокировать эту связь никак нельзя?

– Никак. Это невозможно.

Я вздохнула. Придется временно смириться с происходящим. А потом мы посмотрим, как развернуть все в свою пользу. Кстати говоря…

– Слушай, а откуда вообще взялись фамилиары? Откуда пошел этот обычай?

Я выразилась не слишком внятно, но Вадим меня понял – и блеснул клыками в полумраке.

– Юля, а ты читала интересную сказочку про рака-отшельника и актинию?

Я читала. Хотя и не могла припомнить автора.

– Ну, вот и здесь так же, – пожал плечами вампир. – Симбиоз, понимаешь?! Взаимопомощь и взаимовыгода. Откуда это дело пошло, до сих пор никто не знает. И куда все это придет – тоже. А суть-то проста. Люди слабы и уязвимы. Вампиры могут жить вечно. Но люди отлично передвигаются днем, а вампиры днем обязаны спать.

– Что-то вы с Борисом не спали, – заметила я.

– А ты сама могла бы уснуть, если тебя пытают? Да еще и с крестом… ну для человека – с раскаленным железом на коже?

Я аж передернулась от такого сравнения. Рука сама поползла к ожогу. Уснешь тут, как же!

– А разве дневной сон у вампиров не похож на смерть?

– В каком-то смысле это и есть смерть, – не стал спорить Вадим. – Мы сможем выжить даже под водой, нам не нужен воздух, нам ничего не нужно, кроме темноты – и нескольких секунд покоя. А вот этих секунд нам и не давали. Превратили нас в два комка боли, которые неспособны даже думать, не то что умереть по собственному желанию. Да и кресты гасят нашу магию быстрее, чем ты «мяу» скажешь.

– Более-менее понятно. Извини, что перебила. Продолжай о фамилиарах, пожалуйста.

– А чего тут еще добавить? – удивился вампир. – Вроде бы я все сказал. Симбиоз – он и в Африке симбиоз! А Печати – просто средство привязать к себе нужного человека. Дальше все просто. Человек, который решился стать фамилиаром, получает столько всего хорошего, что все остальные люди смотрятся рядом с ним как недоразвитые. Я тебе уже, кажется, перечислил, что именно получаешь ты? Да, если человек обладает какими-нибудь экстрасенсорными способностями, они тоже обострятся. Так что ты стала гораздо сильнее еще и благодаря двум вампирам. Ну а вампир получает слугу, который верно и преданно заботится о нем, пока сам вампир беспомощен. Заботится даже больше, чем иной слуга. Ведь от вампира зависит все для такого человека. Одновременно обостряются и экстрасенсорные, как вы их называете теперь, способности вампира. Он обретает гораздо большую силу, не только физическую, но и ментальную. Знаешь, ужасно интересно будет посмотреть, на что теперь способен Мечислав.

– Увидишь еще, – проворчала я. – Слушай, а вот то, что Борис и этот клыкастик Фродо вытворяли, – это как, норма для вампиров?

Вадим пожал плечами.

– Юля, для нас многое – норма. Мы – вампиры! И при всем желании не станем людьми. И не думай о нас как о людях, даже если тебе очень хочется. Это в плане доброго совета. А так… Если бы не тупая и мерзкая охота инквизиции за людьми с паранормальными способностями, для вас бы сейчас многое было нормой. Левитация, телекинез, то, чем люди овладевают только после длительных тренировок. ИПФ – омерзительное порождение собак господа, и мы всегда будем пытаться их уничтожить. Но об этом лучше поговорить потом. Просто поверь на слово, что веке в десятом до нашей эры твои способности никого бы не насторожили.

– К сожалению, я не могу переместиться в прошлое. Вадим, а бывало такое, чтобы фамилиар пытался освободиться от Печатей?

– Нет.

– То есть они могут и сниматься?

– Чисто теоретически? Если ты себя при этом не угробишь. А оно тебе надо?

– Мне много чего надо, – я решила, что пора заканчивать разговор. Времени оставалось все меньше и меньше. – Ладно. Не могу сказать, что ты меня обрадовал, но, за неимением лучшего…

– Юля, прости, но куда ты сама-то смотрела? Если тебе не хотелось ставить эти Печати, так не ставила бы? Вряд ли шеф стал бы тебя насиловать. Это вообще не в его вкусе.

Я вздохнула как кашалот, вынырнувший с глубины.

– Вадим, ты же сам сказал, что вокруг твоего шефа вечно дамы роились?

– Ну да. Ты тоже…

Вопрос он не озвучил до конца, но мне и так было понятно.

– Знаешь, со мной немного другой случай. Я готова была пообещать что угодно, чтобы твой босс оставил меня в покое. Меня слишком к нему тянуло, и мне это решительно не нравилось.

– Забавно, – согласился Вадим. – Кто-то готов пообещать ему все, что угодно, за одну ночь, а ты готова пообещать что угодно, лишь бы этой ночи не было. Бедный шеф. Нелегко ему придется с таким своеобразным фамилиаром.

– Я его об этом не просила! – взвилась я. – Я даже и не знала, что…

– Да ладно, теперь поздно спорить, – отмахнулся вампир. – Что теперь делать будем?

Я мгновенно взяла себя в руки и пожала плечами.

– А что делать? Я сейчас попробую войти в транс. А ты сиди, потом, как решишь, что пора, – заводи машину и дуй к точке рандеву. Я, будем надеяться, к тому времени уже очнусь.

– Как знаешь. Но транс…

Вадим смотрел на меня с недоверием. Я и сама знала, что такая сила доступна даже не всем настоящим фамилиарам, с четырьмя Печатями, но меня уже ничего не пугало. Выжить бы! Потом поищем, откуда ноги растут! Хотя вряд ли мне понравится найденное место! Я закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Какое-то время я еще чувствовала мягкость подушки, отблески фонарей под веками, присутствие рядом вампира, тугой ремень безопасности, перехватывающий мне грудь, боль от ожога под ключицей… Потом все исчезло. Осталась только чернота ночи.

Меня медленно затягивало в черную неподвижную воду. Вокруг были холод и пустота. И мне ужасно хотелось сделать хоть что-то, чтобы от них избавиться! Вскрикнув, я рванулась к поверхности воды. И вырвалась – в другое измерение.

Я вынырнула из огромного бассейна и огляделась по сторонам. Белый кафель стен и пола, расписанный каким-то черным узором, мягкий приглушенный свет, белый столик и два кресла на краю бассейна.