Чтение онлайн

— Хозяин очень заинтересован в предстоящей операции — продолжил Хоффман — мы ему передали ваше пожелание. И он очень сожалеет, что не может присутствовать на этой беседе лично, ему хотелось бы с вами познакомиться ближе, и увидеть своего друга наяву, но у него много дел, которые не позволяют проводить время в путешествиях по этому миру. Поэтому он надеется, что мы с вами сможем также успешно, как и раньше, сделать то о чем вас и просили. А именно — подготовить людей, для того чтобы внедрить их в ближний круг руководителей некоторых анклавов. Нам нужна информация из первых рук. Как этого достичь должны решать именно ваши люди на местах. Также они должны быть готовы в случае, если возникнет необходимость, то и устранение первых лиц. Такие задачи трудно выполнимы, и, конечно же, на такое должны направляться опытные люди. Ведь у вас был создан уже сразу с появлением подобной школы специальный факультет по подготовке подобных людей? И насколько мы в курсе, с ваших слов, именно на днях произойдет первый выпуск. Поэтому мы и прибыли сегодня, чтобы помочь вам в этом очень важном деле, ну и чтобы быть в курсе, где будут ваши люди в дальнейшем. Предстоит не менее важная часть работы по подготовке достойных представителей нашей профессии. А может и самая ответственная. Необходимо отобрать достойных и подходящих по всем параметрам людей, затем их легализовать, создать новую биографию, помочь материально, установить способы связи и много чего другого. Все это мы возьмем на себя. На первых порах их никто не должен тревожить, надо будет дать им возможность влиться в те коллективы, где они осядут. В дальнейшем они в основном контактировать будут с вашими связными, как вы будете с ними контактировать — это уже вам решать. С момента, когда они осядут в анклавах, они должны будут забыть и о нас, и об Ордене. Полная самостоятельность и полная инициатива. Все будет зависеть только от них. Я надеюсь, вы хорошо заложили в их головы, что делать в случае провала. Это на вашей совести, да и ваш успех во многом зависит от их молчания в подобном положении.

Вы понимаете, что эти люди ваши, вам с ними работать, мы лишь оказали незначительную помощь в обмен на информацию от них, ну и если понадобится, то проведение какого-либо теракта.

Хоффман уже хотел закончить свой инструктаж, но видимо что-то вспомнив, продолжил:

— Мы не собираемся подменять вас в столь благородном деле. Это будет только в крайнем случае. У нас есть возможность отслеживать успехи ваших людей и даже в нужный момент оказать посильную помощь. Но это пусть останется между нами. Ваши люди об этом не должны знать во избежание утечки подобной информации. У нас, как и у вас есть свои враги, вернее не враги, а соперники, которые спят и видят себя в роли хозяев здешних мест. И именно для того чтобы знать, что могут задумать наши соперники, мы и будем внедрять ваших людей в их властную структуру. Только через вас будет проходить вся информация от ваших людей. Хозяин надеется, что наши отношения с вами только упрочатся с появлением столь необходимой нам информативности, а он не сомневается, что столь опытный человек как вы сможет это наладить на должном уровне.

И он обещает… — Хоффман многозначительно помолчал и затем продолжил: — что обеспечение и оплата ваших услуг окажется для вас существенной. В подтверждение его слов он вам передает безвозмездно в счет будущих услуг вооружение и снаряжение для ваших боевых групп. Те люди, которых мы с вами отберем, поедут с нами, у нас есть возможность легализовать их как вновь прибывших людей. Каждому будет подобрана легенда, которая позволит со временем войти в ближнее окружение всех руководителей кто нас заинтересует. Вам это подходит?

— Вполне. Это один из тех вопросов, которые я хотел обговорить при личной встрече с вашим хозяином.

— Это и ваш хозяин. Вернее это и наш и ваш работодатель, от которого, не будем это скрывать, зависит не только наше благополучие, но и жизнь. Надо уметь быть благодарным.

— Пусть дни его будут насыщенными и благословенными. Пусть Аллах ниспошлет ему уверенность в моем почтении и уважении. Я всегда с радостью буду ждать его волеизъявление, и всегда буду стараться не омрачать его бытие на этой земле. — С благоговейным лицом по отношению хозяина, произнес бывший генерал.

— Это хорошо, что вы правильно понимаете свое место в этом непростом мире. Вот господин Милиган и займется пока просмотром ваших людей. Вернее всех бумаг на этих людей. После того как он отберет нужный нам контингент, мы с ними познакомимся лично, а уж затем, забрав их с собой, будем их внедрять. Только убедившись, что внедрение произошло в нужном нам режиме, мы дадим вам их координаты с целью поддержания с ними связи. Обеспечение всем необходимым мы наладим через наши банковские конторы деньгами. А уж все, что им нужно будет на местах, из снаряжения и оружия, будут решать они самостоятельно.

Вы сами будите представлять своих людей? — Перешел Хоффман от нравоучений к делу.

— Да, я знаю каждого, но не настолько. Поэтому будут представлять этих людей их тхамд и устаз (старейшина и религиозный руководитель) по факультету.

— Вот и отлично, тогда мы с вами можем пока заняться «подарками», я думаю, что они вас порадуют. Дайте приказ, чтобы принесли документы, а еще лучше будет и для вашего тхамда, и для Миллигана, чтобы он прошел к нему. Я имею в виду, чтобы документы не таскать по всему лагерю. А потом пойдем к причалу, наверняка там идет погрузка — разгрузка нужных и нам, и вам вещей. Это тоже требует контроля.

Там же, к концу дня.

Отобранные дела лежали стопкой на столе. Почти довольный Миллиган просматривая их еще раз, просил кратко изложить характеристику каждому отобранному кандидату.

Старший курса неплохо знал английский, поэтому надобность в переводчике здесь отсутствовала. Судя по тому, как тот характеризовал своих подчиненных, этот тхамда был опытным командиром и неплохим специалистом именно в подготовке подобного контингента. Опыт подобной работы оттачивался еще там за ленточкой. Таких «учителей» в школе Атгериева набиралось около десятка. Специфика действий террористических групп чеченскими боевиками отрабатывалась не один год. Сами учителя учились в специальных школах еще там за ленточкой, и не только в Пакистанских спецшколах.

Борьба с неверными, подкрепленная денежными вливаниями заинтересованных в нестабильности на земле финансистами, не затихала ни на минуту. Отголоски этой борьбы перенеслись и сюда в Новый Мир. Это даже не инициатива Ордена, (так названа была организация, с помощью которой и заселялся этот мир), это все те же деньги и желание финансовых олигархов еще больше увеличить свою значимость в делах управления земными делами, делая опять все те же деньги и на этом проекте.

Выращивание и сбыт наркотиков это только незначительный краешек деятельности представителей верхушки финансовой пирамиды. И то, что в таком хорошем начинании, как дать людям возможность начать жизнь с чистого листа, появились люди со злостью в душе и желанием отомстить всем и всякому, Орден в целом, вполне возможно и не виноват. Людские желания очень разнообразны, и мысль составить себе определенные накопления за счет ближнего, была озвучена еще с момента, как человек в набедренной повязке из шкуры зверя понял, что с палкой в руке он сможет отнять кусок мяса у соседа и не заморачиваться его добыванием самому….

Бесконтрольность и вседозволенность со стороны этой организации позволило проникнуть в этот мир людям с теми же пороками и надеждами, что были у них и раньше. Отбором никто и не занимался, главное чтобы здесь появлялись все новые и новые люди и, устраивая свою судьбу, способствовали поступлению все более и более насыщенных денежных потоков в нескончаемо объемные денежные мешки.

Алгериев, принимая эту школу, тоже не сомневался, что она принесет ему свои дивиденды. Но для него в первую очередь существенной причиной его борьбы с неверными была месть. Как и любой другой чеченец, он обязан был отомстить своим врагам. Существующая кровная месть в любой чеченской семье может переходить из поколения в поколение, пока не помирятся старейшины или не уничтожен будет весь клан противника. Поэтому эта жажда отомстить у него была как «покушать», то есть, естественна и не подлежащая никаким сомнениям. Врагом же его был не какой-то один человек и даже не клан. Врагом для него стал целый народ. Русские были для него как для быка красный плащ тореадора. С чего это началось, он уже и не помнил, но его жажда мести с каждым годом только росла и росла. Ему казалось, что именно русские виноваты в неустроенности его жизни. Его планы, надежды, неумеренное властолюбие — все было погребено этими шакалами, этими перевертышами, неблагодарными и жадными русскими. Он не думал даже, что и среди русских, также как и среди чеченцев, есть разные люди, с разными желаниями и разными возможностями.

Врагом для него стал не только русский, нет, врагами стали все неверные. И не только вера в Аллаха и желание утвердить его учение на земле толкала его на борьбу с неверными, хоть он и делал видимость именно этого. Он хотел власти. С детских лет, когда он, избивал соседских мальчишек, будучи и тогда крупным и сильным «пацаном», именно тогда понял, как это его заводит. Держать в страхе, издеваться и калечить людей — этого ему и хотелось. И это желание постоянно прогрессировало и наполняло его жизнь смыслом бытия. Вначале неосознанно, затем все более и более целенаправленно он шел по этой дороге, которая вполне возможно привела бы его в число маньяков, серийных убийц. Но развал Союза и открывшиеся возможности в противостоянии чеченских руководителей русским, позволила ему делать то, что так желала его сущность открыто и безбоязненно.

Уже здесь, на этой Новой Земле перед ним опять замаячила возможность все-таки получить власть. То, что чеченские тейпы и здесь не могли поделить между собой власть, и каждый старейшина мечтал примерно о том же, о чем мечтал и сам Алгериев, для него новостью не стало. Он сумел добиться, чтобы все тейпы присылали ему своих людей, и это был первый шаг в его стремлении объединить под своим знаменем всех чеченцев здесь живущих, и повести на борьбу с неверными. Теперь, как ему казалось, необходимо показать, что его слова не расходятся с делом. То, что в его школе готовятся не только будущие резиденты и террористы, но и шахиды, позволит ему показать всем чеченцам, кто может повести за собой народ. Эти представители его хозяев не понимают, что борьба идет не за добывание денег, хотя и без них не сделаешь того, что он планирует сделать, но не они главное на данном этапе для него. Главное показать своим людям, что он может сделать то, что другим не под силу. Говорить о своих планах представителям Ордена ни к чему. Да и не судят победителей, а то, что он в данном деле будет победителем, не подлежит сомнению. Как только он проводит своих гостей, так сразу же приступит к подготовке своей операции. Вернее подготовка уже завершена, наступило время ее реализации.