Чтение онлайн

А дальше опять были крики, лязг стали, дрожащая земля, скрежет, пыль, клубящаяся над провалами. До западных ворот оставался один квартал, издалека похожий на муравейник. На самом деле это было сплошь поле боя: одни теснили других, прижимая к дверям, к стенам домов, втаптывая в мостовую или сбрасывая в ямы от просевших катакомб. На открытом пространстве улиц схлестывались защитники и губители Карраны, с крыш все еще палили баллисты и арл-стрелки, теперь уже вниз, а не вверх, выцеливая черно-золотых нагов, которые, как крохотные стальные смерчи, неслись через город; за ними группами шли мухарибы, и если наги аккуратно и тщательно выцеливали воинов эмира, то эти не разбирали, кто попадал под удар их сабель. Наиль впихнул Юльку в нишу стены, закрывая собой и давая волне прокатиться мимо, но вскоре под ногами что-то опять вздрогнуло и поехало вниз, рассыпаясь, словно трухлявые доски, и они кинулись прочь, отшатываясь от яростно рубящихся воинов и вздрагивая от свиста стрел. Одна из них по касательной скользнула Наилю по ребрам, ободрав их в кровь, но он лишь выругался и поволок ее дальше. Земля продолжала содрогаться, стена стоявшего спереди дома медленно, будто в кино, осела вниз, придавливая камнями невезучих беглецов и окончательно перегораживая улицу.

— Назад, — крикнул Наиль, ища, куда бы свернуть. К счастью, рядом был переулок, они успели заскочить в него и неожиданно оказались на крохотном участке тишины и покоя. На заметной издалека параллельной улице шел бой — по ней уже неслась ворвавшаяся в город конница, а здесь было тихо, темно и пустынно. Они остановились передохнуть, отчаянно озираясь по сторонам.

— Катакомбы рушатся, — размазывая по лицу пот и кровь от случайных царапин, выдохнул Наиль. — Не понимаю, что происходит, они же тут тысячелетиями стояли, они же укрепленные…

— Их взорвали, — сказала Юлька.

— Как?

— Взрывчаткой. У вас же есть взрывчатые вещества для горнодобычи и строительства тоннелей, — устало продолжила она. — В Ирнане я видела немало тоннелей, они горные долины соединяют. Целые ряды тоннелей, отдельно для вимм и для крылатых. Очень удобно… Тот, кто хотел захватить Каррану, предусмотрительно заложил в катакомбы взрывчатку, точечно, чтобы не весь город разрушить, а только посеять хаос.

И я даже знаю, кто это, подумала она с горечью. Не будем показывать пальцем.

— Смотри, — охнул Наиль, поднимая голову вверх. Зрачки его расширились от ужаса и восторга, в них отражалось невесть откуда взявшееся в черноте неба золото. Гигантский змей падал на них сверху. Золотое его тело светилось в темноте, разбрасывая блеск зеркально сияющих чешуек, голова, длинная и узкая, щерилась золотистыми костяными пластинами, из-за которых причудливыми завитками, словно усы, топорщились роговые ленты. Глаза темного золота, миндалевидные, почти без белков, приковывали взгляд, парализовывали и внушали неконтролируемый, апокалиптический ужас. Крылья, перепончатые, золотые с зеленым оттенком, заканчивались шипастыми когтями на каждом сегменте, и на правом из них сверкал длинный алмазный меч-коготь. Упав на город, Змей стремительно пронесся над улицей, чуть выше городских крыш, и Юлька с Наилем почувствовали, как сквозь них прокатилась удушливая, тошнотворная волна ужаса и паники, их ударило концентрированной смесью смрадного, невыносимого страха, от которого подогнулись ноги и помутилось зрение.

Когда кошмарное наваждение отошло, они обнаружили, что оба, мелко дрожа и в холодном поту, сидят у стены. С трудом поднявшись на ноги, Наиль помог Юльке выпрямиться и потянул ее к выходу из опустевшего переулка, но она все еще смотрела в небо, в котором иногда, на высоте, мелькали золотые крылья. Это — Саша? Это он? Он стал вот этим вот чудовищем? Ошеломленная, она покорно потащилась за Наилем, плохо соображая, куда они идут.

Почти у самых ворот на них налетели всадники в красно-белых одеждах — это еще один отряд эльашрской конницы ворвался в город. Наиль с трудом успел парировать сабельный удар пронесшегося мимо всадника, и подставился под следующего, успев толкнуть Юльку на землю — сабля просвистела у нее над головой. Ему распороло грудь косым ударом на излете, но к счастью, задело только мышцы. Кровь заливала одежду, ему было больно, но жизни этот глубокая и болезненная рана не угрожала. Чтобы стянуть ему грудь хоть какой-то повязкой, Юлька раздела и раскромсала на полосы рубашку мертвого мухариба, не испытывая при этом ничего, кроме ненависти — страх, жалость, даже отвращение — все ушло куда-то вглубь, оставив на поверхности только холод, усталость и злость. Наиль мужественно пережил ее неумелую перевязку, а потом они снова поднялись и потащились к воротам, чтобы влиться в толпу беженцев, среди которых было много раненых.

Земля раскачивалась у них под ногами, мир казался безумным и пьяным. Выйдя за городские стены и пройдя часть дороги в сторону шеадра, Юлька еще раз обернулась на город. И опять увидела Змея в небе. Он взмывал вверх, и Юлька различала у него в когтях фигурки людей; он падал вниз, исчезая на улицах, и снова подымался, с невероятной скоростью проносясь чуть выше крыш и снова подымаясь в черное небо. Золото на черном и над белым. До чего же прекрасным и страшным казалось это зрелище…

Вдоль дороги к шеадру тоже тянулись провалы — очередные пустоты под городом, только более глубокие. Здание, в котором размещалась камера хранения, небольшое кафе и несколько сувенирных лавок, стояло на краю посадочного поля для вимм и крылатых, в стороне и от города, и от шеадра. Сейчас там творилось нечто невообразимое. Поле было переполнено беженцами, которым не хватило вимм, и которые сидели, стояли, лежали на каждом свободном клочке земли. В отдалении со стороны гор на посадку медленно заходил медицинский транспортник, мигая огнями и давая предупреждающие гудки, чтобы ему освободили место. Вокруг дома и в дверях толпились люди, огромная очередь выстроилась к двум боковым дверям, ведущим в туалет.

Дойдя до развилки, Наиль остановился.

— Подождем Ролли с Ильнарой? — спросил он.

— Не знаю, — вздохнула Юлька. — Мы понятия не имеем, что с ними случилось и куда они пошли.

— Я бы сейчас пошел через шеадр и вернулся в Саманданг, — сказал он. — Тут получится кружным путем, через Рузанну, наверно, быстрее всего, и вернулся бы с отцом и дядями, у меня их двое, и они очень крепкие мужики и воины отличные. Не львы Серджента, — усмехнулся он с горечью. — Но за себя и за других постоять способны. Может, лучше на вимме, или даже на медицинском транспорте прилететь, чтобы не стреляли. Воздушный бой в основном уже закончился, он весь на улицах. В небе, как ты видишь, только сам Змей.

Юлька задумалась. Предложение Наиля показалось ей очень правильным.

— Тогда пошли к шеадру, — сказала она.

И они торопливым шагом направились в сторону высокого пирамидального сооружения, к которому цепочкой подтягивалась толпа.

Где-то уже совсем близко к заветной цели Юлька неожиданно обнаружила, что ее ожерелье резко нагревается. Поспешно она ощупала камни — и концентратор фэйра, и в особенности красный камень — щит от наэра неприятно обжигали кожу. Наиль пожаловался, что у него кружится голова и двоится в глазах. Состояние становилось странным — ей почему-то стало казаться, что ночное небо дрожит…

— Юля, туда нельзя, там, похоже, что-то с шеадром, — испуганно сказал Наиль. — Смотри, тут поблизости тоже были обрушения, возможно, там плиты тряхнуло.

— И что? — спросила она, борясь с подступающей дурнотой.

— Аномалия Грани, — прошептал он. — Опасно очень. Надо возвращаться вот за те столбики, — и он показал на оставшиеся позади каменные столбы с навершиями в виде небольшой статуэтки ворона. — Это зона безопасности.

— Ты уверен? А почему тогда они идут? — она кивнула на уже поднимающихся по лестнице людей.

— Или не чувствуют, или там вблизи все спокойно, — сказал Наиль. — Давай подождем хотя бы немного…

Но они не успели.

Взять шеадр-порт без потерь не получилось. Эмир Серджента, предупрежденный Ревалем, был настороже, и при подлете к полям нагов встретил веерный огонь из баллист и туча тяжеловесных болтов. Много вимм получили повреждения, а первые высадившиеся на площадку над станцией были уничтожены. Саша предполагал, что охрана станции окажет сопротивление, поэтому бросил вперед особо отчаянных мухарибов, специально отобрав их — они и полегли, ступив на землю воздушного порта. Наги шли второй волной, они то и прорвались на генераторную станцию. Бой велся до последнего защитника, гражданских сотрудников запирали в кабинетах и рабочих помещениях, чтобы сохранить живым персонал станции и не нарушить ее работы. Саша сделал пару устрашающих кругов над территорией, но быстро понял, что он нужнее на земле, чем в небе. Каждый этаж, каждый коридор, каждое помещение приходилось брать с боем. Саша тихо радовался, что в последний момент учел совет Кольера погрузить с собой металлопластовые раздвижные щиты, в каждый из которых было вмонтировано кольцо-щит от наэра. Как только он увидел арлы в руках защитников станции, он проклял свою неопытность — без них потери возросли бы втрое. Противник их тоже имел; к счастью, и наги, и мухарибы прекрасно ими владели. Плохо умел пользоваться щитом сам Саша, тут он и получил свое первое боевое ранение — арл-болт насквозь пробил мышцу на левом бедре.

Станцию в итоге смогли взять только после трехчасового боя, с существенными потерями, после чего Саша передал командование и сменил облик. Оказалось, боль и потеря крови ослабляет даже тело Вечного и мешает трансформации, и принять второй облик, будучи раненым, не так-то легко и очень больно. Связавшись через гвор личной виммы с Тэром, командующим группы, которой был поручен захват Карраны, он узнал, что там тоже все еще идет бой. Атака на Каррану должна была начаться ровно через час после нападения на шеадр-порт, независимо от хода и от результатов первого сражения за генератор. Если силы, задействованные в атаке на станцию, не присоединялись к Тэру ровно через час, он должен был начинать атаку на город самостоятельно.