Чтение онлайн

После дворца Реваля ее собственная комнатка показалась ей совсем крохотной. Да, неплохо бы иметь под рукой свой личный сад, бассейн и хаммам. Зато тут она никому ничего не должна… Почти. Вздохнув, она пожалела, что гордо отказалась от вкусностей, которыми ее пытались снабдить женщины дома Реваля, сейчас бы они ох как пригодились, чтобы не искать, где опять купить еды. Хорошо еще, что с деньгами теперь у нее нет проблем. На новый идентификатор, выданный мэрией Альбре на ее чуть измененное по здешним традициям имя, откуда-то регулярно — уже три раза — приходила небольшая, но вполне достаточная для комфортного существования сумма денег. Похоже на стипендию, но стипендия ей не положена. Чтобы разобраться с источником, надо было идти в местное отделение Золотой гильдии в Альбре, аналог земного банка. Когда она попыталась сделать это здесь, в Саманданге, по сути — в финансовом центре Ар Соль, здешние специалисты только руками развели, утверждая, что источник перевода наглухо закрыт для отслеживания, и посоветовали попробовать уточнить в месте выдачи идентификатора.

Собираясь идти искать открытую лавку с продуктами, она бросила взгляд на рисунок Змея, все еще лежащий на столе рядом с концентратором. Желание попытаться опять воскресло в ее душе с новой силой. Но… Юлька поняла, что для этого ей надо снова, хоть раз, увидеть его во плоти, в человеческом облике, и заглянуть ему в глаза. Остался ли там еще ТОТ Саша, в которого она так сильно когда-то влюбилась? Придется навестить Наган-Карх, со страхом подумала она. Он же звал ее когда-то… Вот она и воспользуется приглашением, хотя бы раз. И нечего бояться, прикрикнула она на саму себя. Кого ты боишься? Кольера? Да пошел он к черту, тварь несчастная! Вон, у нее есть ожерелье, маар-щит и концентратор, путь только попробует сунуться!

К вечеру у нее созрело твердое решение сделать это не позднее, чем завтра, где-нибудь во второй половине дня. Из вечерних газет она узнала, что Нигейр Аспид покинул Ар Шамаль, засвидетельствовав вместе с Вечными Ширин и Ревалем мирный договор, подписанный эмирами Шамаля сегодня утром, и вернулся в Наган-Карх. Война пяти эмиратов была окончена. Похороны старого Гайяра состоятся завтра, и в тот же день юный принц Казир получит перстень отца, приняв бразды правления. Газеты взахлеб перечисляли итоги войны: Каррана возвращается Сердженту, эмир Эльашра будет обязан внести контрибуцию за разрушение города. В то же время за ним остаются все территории, отвоеванные в столкновениях с Рувабе и Кельбелой, города и земли на юге Рувабе и юго-западе Кельбелы. Была в статьях, посвященных мирному договору, непонятная фраза об изменениях в уплате вараха, который восстанавливался по какой-то очень дремучей, 800 летней давности дате, за исключением контроля над Карраной, которая по-прежнему оставалась под совместным покровительством Вечных Реваля и Ширин. По отсылке к временам Нигейра Юлька поняла, что Саша что-то все-таки выиграл в этой войне, но что именно, надо было уточнять у знатоков истории.

По дороге к Ревалю Шандр очень быстро и кратко объяснил ей, что именно значила для Вечных эта война в Шамале и почему Хэйгена вынудили вмешаться. Ей очень хотелось поговорить с ним так, как они когда-то разговаривали в Белом овраге: вечерами, никуда не спеша, дуя на горячий чай, медленно, подробно, вдумчиво… Ей хотелось, чтобы он ее выслушал, и возможно, дал совет, или объяснил то, что она, может быть, упускает или не понимает. И спросить. И поблагодарить за то, что не забыл о ней в пылу боя. Но где его найти? Она знала, что чаще всего он бывает в Северной башне рядом с Альбре, но там ли он сейчас? Спросить у Шандра? У нее есть код его гвора, он заверил ее, что она может обратиться к нему в любой момент. Ей было мучительно неловко… Может, она еще сможет застать Хэйгена в Саманданге? Странно, что его имя не фигурировало при заключении мирного договора, хотя она видела его сегодня в небе над столицей, а шеадры заработали еще вчера вечером.

В общем, Альбре тоже требует визита. Сколько же можно откладывать?

Утром в университете возобновились занятия. Налаживался старый, привычный ритм жизни, чему она была несказанно рада. Во второй половине дня она вытащила крылья и, переодевшись с учетом прохладной погоды в Кархе, отправилась к нужному шеадру.

Выйдя в Кархе, она решила долететь до крепости нагов на крыльях и приземлиться в точности на ту самую площадку, с которой когда-то удирала от Кольера. Оказалось, это не так-то просто. Кроме сильного встречного, по-осеннему холодного ветра, на противоположных концах площадки появились тяжелые баллисты, охраняющие небо от чужих вимм и посторонних Крылатых. Садиться пришлось в болезненном напряжении, под прицелом двух снайперов, которые не отводили от нее прицел, пока к ней не подошел дежурный с незаметного поста, расположившегося за декоративными зубцами донжона. К счастью, страж узнал ее. С радостью поприветствовав, он повел ее в приемный зал Стеклянной башни, где почтительно передал секретарю, который тоже вспомнил ее по старым временам. Ожидая Сашу, она успела поздороваться и даже чуть-чуть поболтать со многими из тех, кого помнила по прежнему житью-бытью. Интересно, а что они про нее думают теперь, когда Саша превратился не просто в верховного нага, а в самого Нигейра Аспида, их кумира и божество?

Появившийся Саша выглядел хмурым и сосредоточенным. Поздоровавшись, он пристально всматривался в ее лицо, словно пытаясь ответить самому себе на какой-то давно мучающий его вопрос. Она стояла так же серьезно, без тени улыбки глядя ему в глаза и подмечая отличия. В прошлый раз его лицо казалось худым и вытянутым — сейчас скулы и нос приобрели чеканность, тело стало чуть больше, чуть выше ростом, плечи развернулись еще шире, обретя четкие бугры мышц. Тогда он казался моложе своего реального возраста — сейчас он выглядел старше, тяжеловеснее самого себя. От былого легкого, светлого обаяния не осталось и следа, взгляд серых глаз стал пронизывающим, давящим, змеиным. Правая рука была до кончиков пальцев перевязана и прикрыта рукавом черной с золотом форменной куртки нагов.

Потом он вдруг устало, но радостно улыбнулся.

— Я уж и не верил, что ты когда-нибудь вернешься… Ты насовсем? Или в гости?

— В гости, — улыбнулась она в ответ.

Он протянул ей руку и потащил в башню, ту самую — башню Нигейра, которую когда-то показывал, с книгами и оружием на стене.

— Чем тебя угостить? — спросил он, когда они поднялись наверх и он придвинул ей кресло, усаживаясь напротив. — Чего бы тебе хотелось?

— На твой выбор.

— Тогда давай кофе, — рассмеялся он. — И пирожные.

Кофе он сварил сам, пользуясь тем же модерновым устройством, что Юлька видела у рыжего Джилейра, подарившего идею создать фантом. Она до того привыкла варить кофе на крохотной аэр-плитке, в старинной медной джезве с полустертым узором, что совершенно забывала, что в этом мире, кроме древних традиций, существуют и суперсовременные технологии.

— Где ты все время была? — спросил он, когда она сделала первый глоток. — Я тебя даже искать перестал.

— В Саманданге, — ответила она и увидела, как напряглись его плечи. — Я там учусь. В школе Джмар. У меня нашли дар.

— Да ты что? — радостно воскликнул он. — Это так здорово! А какие у тебя силы? Подожди, дай-ка я сам попробую увидеть, мне как Вечному положено уметь… — он пристально посмотрел на нее, потом взгляд его стал рассеянным, но он поморщился и раздраженно замотал головой. — Нет, не вижу. Не получается… Вернее, вижу что-то вроде зеленоватых искорок в тебе, но не понимаю, что они значат.

— Джив, устойчивость к наэру, — пояснила она. — Поэтому и Джмар.

Внезапно он помрачнел.

— Значит, пару дней назад ты там тоже была?

— Да, — кивнула она. — И в Карране в тот проклятый день я тоже была.

Он замолчал на полуслове, осекшись, потом долго смотрел ей в глаза, и взгляд его с каждым мгновением становился все тяжелее. Чем-то он напомнил ей Кольера в тот день, когда тот пытался принести ее в жертву уродливой твари Некроса.

— Зачем ты пришла? — спросил он жестко. — Стыдить меня? Прочесть мораль про гуманистические ценности? Или потыкать палкой побежденного?

Она неожиданно разозлилась.

— А может, и правда надо? Не? Я вот и не собиралась, — Юлька вскочила на ноги, пройдясь до окна и обратно, чтобы немного сбросить вспыхнувшее возмущение, — но раз ты настаиваешь, то знай — ты приносишь людям очень много горя. Подозреваю, что сверху, с небес, этого не видно, — с издевкой добавила она. — Так я тебе отсюда, с земли, расскажу. У меня, например, в Карране погиб друг, он город посмотреть приехал. Просто турист. А двое еле выжили. Я сама уцелела чудом, попав под искажение Грани. В Саманданге у нас в дормитории сделали временный госпиталь — так вот, он был весь занят! Тебе тут уже видимо напели, что Вечный — это такая особенная сущность, ничего с этим не поделаешь, ты бог, бог в тебе, а с бога спрос другой, богу все можно, все так делают, и так далее. А ты и уши развесил. Что, людей ты уже тоже научился жрать? И как ощущения?

В глазах Саши вспыхнуло бешенство, никогда не виденное ею ранее, и она почувствовала, как что-то горячее и яростное тянется к ней, но, натолкнувшись на ее гневный, осуждающий взгляд, оно отпрянуло назад и стало медленно, словно волна, разбившаяся у берега, затухать.

— Моего согласия, знаешь ли, никто не спрашивал, — буркнул он. — Меня сюда хитростью притащили. Ну а дальше… — он горько усмехнулся. — Тогда, в твоей деревне, почти перед самой инициацией, я наткнулся на Хэйгена, и он явно понял, что со мной происходит. Он тогда сказал — до последнего момента ты можешь отступить. Но как? Как, если оно тебя переваривает, ломает под себя, не оставляя даже лазейки, чтобы остаться человеком! Я мыслю не так, как раньше. Я чувствую теперь совершенно по-другому. Можешь представить себя — вот такую хорошенькую, ладненькую, ухоженную — превращающуюся в существо? И это существо начинает вытеснять твой разум из тела, которое ты считаешь своим!