Чтение онлайн

– Ладно, мам. Позвони лучше папе. Я сегодня после работы очень устал, ладно?

Всего через минуту он возвращается к приятелям за стойкой, где застаёт и незнакомую девушку. Ему она не улыбается, впрочем, как и он ей.

– Ну как, не нашли ещё? – бросил через рюмку приятель.

– Что не нашли? – старалась влиться в компанию девушка.

Но тут во время объяснения одного из друзей прервал товарищ чуть покрупнее, успев сделать наспех предупреждающий жест головой. Это помогло заставить приятеля Вовы замолчать.

– Да сменщик в бригаде уволился. – Расхлябано бросил он тогда. – Замену вот ищу.

Напитки интересовали парня в гаме разговоров посторонних столиков и пар куда больше, чем незнакомая дама и даже больше, чем близкие друзья. Пока его приятели ухаживали за новоприбывшей, он уткнулся в стойку в одиночестве. Так лучше. Атмосфера была ему компанией куда более приятной, и с ней время не давило на грудь.

Его внедорожник в третий раз заезжал на круг, и тут на телефон позвонили.

– На объезде по Коромыслово, что у вас? – проговорил мужчина вместо приветствия, прежде чем понял, кто ему звонил, – Чёрт! Да, привет. Прости, не узнал.

Автомобиль продолжал курсировать между домов, где казалось реальным встретить сбежавшего мальчика. Подростки любят высокие дома, в которых можно почувствовать себя свободным и взглянуть на город с высоты небес.

– Да, знаю. Не планировал я, что так это всё затянется. Прикрой меня буквально ещё на один день? Я буду завтра, я… – машину пришлось затормозить, чтобы вернуться в реальность, где жизнь и работа не останавливались, даже когда это было необходимо. – Я понял. Скажи, что завтра я буду на объекте. Хорошо. До связи.

Из двора он развернулся в совершенно новом направлении и выжал газу так, как не ездил уже три дня с момента исчезновения сына.

За каких-нибудь десять минут машина его уже заезжала на Пирогова прямиком в волонтёрский штаб. Вот он, этот злополучный дом под этот проклятый снос, где наверняка могли ошиваться наркоманы, бомжи и Бог знает кто. Да кто же мог допустить, чтобы такие здания – опасные – могли оставаться всего лишь под укрытием жалкой ленты?

Двухэтажное чудище с выпотрошенными глазами, выкорчеванными зубами, с выдранным языком. Оно не скажет, что произошло в тот вечер и где теперь пропавший мальчик. Так и будет злобно ухмыляться на него, терпящего крушение отца.

– Константин? – до координатора штаба он добрался сзади.

Им был молодой мужчина не старше тридцати пяти лет, но высокий, сильный, похожий на богатыря с волной отросших волос, которые тот мог заправить за уши или при желании даже собрать в хвост на затылке. Однако пока ему подобная мысль не приходила. Он только что возвышался над раскладным столом добровольцев, где развёрнутые карты и стопки ориентировок с изображением Саши кое-как делили место между компьютером, снаряжением для поиска в лесу и той кучей мелочей, которая всегда откуда-то появлялась на любом поиске. На звук собственного имени он развернулся к отцу пропавшего могучей грудью вперёд. На нём была свободная везде, кроме грудных мышц футболка с эмблемой отряда «Содействие», но не такая зелёная, как жилеты прочёсывающих город и лес, а чёрная. Хотя эмблема оставалась та же. Человечек, подсвечивающий другому человечку путь домой. Интересно обыгранный переход света от фонаря, что превращается в белую дорогу.

– Ярослав! – координатор приветствовал отца мальчика. – Здравствуйте.

– Здравствуйте. Что-то вас поубавилось. – Старший по возрасту ничуть не смущался выросшего перед ним человека. – Есть ли какие сейчас продвижения?

– Третий день, люди не привыкли искать так долго. Нам хватит ресурсов, придут новые. К тому же, – параллельно их диалогу Константин продолжал отслеживать маячки перемещений поисковых групп на компьютере и помогать находящимся в штабе выдвигаться, – У меня 28 человек на поиске. Конечно, в штабе никого толком нет, кроме нас с вами.

– Я не вижу двадцать восемь точек. – Вглядывался отец в мониторы.

– Да, здесь отмечен патруль. Они объезжают город. – Пальцем координатор продемонстрировал путь одной из синих стрелочек, оставляющей за собой зелёный свет на дороге. – Перекрытый на сегодня путь, вот другие экипажи в соседнем районе. В город сегодня выехало не много…

– Но вы только что сказали, что их почти тридцать. У вас на мониторе четыре машины. – Человек с багровой бабочкой покраснения на лице начинал нервничать.

– Да, я… Отправил многих в Ленинский лес. В направлении к дачникам.

– Лес? – отец обернулся за спину, как раз туда, где раскидывались упомянутые просторы лиственных деревьев. – Разве там уже не осмотрели?

– Я решил, что раз его не видно в городе, то, – со стройным и дикторским голосом мужчина не боялся пауз в словах. – Он может и оказаться в лесу.

– Что значит «оказаться»?

– Есть много событий, в ходе которых ребёнок может найтись в лесу…

– Константин, не пытайтесь утаить от меня информацию. Речь о моём сыне. – Он вызвал отпечаток глубокой мысли на долю координатора, но чуть погодя тот согласился дать объяснения.

– Вот эта дорога, на которой мы сейчас стоим, – пришлось обоим переключиться на карты, – Очень удобная для подъезда машины и для её отъезда, если бы кому-то хотелось проехать здесь. Как видите, камер здесь нет. Понимаете, в городе подросток, почти всегда оставляет следы. Где-то обязательно его кто-то видел. Он шатается туда-сюда, пытается что-то продать, украсть. Ему нужно кушать, нужно спать, банально справлять нужду. Дети оставляют следы, в «Содействии» умеют находить подростков. Сашу же не видел никто. Три дня мы не получаем никакой информации. Такого… такое крайне редко бывает, – за активной жестикуляцией он точнее выражал свою мысль, – Чтобы нельзя было обнаружить ребёнка ни на одной камере, на остановках, ни кондуктора, никто его не видел. Я предполагаю, что либо он прячется у друзей, и тогда всё решит только время, либо… Его могли не видеть в городе, потому что его не было в городе. Сейчас лето, он может долгое время находиться в лесу.

Отец закрыл рукой щетину и стал долго думать. Перед ним розовел в красках спускающегося солнца лес. Зачем там оказываться вдруг его сыну? С раскрытого ноутбука продолжали поступать сигналы о местонахождении рассредоточенных поисковых экипажей. Работа не останавливалась, её вели неплохо сведущие в ней люди.

– Вы сможете его найти? – обратился отец к координатору с откровенным вопросом.

– Я могу его искать. И я ищу.

– Мне нужно возвращаться на работу… – продолжал рассуждать вслух мужчина.

– Я лично буду искать Сашу, пока он не найдётся. – пообещал координатор, и в его глаза устремилось доверие мужчины, который оказался вынужден переложить поиск своего сына на плечи того, в ком хватит уверенности заявить о том, что он справится.

– Спасибо, Константин. – через долгое и крепкое рукопожатие он взял с него обещание, и координатор со всей ответственностью сжал это доверие в своей руке.

В оглавлении страницы чернело «Саша. День 4». Мистер Икс только докатил тележку с вегетарианской кухней к кровати ребёнка.