Не трогай меня
Шрифт:
— Не трогай ее! Наказание должен понести я, а не она! — мечется Тэ Сок, не зная, что делать.
— Когда ты избивал мою малышку, ты об этом не задумывался! — разгневался Чонгук, сжав горло Тэ Сока. — Ее слезы… ее слезы! Как же мне хочется придушить тебя, мразь! — впечатав обессилевшего парня в стену, Чонгук продолжил душить его. — Твоя сестренка будет страдать за каждую слезинку моей малышки! Кто-то должен ответить за твои поступки! И этот кто-то — твоя сестра, — ухмыльнувшись, Чонгук ослабил хватку на шее парня, чтобы не убить его раньше времени. — Я не могу видеть слезы Сэ И… Когда она плачет, мое сердце разрывается на части! Я весь мир положу к ее ногам, лишь бы видеть ее счастливую улыбку и слышать веселый смех…
— Убей меня, прошу… — шептал парень, выбившись из сил. — Не трогай мою сестренку! Она ни в чем не повинна, она так молода! Не ломай ей жизнь!
— Я сожгу тебе горло, и ты не сможешь говорить. А когда я скажу ей, что ее братец продал ее в свободное пользование, малышка сломается и попытается выпытать у тебя правду… А что сделаешь ты? Ты просто будешь бессвязно мычать, пытаясь сказать хоть что-нибудь в свое оправдание. Бедная, бедная Хе Ин, она поверит в то, что ее братец продал ее… Жизнь малышки подойдет к концу, и ты, как никто другой знаешь, что мне за это ничего не будет! — смеялся Чонгук, сверля взглядом своего пленника. — Я сравняю этот город с землей, пойду по головам, если это потребуется, но моя малышка не будет плакать, никогда… не будет плакать.
— Ладно! Я расскажу правду! Только не трогай мою сестренку! — крикнул парень. — Я расскажу все, как было.
Чонгук
Я уверен в ней, в ее верности. Она любит только меня, моя малышка никогда не изменит мне! Однако сердце все равно болит, когда тебе нагло врут о неверности твоей девушки, даже если ты знаешь, что это просто наглая ложь…
Почему она так боится моих прикосновений? Почему не подпускает никого к себе?
— Я похитил ее прямо из клуба и привез сюда, мои люди связали ей руки и ноги и усадили на стул. Честно скажу, что, как бы я не искушал ее своими деньгами, она никак не поддавалась. Я обещал ей золотые горы, неземную любовь., но она и от этого отказалась. Сэ И все время твердила: «Люблю Чонгука; хочу к нему; отпусти меня; ни за что не буду с тобой», — парень горько ухмыльнулся. — Что ее не устраивало, а?! Что?!. Знаешь, братец, когда я захотел ее, когда рассмотрел все прекрасные изгибы тела и его формы, я подумал, что это несправедливо — такая девушка досталась тебе… И опять ты! Везде ты! Везде первый, гаденыш! Но когда я узнал, что Сэ И все еще невинна, я был удивлен, — сплевывая кровь, говорил Тэ Сок. — Да! Да, черт возьми! Она ни на минуту не оставляла попыток вырваться! Даже когда я наносил удары по ее прекрасному телу, она не успокаивалась, все звала тебя, крича твое имя. И даже тогда, когда, казалось бы, надежда угасла, она все боролась за свою честь, хотела сохранить верность тебе!. И я бы сорвал наконец этот прекрасный цветок, если бы вы мне не помешали!
Мои кулаки сжались, а на лице появилась искренняя ухмылка победителя.
— Я же говорил, — начал я, беря Тэ Сока за волосы, словно скот какой-то, — Сэ И никогда и ни за что не изменит мне по своей воле! Она верна мне, а я верен ей! А теперь ты, тварина, получишь за то, что хотел изнасиловать мою любимую!
Удары шли один за другим, лужа крови и душевное удовлетворение.
— Будешь просить прощения у нее в ногах! Если она простит тебя, то я оставлю в покое и тебя, и твою шлюху-сестренку! А если нет, то готовьтесь к тому, что ваша жизнь превратится в сущий Ад.
«Я сломаю и тебя, и ее…»
Разобравшись с надоедавшей проблемой, Чонгук тут же отправился в клинику, где лежала Сэ И. Девушка все еще приходила в себя, и странно было то, что родители до сих пор ни о чем не догадывались, думая, что их дочь уже вторую неделю живет в доме своего молодого человека.
Тихая ночь. Лунный свет освещает всю палату, нежно падая на умиротворенное лицо девушки. Синяки еще не сошли, в области груди, живота и ребер еще не сошли следы недавних побоев. Сэ И лежала на кровати, несильно сжимая простынь в руках, размеренно дыша.
— Прости меня, прости, пожалуйста, — невесомо гладя посиневшие участки кожи лица девушки, шептал парень, внимательно смотря на Сэ И. — Не уберег я тебя…
Чонгук сидел на стуле у кровати своей любимой и внимательно наблюдал за тем, как она спит:
— Милая, — начал парень, нежно проведя тыльной стороной ладони по щеке Сэ И, — ты так прекрасна, когда спишь. Сможешь ли ты простить меня? — шептал Чонгук, целуя руку девушки. — Прости за это, — нежный поцелуй в распухшую щеку, — и за это, — еще один нежный поцелуй в запястье девушки, на котором до сих были видны следы веревок, — и за это тоже прости, — еще одни нежные поцелуи в оголенные колени девушки. — За все… слышишь, за все прости меня, — тихий шепот и нежнейший, невесомый поцелуй в лоб его красавицы.
На протяжении двух недель Чонгук проводил время с Сэ И, держа ее за руку, когда та спала.
— Доктор, что с ней? — обеспокоенно спрашивал Чонгук, наблюдая за девушкой.
— Физические повреждения очень серьезны, однако не забывайте, что даже самые сильные раны со временем затягиваются, — поправив очки, доктор многозначительно посмотрел на юношу. — Сэ И потрясена случившимся — вот это самое главное. Вам нужно как-то отвлечь ее, напомнить о том, кем вы являетесь для нее, что она значит для Вас. Советую отвести ее туда, где Вы в первый раз познакомились. Согласен, я говорю Вам так, будто у нее амнезия, но это не так. Она просто не желает вспоминать все, что с ней произошло в последнее время, — закончил доктор, похлопав по плечу Чонгука.
Сэ И
— Нет! Ну, пожалуйста, не надо! — снова надоедливый сон, снова вспоминаю те события, которые ужасно хочу забыть. — Хватит! Не надо! — слезы подступают, я беспокойно ворочаюсь на кровати, отбиваясь руками.
Слышу сзади чье-то копошение.
— Сэ И? Сэ И! Это я, открой глаза! — кричит Чонгук. — Это я! С тобой все хорошо, я рядом… — чувствую чью-то ладонь на руке и немедленно отстраняюсь, поворачиваясь лицом к нему.
— Нет! Я… эта грязь. и ты можешь… Я не достойна, не достойна тебя, Чонгук, — спрыгиваю с кровати, пуская слезы.
Убежать мне не удается — Чонгук сгребает меня в свои объятия. Я пытаюсь вырваться, но не получается: он не хочет меня отпускать.
— Прошло уже почти две недели, а ты только сейчас заговорила со мной. Что с тобой, любимая? Ответь, пожалуйста… — дышит в шею, зарываясь носом в мои волосы. — Я так скучал по тебе: по твоему голосу, глазам, улыбке и смеху. Я без ума от тебя, Ко Сэ И. Не убегай от меня, ты делаешь мне больно, — сплетает наши пальцы, сильнее прижимая меня к себе со спины. — Ты мое счастье, ты все для меня…
Чонгук медленно поворачивает меня к себе лицом, беря меня за руку. Я смотрю в его глаза и тону. Его глаза выражают теплоту, свет и неподдельную радость.
— Единственный, кто не достоин, — это я, — Чонгук становится передо мной на колени, мои слезы вновь подступают, застилая обзор. — Я тебя не достоин, Сэ И, я не уберег тебя, из-за меня ты пострадала, — смотрит на меня, и мне кажется, что в его глазах медленно скапливаются слезы. — Когда тебя похитили, когда отняли у меня, я почувствовал пустоту внутри, вот здесь, — указывает на свою грудь, — в сердце. Я места себе не находил, ведь этот гаденыш не оставил и следов своего преступления… Мне хотелось выть от бессилия, вырывать волосы. Я не спал ночами, я все думал о тебе, беспокоился. Мне хотелось убить все и всех, когда я представлял, что с тобой делали… — обхватывает меня руками, все еще стоя на коленях. — Моя милая, моя малышка, прости меня, пожалуйста… Я должен был оберегать тебя, должен был… — покрывает мой живот поцелуями сквозь больничную пижаму. — Я обещаю тебе, что твой обидчик понесет наказание. Я не оставлю это безнаказанным, Сэ И, — поднимается на колени, притягивая меня к себе за талию. — С этого момента и навсегда я обещаю тебе, что тебя больше никто не посмеет тронуть, никто не посмеет обидеть. С этого момента ты только моя, а я — только твой. Я люблю тебя, Ко Сэ И…
«Крепкий, жадный поцелуй в губы, пьянящий мой разум… я скучала по этим губам».
— Черт! Да что же это такое?! — вопит парень, сбрасывая с себя девушку на одну ночь.
— Я Вас уже не устраиваю, Господин? — плачет она. — Я что-то не так сделала?
— Хорош ныть! — резкий, грубый тон парня заставляет девушку съежиться от страха. — Я ухожу, — напоследок бросает парень, оставляя на прикроватном столике большую сумму денег.
«Что со мной творится?!» — задает сам себе вопрос парень, вылетая из публичного дома, а по совместительству и ночного клуба.