Чтение онлайн

Соболя, так вообще, готов разорвать.

Это разрушительное чувство воронкой в груди закручивается. Вспыхивает и горит адским огнём. Сдавливает сердце прутьями напряжения.

Выдыхая из лёгких дым, пытаюсь сохранять холодный рассудок. Вряд ли Мария знала, что мы с Андреем враждуем. Однако сам факт того, что она находится в его апартаментах — бесит до зубовного скрежета. Безжалостно дробит каждую клетку ознобом. Уничтожает тормоза.

— Случится, если ты сейчас же не покинешь квартиру своей подруги и не спустишься вниз, — говорю почти спокойно, вкладывая в интонацию как можно больше твёрдости. — У тебя ровно две минуты.

Вырубив звонок, бросаю взгляд на часы.

К моему удивлению Маша справляется намного раньше затребованного времени. Видимо, уже направлялась домой.

Выйдя из подъезда в сопровождении Соболя, замечает внедорожники. Вычленяет меня из группы охранников. Замирает в полной растерянности.

Оценив обоих мрачным взглядом, я отталкиваюсь от тачки и двигаюсь к ним.

— В машину иди, — отдаю команду, не отрывая убийственного взгляда от Соболя. Торможу, приблизившись к нему лоб в лоб.

Маша послушно срывается с места.

Когда хочет, может быть паинькой. Чувствует, что злить меня сегодня не стоит. Удаляется молча. Без приветствий и возмущений. Оставляя за собою лёгкий шлейф знакомого аромата.

— К Олегу, — добавляю, наполняя лёгкие до отказа кислородом. Самое время разразиться матом и смачно втащить кретину в нос, но вовремя остываю. Как будто дозу успокоительного глотнул. В голове мгновенно проясняется. Обуздав агрессию, озвучиваю кратко и по существу:

— Даже не пытайся, Андрей. Она моя женщина. Я за неё любого порву. Втянешь Машу в какую-то интригу, и я сотру тебя с лица земли. Опомниться не успеешь, как окажешься на дне.

— Посмотрим, Исай, — на прощание Соболь бросает мне вызов, затем неспешно скрывается за дверью подъезда.

Очередная волна ярости затапливает меня с новой силой. Сажусь в машину. Приказываю Олегу покинуть салон.

Руслан

После хлопка двери какое-то время выдерживаем напряжённую паузу.

В машине полумрак. Сквозь затемнённые стёкла пробивается минимум тусклого света. Но этого достаточно, чтобы уловить обеспокоенный взгляд Марии.

Девчонка сидит молча, подпирая боком дверь. Явно о чём-то переживает, но вида не подаёт. Надулась пузырём и сопит. Гордая.

Меня же, в отличие от Маши, колотит до такой степени, что вместо жаркого приветствия хочется её схватить, перекинуть через колено и выпороть по первое число, чтобы не искала приключений на пятую точку там, где не стоит!

В голове до сих пор не укладывается: какого хрена у Соболя появились на неё виды?

Есть своя баба — занимайся ею! На кой ляд ты лезешь к чужой? Неужели, сука, жить надоело?

А Марья? О чём она только думает?

Разве не понимает, что только что попала под неудачный расклад?

Соболь отнюдь не успокоится, пока не добьётся своего. Выберет момент и попытается ударить по самому уязвимому месту. Уверен, он это сделает недрогнувшей рукой. Как поступаю я со всеми своими конкурентами.

Бизнес не терпит ошибок. Наличие слабых сторон делает нас уязвимыми. Нужно постоянно держать их под контролем. Маша в данной ситуации — моя самая слабая сторона. Моя уязвимость.

Опираясь локтями о колени, напряжённо фокусирую на ней взгляд. Внимательно наблюдаю.

— Ты знала кем является партнёр твоей подруги? Да или нет?!! — безапелляционным тоном задаю ей вопрос. Маша вздрагивает, бесшумно вздыхая. Стискивает в замок дрожащие пальцы.

Чем быстрее мы выясним интересующую меня информацию, тем быстрее она отправится домой релаксировать. Я же смогу спокойно заняться экстренными делами.

Относительно спокойно, конечно.

С Марией моя жизнь превратилась в спящий вулкан. Не знаешь, когда рванет и накроет убийственной лавой.

— Знала только то, что он бизнесмен, — понурив голову, выдавливает из себя хриплые интонации. — Владелец строительной компании, как и ты. Слышала его имя и фамилию от Милы, которые к моему счастью или несчастью мне тогда ни о чём не говорили. Знаешь, Руслан, — обратив на меня внимание, добавляет: — я не отслеживаю жизнь крупных предпринимателей нашей страны. Не фиксирую события, которые у них происходят день за днём. Мне это отнюдь не интересно. До встречи с тобой я жила тем, что приносило мне удовольствие. Моя жизнь не напоминала американские горки. Были сложности, но жилось мне намного проще и спокойнее, понимаешь, о чём я?

Игнорю её намёки о наших непростых отношениях и о вынужденном браке в том числе.

Нет семейных пар, у которых всё на мази. Жизнь — это не сказка. Нет в ней идеальных принцев и принцесс, нафантазированых молоденькими наивными дурочками.

Жизнь — это жёсткая реальность со всеми её вытекающими. Нужно принимать её такой, какая она есть, и самому создавать в ней сказочные места.

— О том, что мы враждуем, Милана не рассказывала? Не верю, чтобы не шло об этом речи.

— Откуда ей было знать? Мы не наводили справки о вашем соперничестве. Не изучали вашу жизнь под микроскопом настолько подробно, как вы изучаете нашу. Собираете целое досье до того, как лечь с нами в постель! Даже если подруга знала об этом, она умолчала. Не сочла нужным меня расстраивать. Целый вечер мы смотрели и обсуждали фильм. Разговаривали ни о чём. Ели суши. Пили колу. Волновались об отце. Как только пришёл Андрей, я поспешила ретироваться домой. Надеюсь, ты получил исчерпывающий ответ? — закончив, Марья тяжело выдыхает. Глаза внимательно буравят моё лицо. Смотрят долго. Считывают эмоции. Ревность мне так и не удаётся загасить.

— Он к тебе приставал? — не сводя с неё глаз, откидываюсь на спинку сиденья. В горле пересыхает, усиливается чувство жажды. Стягиваю с шеи шарф. Оценив под шубкой новую пижаму, закипаю в очередной раз.

***

Из свадебного салона она бы точно в ней не вышла. Сразу же отправилась с подругой в квартиру Соболя. Значит, переоделась у него. Спрашивается, на кой черт она это сделала? Собиралась там ночевать???

— Не приставал, — буркнув, Маша отворачивается к окну, не изъявляя особого желания продолжать общение.

Включает полный игнор.

В горле от этой реакции собирается горечь. Сажусь ровно. Чувствую, как нервы в мышцах натягиваются. С треском искрят.

Какого черта она на меня злится? Из-за того, что я стараюсь обезопасить её и отгородить от возможных потенциальных проблем?

Сама же доводит до крайности. Один бог знает, чего мне стоит держать себя в руках.

— Когда я с тобой разговариваю, будь добра, смотри на меня, — произношу как можно спокойнее, прихватывая её за локоть. — Он трогал тебя в лифте? Руки распускал? Мне нужно знать правду.