Чтение онлайн

— Позволь мне помочь тебе. Не только потому, что мне нужно доказать тебе, что я не мудак, а потому, что я хочу этого.

— Я не смогу снова оправиться от ран, причиненных тобой, прямо сейчас, — шепчет она и поднимает глаза.

Ее слова обжигают, но я заслуживаю ее сомнение. Я докажу ей обратное.

— Я не буду. Я не пытаюсь… — разочаровываясь, что не в силах правильно подобрать слова, я отдергиваю свою руку и засовываю ее в карман. Как сказать, что я хочу быть с ней, ожидая, поверит ли она мне после того, как я обошелся с ней, и того дерьма, что наговорил?

— Не надо. Я понимаю. Хорошо, — она поворачивается и говорит через плечо, — чувствуй себя как дома.

— Привет, Сэм! — кричит Бен, сидя на полу в гостиной с высунутым языком, сосредоточившись на видеоигре.

— Привет, приятель.

— Хочешь поиграть?

Кортни идет наверх, но я здесь, чтобы помочь, поэтому хватаю другой джойстик и сажусь рядом с Беном. Мы играем около получаса, когда она спускается вниз, одетая в джинсы и толстовку.

— Уже почти обед. Что ты хочешь съесть?

— Я не голоден, — отвечает Бен.

Разочарованно вздохнув, она отвечает:

— Ты должен поесть, и клянусь, если ты не дашь мне ответ, я заберу эту игру и выброшу ее в мусор.

— Хорошо. Хот-доги.

— У меня нет продуктов, чтобы их приготовить. Как насчет сэндвича?

— Нет. Я хочу хот-доги.

— У меня нет продуктов для них, — кричит она.

Ее пристальный взгляд задерживается на мне, и в нём читается безмолвная мольба. Она никогда не кричала на него в моем присутствии, должно быть, она на пределе.

— Давай пойдём на кухню и посмотрим, что мы сможем найти. Я помогу тебе, — я наклоняюсь ближе к его уху и шепчу, — если найдем какие-нибудь конфеты, мы спрячем их и съедим, когда твоя мама не будет видеть.

Он хихикает и смотрит туда-сюда между нами, затем прикладывает ладошку к моему уху:

— Я знаю, где она их прячет.

Я разыгрываю представление, когда демонстративно встаю и смотрю в лицо Кортни.

— Мы приготовим обед сами. Ведь мы — мужчины.

Бен копирует мои движения и скрещивает руки на груди.

— Да, мамочка. Мы — мужчины.

Ее губы растягиваются в улыбке, и она кивает.

— Да, так и есть. Я собираюсь поискать кое-какое барахло в подвале, пока вы будете готовить, идет?

— Идет!

Бен семенит своими маленькими ножками на кухню, и оттуда тут же начинают доноситься звуки хлопающих ящиков.

— Я пойду и прослежу за тем, чтобы он ничего не сломал. Делай то, что тебе нужно, я позабочусь о нем.

Когда я прохожу мимо нее, она хватает меня за запястье. Я поворачиваю голову, и она одними губами говорит «спасибо». Я наклоняюсь и целую ее в макушку, прежде чем Кортни уходит вниз, чтобы порыться в бумагах.

*

Спустя несколько часов после игры в догонялки, настольные игры и похода с Беном в парк, я плачу курьеру и кричу Кортни:

— Пицца приехала.

— Я буду через минуту.

Я открываю коробку и ставлю ее посередине кухонного стола, затем беру пиво для себя, коробку с соком для Бена и наливаю бокал вина для Кортни.

Бен и я жадно накидываемся на еду, а Кортни присоединяется к нам через минуту.

— Ты нашла все, что тебе нужно? — спрашиваю я.

— В основном. Думаю, да. Я должна была увидеть то, о чем говорил тот тип, юрист.

— Что за тип? — спрашивает Бен.

Она делает глоток вина, прежде чем ответить.

— Просто друг, которому кое-что нужно.

Уже отвлекшись, Бен сосредоточился на растягивании сыра как можно дальше от своего рта.

Я едва разговаривал с ней весь день, поэтому наклоняюсь и тихо спрашиваю:

— В какое время он придет?

Она не знает, что он мой отец, и я хочу сохранить это в тайне. Уверен, что она узнает, и как бы сильно я не хотел, мне придется рассказать ей о своем прошлом и как он отыгрывался на мне, сделав меня человеком, которым я являюсь сегодня. Был. Человеком, которым я был. Он не имеет ничего общего с тем, кто я сейчас, сидящий за этим столом.

Кортни смотрит на Бена, прежде чем ответить.

— Когда он позвонил сегодня, то сказал, что может сделать это только завтра во время обеда, поэтому я отпросилась с работы. Он приедет сюда в полдень.

— Хочешь, чтобы я был здесь?

Я планирую сделать это независимо от того, что она скажет, не хочу оставлять ее с ним наедине, но она должна сказать мне об этом, так как я и так все время вламываюсь к ней.

— Я надеялась на это, так как ты знаешь его. Я так нервничаю, — ее голос становится мягче с каждым словом, и я хватаю ее руку под столом. Облегчение накрывает меня, когда она сжимает мою руку в ответ и не отпускает.

— Я закончил, мама! — кричит Бен.

— Хорошо. Иди умываться и надевай свою пижаму.

— Можно мне лечь спать чуть позже?

— Нет, уже поздно, завтра в садик. Поблагодаришь Сэма за то, что он играл с тобой сегодня?

— Спасибо, Сэм.

— В любое время, приятель.

Боже, я действительно подразумеваю это. Я весело провел время с ребенком сегодня, чего не случалось долгое время. Он задает миллион вопросов, и это чертовски смешно. Кортни проделала огромную работу, воспитывая его.

— Хочешь еще кусочек? — спрашивает она.

— Нет. Но ты съешь, ты даже первый не доела.

— Я действительно не голодна.

— Ладно.

И тут я подумал и понял, что вряд ли она ела, когда мы были в парке, она не поднималась наверх, чтобы поесть весь день. Я должен буду проследить за этим.

Мы оба передвигаемся по кухне, чтобы навести порядок, и когда она открывает шкаф, чтобы выбросить мусор, дверца закрывается неплотно.

— Как давно это сломано?

Она толкает мусорную корзину и приподнимает дверцу за ручку, чтобы выровнять ее, прежде чем закрыть.

— Что?

— Дверца шкафа. Она провисла.

— Ах, это. Я не знаю. Давно?

— Почему ты не сказала мне?

— Потому что это не столь важно, — она пожимает плечами.

— Для меня важно. Ты должна была сказать мне, чтобы я мог исправить это.

Она не просто платит мне арендную плату, но и не должна жить в доме со сломанными дверцами.

— Ладно.

— Еще что-нибудь сломано?

Она качает головой, когда наливает еще один бокал вина и протягивает мне пиво.