Чтение онлайн

— Пойдем, малышка. Ты сможешь оставить сдачу себе, если встретишься со мной в подсобке. Я буду быстрым, обещаю.

В последний раз я чувствовал себя таким злым, когда увидел порез на ее щеке. До этого никогда. Она что-то делает со мной, и я не уверен, что мне это нравится.

— Отпусти ее, — говорю я ему, мои слова сочатся гневом.

Кортни поворачивает свою голову, и я вижу слезы в ее испуганных глазах. Я расправляю плечи и разминаю шею, многозначно смотря на этого ублюдка. «Костюм и галстук» опускает свою руку и дарит мне самодовольный взгляд.

— В любом случае, она — шлюха, — огрызается он.

Я зажмуриваю глаза и думаю, как отслежу его, когда он выйдет из магазина. Наконец, когда я оборачиваюсь, чтобы убедиться, что Кортни в порядке, неожиданный удар пронзает мою грудь и оседает болью в животе.

Слезы скатываются по ее щекам, пухлые губы приоткрыты, она пытается контролировать свое дыхание.

Я неловко смотрю на женщину позади меня. Она читала журнал, так что не видела, что произошло. Снова поворачиваюсь к Кортни и спрашиваю у нее:

— Ты в порядке? Он был засранцем.

Она качает головой и вытирает лицо:

— Да, был. Спасибо, — быстро вытирая руки о свой смешной зеленый фартук, который ей приходиться носить, она быстро хватает мои покупки, чтобы пробить их.

— Семнадцать сорок девять, — я скольжу своей картой по аппарату, не отвечая ей, потому что, действительно, что я могу сказать? Она отрывает чек и запихивает его мне в пакет. Я хватаю его и ухожу, но не раньше, чем оборачиваюсь через плечо, чтобы увидеть, что она смотрит на меня.

*

Фары на секунду размывают мой взгляд, когда в полночь машина Кортни подъезжает к дому. Я бы соврал себе, если бы сказал, что не жду ее. Почему? Черт возьми, я не знаю. Я никогда раньше не чувствовал себя собственником по отношению к женщине. А женщина с ребенком? Я избегаю их, как чумы. Это просто еще одна сложность, которая мне не нужна, даже если ее ребенок — самый крутой пятилетка, которого я когда-либо встречал.

Кортни открывает заднюю дверь машины и вытягивает спящего Бена. Затем захлопывает дверцу своим коленом и направляется по тропинке к входной двери.

Она спотыкается и резко останавливается, увидев меня.

— Привет, — шепчет девушка.

— Привет, — я беру ключи из ее руки и открываю дверь. Зайдя к ней, я включаю свет в прихожей.

— Спасибо. Я скоро вернусь, — я наблюдаю, как ее изящная попка исчезает вверх по лестнице, и со стоном втягиваю и выпускаю воздух из лёгких. Ее тело абсолютно идеальное.

Я не был здесь с тех пор, как они переехали, но тогда я был в роли хозяина. У меня занимает пять минут, чтобы осмотреться. У Кортни дом декорирован в пляжном стиле. Комната, где мои бабушка и дедушка обедали за столом, теперь стала игровой, и Кортни перекрасила стены на кухне в ярко-желтый цвет. Я просматриваю фотографии на стене и смеюсь над той, где у Кортни глазурь размазана по всему лицу.

— Это было в прошлом году, — её мягкий голос слышится через гостиную, я поворачиваюсь к ней лицом. — День рождения Бена, Мона подсказала ему эту идею.

— Это забавно, — Боже, я превращаюсь в тёлку.

Мои руки прижимаются к бёдрам в карманах джинсов, и я раскачиваюсь на каблуках своих ботинок.

— Что случилось? — спрашивает она. Ее голова наклоняется, и девушка скрещивает руки на груди в защитном жесте.

— Просто хотел убедиться, что ты в порядке…

— Да, — она прерывает меня, кажется, раздраженно. — Я в порядке.

— Хорошо, тогда я пойду, — моя рука ложится на ручку, когда я останавливаюсь от ее слов.

— Я ненавижу это. Я ненавижу свою работу. Ненавижу, что не могу уложить своего ребенка каждую ночь в постель. Я ненавижу, что все время одна. И я ненавижу, что второй раз за месяц ты видишь меня в худшем состоянии, — когда я начинаю говорить, она поднимает руку, чтобы остановить меня. — Я беру свои слова обратно. Три раза. В клубе, когда я набросилась на тебя, а затем вечером. О, господи! — она выдирает заколку из волос и плюхается на диван.

— Ты, наверное, думаешь, что я полный псих, — говорю я.

— Нет, я не знаю тебя. И я бы хотела не желать этого, — она грызёт ноготь большого пальца.

— Ты хочешь знать, но не хочешь желать.

— Да.

— О.

Тщательно выбирая свои слова, я говорю ей:

— Я хочу тебя. И я, честно говоря, не уверен, это из-за того, что я знаю, что ты будешь хорошей любовницей или из-за того, что я не могу получить тебя, — моя прямота не пугает ее.

— Почему ты не можешь получить меня?

— Я не могу получить тебя, потому что не могу тебе дать то, что вам нужно, — она встает и случайно задевает своей грудью мой живот.

— И что, по твоему, мне нужно?

— Больше, чем несколько часов, — слабая улыбка появляется на ее губах.

Ее крошечное запястье оказывается в моих руках, когда я беру его, чтобы поцеловать ее ладонь, прежде чем мягко толкаю девушку обратно на диван и, подходя к двери, я говорю:

— Я не знаю, почему, черт возьми, я пришел сюда.

Я думал, какого хрена? Я что, стал благородным и упаду к ее ногам? Я не беспокоюсь о женщинах. Я не беспокоюсь ни о ком, кроме себя. Но по какой-то чертовой причине, которая осталась от моей совести, той, что перевешивает мой член, меня тянет к ней.

— Ты прав, Сэм, — Кортни садится на колени на диване и накручивает прядь волос на палец, — я хочу большего, но иногда кажется, что это никогда не произойдет, и я никогда не найду хорошего мужчину. Даже интересно, зачем я это сказала.

Мысль о ней с каким-нибудь другим парнем раздражает меня. Я хочу просто трахнуть ее и покончить с этим. Вытрахать ее из моих мыслей, прежде чем она найдет хорошего мужчину. Я сжимаю кулаки, представляя, как она раскрывается и стонет для кого-то другого, как они кончают вместе.

— Тебе лучше уйти, — заканчивает она шепотом.

— Скорее всего, — только ноги не хотят двигаться, хотя мозг знает, что мне нужно уйти.

Может, она и не понимает, но Кортни подает мне все сигналы. Мягкий голос, приподнятая грудь, накручивание волос на палец. Я знаю, что если прямо сейчас не уйду, то сделаю то, о чем она будет сожалеть. Я не буду жалеть об этом, но она будет.

Девушка встает и медленно подходит ко мне, каждое покачивание ее бедер, как вызов для моего члена.