Чтение онлайн

— Выиграть время для чего? — оборачиваюсь к нему.

— Нужно бежать в другой город, туда, где найти тебя сложно. Но на это нужно время и деньги.

— Куда я одна побегу? — сдуваюсь. Я, и правда, беспомощная домашняя девочка, за которую всегда все решали родители.

— Почему одна? А как же я? Ты меня бросаешь? — усмехается Димка.

— Не понимаю…

— Нам нужно время, чтобы я решил свои проблемы и нашел деньги. Побеги, знаешь ли, дорогое удовольствие, — подмигивает мне. Задумываюсь и тоже улыбаюсь сквозь слезы. Дима прав: это я импульсивная и глупая, а он продуманный.

— Сколько нужно денег? У меня есть на карте. Я могу постепенно их снимать.

— Вот, зайка моя, и на это нам нужно время, — щелкает он пальцами.

— Как мне его выиграть? Родители не будут тянуть со свадьбой, — снова сдуваюсь, закрывая глаза.

— Давай думать… — Димка подзывает официанта и заказывает большую пиццу. — На голодный желудок не думается, и тебе надо поесть. Даю сто процентов: ты с утра голодная.

Он слишком хорошо меня знает. Когда я нервничаю или волнуюсь, я не кушаю.

— Говоришь, еще не видела жениха?

— Нет.

— И он тебя, соответственно, тоже?

— Не знаю, если только папа показывал фото.

— Он ведь может отказаться жениться на тебе, если ему что-то не понравится?

— Что, например?

— Ну тебе лучше знать, что там не любят ваши мужчины.

— Они не мои! — обижаюсь. Зачем он так? Я сама в шоке от таких убеждений.

— Ну, Лин, я же не это имел в виду, — толкает меня плечом. — Я имел в виду, что ты лучше знаешь менталитет. Например, если ты окажешься глупой или падкой на деньги, или будешь вести себя, как не подобает женщине. Ну ты меня поняла. Ему это не понравится, и он не возьмет тебя в жёны.

— И отец меня убьет.

— Не преувеличивай. Лучше перетерпеть гнев отца, чем выйти замуж. Верно?

— Верно, — киваю. — Знакомство уже завтра, я постараюсь.

— Знаешь, я всё-таки ревную, — уже серьезно говорит Дима, освобождая стол для большой пиццы.

— Ты дурак? — усмехаюсь я.

— Нет, а вдруг тебе понравится твой жених. Ну он, определенно, будет круче и богаче меня, — шутит Дима, играя бровями.

— Точно дурак. Этого не будет. Я тебя люблю, — вырывается у меня. Я никогда не говорила ему о любви.

— Правда? — загораются его глаза. Киваю, смущенно улыбаясь. Димка откладывает пиццу и вновь меня обнимает. Утыкаюсь ему в шею и дышу. Мне так хорошо и спокойно с ним, что все сомнения пропадают. — Зайка, ты тогда постарайся. Пусть он тебя не трогает, иначе я сдохну от ревности, — шепчет он мне.

— Он меня не тронет! — твердо обещаю я.

Алина

— Какая ты у меня красавица, — восхищается мама, примеряя на меня новое платье. Молчу. Я практически не разговариваю с родителями. Мне нечего им сказать. — Тебе не нравится?

— Платье – да. Повод – нет, — огрызаюсь.

Так нельзя, я никогда не разговаривала с родителями в таком тоне. Но и они никогда не отдавали меня незнакомым мужикам. Чувствую себя безвольной рабыней, которую продают.

— Алина, — вздыхает мама. — Прекрати показывать характер и смотреть на меня исподлобья. Я желаю тебе всего самого лучшего.

— Если бы вы мне желали лучшего, то не выдавали бы замуж против воли, — холодно отвечаю ей. Я уже так наплакалась, что слез не осталось. Только ледяное равнодушие к родителям. Отшатываюсь от ее рук, когда мама хочет поправить локон моей прически.

— Вот ты как заговорила! Неблагодарная! — мама тоже злится.

Со стороны двора слышится шум, и мама бросается к открытому окну. Платье мне, и правда, нравится. Красивая ткань нежного персикового цвета струится воздушной длинной юбкой до пола, а верх украшен камнями. Я красивая в нем и нежная. Только я не хочу, чтобы меня такой видел мой «жених».

И не увидит!

Страшно, но моя судьба сейчас только в моих руках.

— Все, приехал! — радостно сообщает мама, словно это ее жених приехал. Не разделяю ее радости. Мое ледяное равнодушие дает трещину, и сердце начинает неровно биться, то замирая, то ускоряя ритм. Ладошки потеют, дыхание сбивается. Меня сковывает. Словно за мной приехал не человек, а чудовище, и назад дороги нет. — Все, пошли встречать.

— Мам, — голос срывается, качаю головой, умоляя ее взглядом этого не делать. Мне хочется залезть в шкаф, как в детстве, и спрятаться от чудовища.

— Не бойся, он тебе понравится, — усмехается мама, смотря на меня, как на глупую.

— Мам, можно мне еще десять минут? Я сама спущусь. Пожалуйста.

— Доченька, — она подходит и гладит меня по плечам, успокаивая. — Можно. Но не задерживайся.

Киваю.

Как только за мамой закрывается дверь, я срываюсь с места, стаскивая чертово платье, закидывая его на кровать. Раскрываю шкаф и достаю другое платье, быстро его надевая. Это платье я купила несколько месяцев назад, но так и не решилась его никуда надеть. Мама сказала, чтобы я его сожгла. Бордовое, короткое, обтягивающее тело так, что мне самой стыдно. С открытыми плечами. Никогда раньше таких не носила. И не решилась до этого дня.

Быстро распускаю прическу, почти вырывая локоны, над которой так долго возился парикмахер. Отец всегда говорил, что с распущенными волосами я как лахудра, и девочка должна заплетать волосы. Немного расчесываю волосы, раскидывая локоны по плечам. Стираю розовый блеск на губах и крашу в темно-бордовый. Хватаю карандаш, рисую стрелки на глазах. Выходит не совсем ровно, но черт с ним. Вот теперь я точно выгляжу, как продажная девка, и, надеюсь, мой «жених» придет в ужас. Он явно не о такой жене мечтал.

Отец будет в бешенстве.

Глубоко вдыхаю, открываю дверь и выхожу. Слышу в гостиной голоса, и ноги подкашиваются, почти подворачиваю ногу на лестнице, но спускаюсь вниз.

Мамы нет. Ко мне спиной стоит мужчина. Видимо, это и есть мой муж. И со спины он далеко не старый и толстый, как я себе представляла. Высокий, широкоплечий брюнет. В угольно-чёрном костюме и с идеальной осанкой. Отец показывает ему свою гордость – коллекцию японских ножей, рассказывая о самых раритетных, а потом резко поднимает голову на меня.

— А вот и наша… — папа закашливается, ошарашенно осматривая меня с ног до головы. В первые секунды в его глазах даже нет ярости, он просто в шоке. — Алина, — заканчивает он и убивает меня гневным взглядом. Он никогда так на меня не смотрел. Уничтожающе. Я сжимаюсь от его взгляда, но стою на месте.

Мужчина медленно оборачивается, обращая на меня внимание. Он весь в черном: костюм, рубашка, туфли, цвет волос, ремешок на часах, черный циферблат часов. Но я вижу только черные внимательные, оценивающие меня глаза. Жуткие глаза, пронзающие душу. Нет, он не страшный и отвратительный, как мне казалось. Он даже привлекательный. По-мужски красив. Но кажется мне самым жутким чудовищем. И он тоже смотрит мне в глаза. И, скорее всего, за ширмой одежды и косметики считывает, что я дура.