Чтение онлайн

— Ну надо же, света нет, — а вот и цаца пожаловала, голос точно ее, надеюсь что одна.

Дверь закрывается, снова тишина. Ушла что ли? Интересно куда на ночь глядя?!

Начинаю жалеть, что вообще приперся сюда.

Когда в квартире снова появляется Алена, то фоном слышу страдальческий голос соседки, которая сообщает, что свет отключили.

— Мамка твоя сказала, что позвонит, не могу ключи в в вашем ящике найти, завтра придут газовики, объявление повесили, сама знаешь потом отключат и не спросят никого.

— Хорошо, теть Нюр, возьмите, я захлопну завтра с утра дверь, — голос тихий, — я бы сама осталась, но у нас завтра зачет, пропускать нельзя, вы же знаете меня никто не будет держать на бюджете, надо учиться, еще телефон потеряла

— Ох ты Боже мой, как же теперь без телефона тебе?

— Нормально, найду кнопочный старый, — я уже думал никто такой раритет не хранит

— Что с голосом? Есть наверное хочешь? — молчание

— Подожди, знаю у вас мышь повесилась, мать твою срочно вызвали на дежурство, а я, ты знаешь, с работы принесла, только приготовила, горяченькое, — хлопок двери и снова кромешная тишина.

Чувствую себя странно.

Девчонка перемещается по квартире, но не могу понять где она, по звуку воды определяю ее в районе ванной комнаты.

— Блохастик, ну вот ты где, — замираю, это она кому? — вечно ты спишь не там где нужно, смотри вот постирается белье вместе с тобой, будешь знать

— Кис-Кис, идем, купила тебе на последние корм, хоть ты порадуешься, раз у меня все дерьмово, — шелест пакета, странная девчонка такая, с котом разговаривает, — сегодня снова уволили и не знаю что делать дальше, Васек

Соседка словно вихрь врывается в квартиру, прерывая диалог с домашним питомцем:

— Вот Аленушка, возьми, и не вздумай отказываться, — соседка не собираясь уходить обсуждает последние события, звук ложки по поверхности тарелки говорит о том, что девчонка стала есть сразу, — а я звонила в Электросети, потом и Шурка звонила, у них одни отговорки, проблемы с подстанцией, ну что с них взять говорят дом аварийный, но если такой аварийный, нас почему не расселяют? — почти не слышу голоса Алены говорит все время соседка. Она сама задает вопросы и отвечает на них.

— Ну вот хоть поешь, — все то время что Алена была на кухне, соседка рассказывала о трудностях жизни, вспоминала молодость.

Я думал что эта женщина никогда не уйдет. И уже обрадовался тому, что дверь за ней закрылась с обратной стороны, но то что Алена начинает скулить в прямом смысле, как брошенная на произвол судьбы собачка, вводит в ступор.

Я был не готов услышать это. Какого хрена у нее такие условия жизни? Так живут разве что в странах третьего мира, а это столице России. Это что получается, чем дальше от центра, тем больше можно найти вот таких вот дворов со старым фондом жилья?! Бред какой-то! Не может быть в таком огромном мегаполисе такого жилья!

Во мне куча мыслей разного формата, меня разрывает изнутри: с одной стороны я хочу выйти из укрытия, но в то же время хочу исчезнуть и не слышать то, что услышал.

Начинаю интерпретировать ситуацию совершенно иначе в своей голове, сопоставляя факты

— Я такая дура, Васька, — девчонка плачет, а я стою не шелохнувшись, — даже дома меня преследует запах этого мудака, ненавижу, — звук открывающихся шкафов, — свечки тут были точно помню.

Глаза привыкают к темноте, выглядываю, Алена стоит спиной.

Алена

Поскорее бы закончился этот чертов день!

— Я такая дура, Васька, даже дома меня преследует запах этого мудака, ненавижу, — встаю на носочки, пытаюсь рассмотреть содержимое захламленных полок хозяйки. Свечки тут были точно помню.

Нет свечей! Нет света! В моей жизни ничего нет! Господи, я такая жалкая, саму от себя тошнит.

Слышу шипение Васьки. Опираюсь обеими руками о столешницу:

— Что такое?

Поворачиваю голову в его сторону: шерсть блохастого вздыбилась, спина изогнулась дугой, он идет боком издавая странные звуки, что совсем не характерно для милого и доброго котика. Говорят, что в темноте коты видят оборотней.

И хотя в них не верю, но с вид у бедного Васьки такой, будто он увидел нечто похожее и готов защищаться. Светящиеся глаза похожие на два медово-желтых фонарика сверкают в темноте. Бедняжка, да он боится.

— Кис-кис, ты чего? — Наклоняюсь, чтобы взять котика, но ничего не могу сделать.

В следующее мгновение мужская ладонь зажимает рот, прижимая мое тело к столешнице.

Хочу звать на помощь, но легкие будто налились свинцом. На адреналине сердце стучит как ненормальное. Отчаянно дергаюсь, пытаюсь пнуть незваного гостя.

— Не кричи, ладно? — моргаю, знакомый голос и я готова поклясться, что знаю кому он принадлежит. Но как!?

Мужчина медленно отводит ладонь, отходит на расстояние, резко поворачиваюсь

— Ты что за мной следишь!?

— Наоборот, — легкая усмешка, — я тут прячусь, как видишь

У меня холодеют руки.

Я хочу избить Алана Мимирханова с особой жестокостью.

Мне плевать как он тут оказался и видели ли его соседи. Во мне злость и обида, он чуть не задушил меня, бросил одну в торговом центре, из-за него меня уволили, и теперь я не представляю где буду искать работу.

Конечно таким мажорам как он не понять, что есть люди которые выживают как могут ежедневно!

— Твой телефон, — Алан кладет мой сотовый на поверхность кухонной столешницы, — решил вернуть лично, — прослеживаю за его вальяжными движениями.

Словно загипнотизированная наблюдаю за тем что он стоит в обуви в то время как я в домашних тапочках. Тут не проходной двор, несмотря на старый истертый линолеум, мы с мамой моей полы два раза в неделю. У нас слуг нет.

Он пытается шутить:

— Уже наверняка придумала план мести, — его снисходительный тон, который он избирает для разговора бесит. Будто ничего не произошло. Я готова поклясться что слышу щелчок в своей голове, который словно засов падает к ногам и меня больше ничего не сдерживает. Он чуть не задушил меня, а, теперь пришел ко мне домой под предлогом вернуть телефон, который сам же забрал, ведет себя как хозяин жизни.