Чтение онлайн

— Ты пока не знала, что я тебя не держу, прекрасно плыла сама.

— Тогда зачем вы мне сказали? — просипела я, тяжело дыша.

Агеллар вздохнул.

— Ты сама виновата. Когда плывешь, не нужно думать о том, как ты топором пойдешь ко дну.

— Я поняла.

— Раз поняла, значит, давай попробуем на спине.

— На спине? — у меня затряслись ноги. — Может, не надо?

— Надо, — он подхватил меня на руки и попытался уложить на поверхность воды.

Я схватила его за шею.

Он навис надо мной.

— Отпускай.

Я замотала головой. Его губы были близко-близко, но спину уже призывно лижет вода.

— Я передумала, — внезапно севшим голосом проговорила я.

— Отговорки не принимаются.

— А это не отговорки, — и я подтянулась на руках и коснулась его губ.

Сначала он замер, словно не веря в происходящее. Я отстранилась, насколько это было можно, вися вниз головой на его руках.

— Что ты делаешь? — тихо осведомился он, не открывая глаз и сжимая меня крепче.

— Простите, — пролепетала я, сгорая от стыда и желая оказаться как можно дальше от этого места.

— Не прощу, — прорычал он, притягивая меня ближе, — что так долго думала…

Он поцеловал меня, нежно, и в то же время словно боялся, что я сбегу, поэтому держал крепко. А мне совсем не хотелось сбегать, я по-прежнему висела у него на шее и тоже боялась. И страх мой заключался в том, что сказка закончится, а я уже слишком увязла в своих чувствах…

Мы сидели у кромки воды спина к спине и молчали. Наверно, мы были одинаково ошеломлены происходящим, поэтому думали, как нам теперь быть. Молчание тяготило меня, и я хотела сказать как можно непринужденнее, но получилось как-то очень жалко:

— Завтра уже возвращаемся.

— Хорошее было приключение, не так ли?

— Да, — безлико ответила я.

Снова гнетущее молчание. Зазвенел комар, покушаясь на оголенный участок моего тела.

— Завтра будет веселое утро?

— Думаю, да. Должны же они когда-то понять, к чему приводит злоупотребление запрещенными напитками.

— Вы и правда подумали, что я и Лагерра…ну…

— Любовники? Были у меня такие мысли, каюсь.

— Я ни разу не позволила вам так о себе думать, — пробурчала я.

Агеллар что-то с громким треском сломал.

— Зато он позволил. Зачем вообще было делать из этого тайну?

Я тряхнула головой.

— Вы не понимаете. Во-первых, студенты — такой народ, что начнут говорить про блат или попытаются воспользоваться нашим родством. Это может навредить карьере Лагерры. Во-вторых, ни ему, ни мне не нужно предвзятое отношение со стороны других преподавателей.

— Твой крестный сам портит всю конспирацию, бегая хоть ко мне и прося за тебя.

— Это был единичный случай. Я просила его только о встрече с вами, результат все равно зависел от меня. Вы не думайте, я сдам все как положено…

— Я не думал об этом, пока ты не сказала, — ядовито произнес он. — Ты никогда не сдала бы мне ОВЭУ, но я все равно поставлю тебе зачет, если ты продолжишь заниматься и дальше, — несколько секунд он помолчал и добавил: — Хотя бы просто приходи…

— Тренер? — дрогнувшим голосом обратилась я.

Он со вздохом обернулся и пересадил себе на колени.

— Меня зовут Алестер, — поправил он. — Не переживай, мы как-нибудь разберемся со всем этим. Нужно только подождать.

Я счастливо улыбнулась ему в ключицу. Вокруг меня плотным кольцом обвились руки, а к еще сырой макушке прижалась щека.

— Нужно только время, — шепнул он, чуть покачиваясь из стороны в сторону вместе со мной.

Мне уже было не важно, что нас ждет впереди. Главное, что он хочет разобраться в этом.

Мое пробуждение было резким, внезапным и пугающим. Мы с Гидрой подхватились с лежаков, несколько раз врезались друг в друга, повалились обратно и замерли, хлопая глазами, словно маленькие совята, выдернутые из гнезда. Кто-то визжал, причем так истошно, что я решила, будто этого кого-то режут. И в этот же момент вход в нашу палатку распахнулся, являя нечесаную голову Алисы, на которую мы заорали не хуже, чем минутой раньше до нас.

— Спите! — обличительно ткнула в нас сокурсница. — Сейчас все самое интересное пропустите!

Мы выбрались из палатки как раз в тот момент, когда мой крестный попытался догнать разъярённую Покровен.

— Рейна Покровен, честное слово, я не ведал, что творю!

Замдиректора оборачивала туристическую утварь, расшвыривала вещи и в руки ушлому куратору больше не давалась. Видимо, с утреца до нее дошло, что к рукам прилагается кое-что еще и это кое-что пользовало ее две ночи подряд.

— Уберите от меня свои грязные лапы, гнусный развратник! — верещала она, бросая в него чьим-то кроссовком. — Видеть вас не желаю!

Крестный растерянно развел руками.

— Но ведь вы сами пришли ко мне!

— А вы и рады воспользоваться беззащитностью слабой женщины! — слабая женщина подхватила котелок и швырнула его через две стоящих между ними палатки.

В беззащитности конкретно этой слабой женщины лично я бы усомнилась.

— Лавина, не устраивайте истерик.

— Я вас ненавижу!!!

— Хм, а ночью она явно доказывала ему обратное, — проговорил довольный донельзя Агеллар, появляясь рядом так резко, будто бы из-под земли.

— Ну, положим, не ему… — глубокомысленно заметила я, бросая косой взгляд на тренера.

Подруга рядом хохотала до слез. Этим же занимались и остальные студенты. Кажется, авторитет замдиректора с этого дня серьезно пострадает.

— Мне кажется, это надолго, пойдемте лучше завтракать. После обеда приедет автобус, нам еще нужно собраться.

Я последний раз посмотрела на беснующуюся парочку, со стороны которой еще долетали обрывки криков, вроде: "Лавина, да послушайте!" и "Катитесь к черту, я не хочу вас слушать!", и, усмехнувшись, пошла за Агелларом.

Около десяти утра нас пригласили поприсутствовать на церемонии награждения победителей. Да, мы не участвовали в соревнованиях, так что ни разу на них не поприсутствовали. Не могу сказать, что меня очень уж огорчил этот факт — неинтересно болеть за команду, когда не знаешь, кто эти люди вообще и какова изначальная расстановка сил. Может быть, организаторы изначально поставили вместе сильную и слабую команды, у последних поэтому сразу мало шансов. Не у всех же есть такой талантливый тренер, как у нас.