Чтение онлайн

— Не желаете чай или кофе? — поинтересовалась у неё.

Женщина возможно даже и моего возраста, но выглядела отвратительно, у неё явно проблемы с весом и отёки, которые она тщательно пыталась скрыть, но ничего не получалось. Подняла на меня голубые глаза и, скривив надутый силиконом рот, зло спросила:

— Что у тебя с головой? Что это за цвет такой? Не помню, чтобы Ярослав Васильевич был дальтоником. И у тебя отвратительные духи.

— Ярослав Васильевич подарил и попросил пользоваться именно ими, — прошептала я.

Это было правдой. Сегодня с утра именно так и поступил Ярослав Васильевич через Леночку. Кроме нового телефона, в пакете лежали ещё духи. Достаточно странный запах, если честно, неожиданный. Я бы такие не выбрала. Никакой свежести, а томная цветочная гамма, со слишком тёплыми, явно не идущими моей северной внешности, оттенками.

Оставила дежурную улыбку на лице, отошла от неё, услышав как она фыркнула. И обозвала меня — тщадушкой подзаборной.

Либо я так дёшево выглядела, либо я шикарно выглядела, но просто секретарь.

Голиков тоже владел компанией, у него высокий статус. Это его жена, судя по обручальным кольцам с красными и зелёными камнями, и у него и у неё.

Поэтому перед стариком расстилались, когда он уходил. Присутствующие в офисе встали, его жена тоже хлопнула крышкой ноутбука, виляя толстой жопой, последовала за мужем, стуча своими каблуками

В обед работники как-то рассосались, а у нас до очередной встречи оставалось время. Встреча должна была проходить в юридическом отделе, поэтому мы туда пойдём.

Приёмная опустела и вдруг в тишине сработала диспетчерская связь.

— Да, Ярослав Васильевич.

— Светочка, зайди ко мне.

Ни чая, ни кофе, никаких указаний. Я прихватила планшет и пошла к нему в кабинет.

Открыто окно, дул холодный ветерок.

— Простынете, Ярослав Васильевич, после купания.

— Вряд ли, — он стоял перед открытым окном руки закинул за спину. — Закрой дверь на замок.

Я закрыла двери, он закрыл окно.

— Значит, ты была такой строгой секретаршей, — он скинул свой пиджак, — что начальство вызывало тебя в кабинет…

Он ещё не закончил, а я ноги сжала, присев на бедро, потому что защемило яркое желание.

Ярослав указал рукой на стол, а не на диван. Я подошла чеканным шагом к столу, кинула планшет и медленно начала натягивать юбочку выше.

— С кем работаю, с кем работаю, — усмешливо причитала я, стягивая трусики. Села на стол и свесила ножки. — Не знаю, что ты за мужчина такой, но хочу тебя.

— Наверное твой просто, — он встал между моих ног, и горячие ладони погладили бёдра до резинок чулок.

Руки у него крепкие. Хотела увидеть его без одежды.

Ярослав широко раздвинул мои ноги, пальцами отодвинул трусики в сторону, открыв меня. Двинул подальше, заставляя лечь на его рабочий стол.

— В следующий раз хоть клок волос оставь.

— Они закрыли меня в комнате и заставили подписать развратный договор.

— Троллишь меня, развратница?

— Проявила самостоятельность, хотя по контракту права на это не имею.

Я на локти откинулась назад, наблюдая, как он припал огненным ртом к моему лону.

И больше говорить я не смогла, а только стонать. И мне так мало надо! Завелась мгновенно, унеслась от удовольствия далеко. Сползла со стола, чтобы на коленях отсосать у него.

Это было просто запредельно! И хотя брал он меня опять раком, боли не было никакой, а было невероятное удовольствие.

Целуя и покусывая, сливался со мной. Перемешались вкусы и запахи. На весь кабинет звучали наши стоны и шлепки плоти о плоть. А потом быстро всё закончилось.

Нужно было привести себя в порядок и бежать дальше.

Стрессоустойчивость у меня на высоте. От оскорблений Голиковой к жаркому сексу и впопыхах на встречу в юридический отдел. Это ещё при том, что у нас мало времени, чтобы добраться до Ниночки. Поэтому я нашего охранника постаралась предупредить, чтобы они выбрали маршрут заранее.

Откуда способность сохранять эмоциональное равновесие и адекватное поведение в условиях повышенного напряжения, стресса или давления? Помниться моя начальница учила эффективно управлять своими эмоциями, быть спокойствие и принимать рациональные решения в сложных ситуациях. Она это делала со мной, молодой сотрудницей, потому что сама была склонна к истерикам и яростному гневу, и ей очень хотелось, чтобы хоть кто-то из секретарей мог её выносить. И у неё получилось. Это не всегда хорошо. Способность контролировать свои эмоции и не поддаваться на провокации или давление не означало эмоциональную стабильность. Внутри я могла сильно переживать, а это ещё хуже. Сон пропадал.

Но всё же, мне сорок, а я чувствовала себя на тридцать только-только: быстро адаптировалась к меняющимся условиям. А рядом с Ярославом у меня появилась уверенность в себе.

Моё умение эффективно общаться с другими людьми, находить компромиссы и решать конфликты, умение планировать время, распределять задачи и управлять ресурсами были представлены боссу в полной красе.

Я на самом деле идеальный работник. И он оценил!

Шурик с Ниной… Что-то романтичное. Так вот, Шурик с Ниной жили на мансарде. Квартира больше, чем у Ярослава. Но тоже центр, тоже элитный домик. У молодых… Хотя какие они молодые для меня, Нина меня на семь лет младше, всё же ближе ко мне, чем Ярослав. У них в квартире был другой дизайн, более современный минимализм. А в гостиной одна стена полностью из стекла, что ошеломляло, с видом на мерцающие огни мегаполиса.

Белые стены, тёмно-серый с разводами ламинат, электрический камин. Под высоким потолком чёрные прожекторы. Гостиная соединена с кухней. Современная светло-серая мебель, до потолка — это такой вариант, при котором пыль не убирают на высоте.

— Кто у вас в гостях? — поинтересовался Ярослав, принимая у меня пальто.

Нина синеглазая шатенка, достаточно высокая и худощавая, хотя ребёнку восемь месяцев.

— Да у нас целая компания, — усмехнулась хозяйка квартиры. — Это вы Светлана Романовна?

— Да.

— Очень приятно.

— Мы сейчас помоем руки, прежде чем ребёнка трогать, — строго заявила я, делая намёки дедушке.

Вдвоём с боссом пошли мыть руки в санузел. А в санузле вид на звёзды. Мансарда — это круто!