Чтение онлайн

Я разозлилась, поэтому резко встала со стула и сказала:

– Я с тобой серьезно разговариваю, а ты все время прикалываешься.

Звонок Саниного телефона напомнил, что время поджимает, а опаздывать в первый рабочий день некрасиво. Тем более, что реально мой самый первый рабочий день. Поэтому я не стала продолжать разговор, а ушла одеваться.

Через пару лет Алекс рассказывал мне, что это было его самое дурацкое признание в любви. А еще, самое первое.

**************

Глядящий в спину, скрывающейся за дверью, девушке, парень впервые захотел чем-то огреть ее по башке или сильно встряхнуть, что бы она так не тупила. Он ей тут в любви признается (решился на это лишь из-за мимолетного порыва, вызванного проведенной совместной ночью без секса (чего раньше не случалось с другими девушками в его постели (и не только в его) и в трезвом состоянии и оставивший теплый след на слегка циничном сердце молодого человека), а она все воспринимает не всерьез.

**************

Опаздывали мы катастрофически: Сашка на ходу застегивал рубашку и набрасывал на шею галстук, я, выбегая из ванной, одной рукой брызгала лаком на волосы, а второй духалась. Затем все эти принадлежности (бутыльки с лаком и духами) полетели на диван, при этом приземлившись на дремающую на нем Мими. Выбегала я из квартиры в незастегнутых босоножках и подгоняя возившегося в замочной скважине Алехандро. В машине, по дороге на работу, я стала застегивать множественные ремешки на босоножках, а так как это, сложившись в 3 погибели, было очень неудобно делать, то я забросила ноги на приборную панель.

– Ты бы уже мне на шею их закинула лучше.
– недовольно произнес хозяин машины.

– Гибкость и растяжка позволят мне это сделать без особых усилий, так что не провоцируй.

Видимо от перспективной картинки Сашка немного подвис и не остановился на красный свет - мы лихо протлели перекресток под неодобрительные сигналы авто.

Приехав к клубу и выйдя из машины, я притормозила Саню - вид у него был не самый лучший.

– Так, стоять!
– остановила его рукой.
– Надо тебя прихорошить, а то ты как оборванец.

Я перезастегнула пуговицы на его рубашке (он застегнул ее так, что сверху было 2 лишние пуговицы, а снизу 2 лишние дырочки для них), заправила ее в рубашку (заметьте, ничуть не смущаясь! Холодный профессионализм. Эх, надо было стилистом или имиджмейкером идти работать...), подправила прическу и стала завязывать галстук. Сам же Алекс стоял с закрытыми глазами и досыпал, при этом довольно улыбаясь.

– Я папочке часто завязывала галстук. Меня мама научила. Я ей, прикинь, что-то вроде экзамена в этом сдавала. Помню, с раза 20 получилось.
– мне стало весело от детских воспоминаний.

Все еще прибалдевший (он мне все чаще и чаще напоминает котяру), Сашка открыл глаза и произнес:

– Малая, ты такая классная. Я на тебе женюсь.
– стал поправлять завязанный галстук, заодно ощупывая узел - проверял.

– Так заведи себе личного стилиста и не надо будет жениться.
– у нас у обоих было уже отличное настроение: день был солнечный и многообещающий.

– Нет, все-таки женюсь.
– надо же, какая честь - Я вижу ты - перспективная девочка, в тебе еще много скрытых талантов.
– подмигнул, ударил ладонью по попе (весь в отца, даже повадки) и подтолкнул вперед.
– Идем, а то уже время поджимает.

– А вот это уже - сексуальное домогательство на работе!
– шутливо пригрозила я.

– Оччччень с-е-к-с-у-а-л-ь-н-о-е?
– особенно растянул последнее слово мачо.

– Очень!
– и я в ответ помацала его булку. У него такая смешная реакция была: бедра ушли вперед, ягодицы сжались, сам как струнка напрягся. Я не сдержалась и рассмеялась.

– Расслабь мышечное кольцо, я тебя насиловать не собираюсь! Гы-гы.

– Больше так никогда не трогай меня, я же не девочка.

– А ты думаешь, каждая женщина после такого лапо'ша множественные оргазмы получает? Или растекается мокрой лужицей?

– Не знаю, но мы, мужики, балдеем, трогая ваши ягодички.
– мечтательно поднял глаза к небу.

Так хохоча и пререкаясь, мы завалились в кабинет нашего Биг Босса.

Дядя Костян разговаривал на повышенных тонах с кем-то по телефону, а мы в это время стояли и дурачились: пинали друг друга локтями, носками туфли (это Сашка, я свои Лабутены берегла от такого кощунства), но при всем этом пытались выглядеть вполне серьезно. Закончив разговор, крёстный обратил на нас внимание и радостно воскликнул:

– Опоздание всего лишь на 20 минут! Александр, для тебя это, как прийти заранее.
– После обращение отца, Сашка координально изменился: стал серьезным, деловым и холодным.
– Викочка, я знал, что ты ответственная девочка и тебе можно поручить этого оболтуса.

– Крестный, я хотела еще ему красный бантик на шее завязать, но он активно отнекивался... А ведь красный цвет отлично гармонировал бы с его цветом глаз сегодня.

– Ладно, сбежавшие из Аншлага, присаживайтесь, счас введу вас в курс дела.

Не оглядываясь назад, я плюхнулась на диван, стоящий позади меня, но приземлилась на колени к ухмыляющемуся Алексу. Подстроил все гад, специально подложился!

– Малая, ой, мы же на работе, - демонстративно прокашлялся.
– Виктория Алексеевна, Вам места мало, что Вы на меня запрыгиваете? Держите себя в руках, я парень приличный, меня надо на свидание сводить, а потом уже обжиматься.
– увидев мой ошарашенный взгляд, он гадко, от всей души заржал. Я же специально, вставая с его колен, хорошо так потерлась попой об его пробудившегося дружка и невозмутимо села рядом, закинув ногу на ногу.

Тут в голову мне пришла гениальная рационализаторская идея!

– Дядь, а дядь, давай его уволим?
– заговорщицки обратилась к Костяну, подавшись вперед, - Незачем такие расходы на зарплату переводить на этого безотвественного неценного сотрудника. Ты же сам говорил, что от него одни убытки. Помнишь, как он в прошлый раз, когда приезжал, втихаря забрал и разбил твой служебный Лексус? Его еще под мостом, зависшем на старом дубе, нашли. Об это по всем ТВ показывали.