Чтение онлайн

Внешность у парня была запоминающая: черные волосы с ярко рыжей, почти красной прядью, свободно лежали на плечах; злые глаза сверкали разными цветами: один глаз был темно-синий, другой же наполнялся чернотой, закрывая радужку. Под высокими скулами ходили желваки, волевые губы были плотно сжаты, и Ярослава даже в далеких мечтах не могла представить его себе улыбающим.

Понимая, что ждать от человека с такой внешностью, пощады не стоит, Ярослава втянула голову в плечи, ожидая расплаты.

 - Малявка, - зло процедил незнакомец, - да как ты посмел! Ты – труп! Давай, доставай стрелу, - и он кивнул на стрелу, торчащую в его плече, чуть выше сердца, - а потом будешь стирать мне рубашку.

Ярослава подумала, что лучше бы попала в сердце, чем вытаскивать стрелу у живого человека. Она никому никогда бы в жизни не призналась бы, что боится вида крови. Девочка заставила себя перевести взгляд на раненое плечо, проследила за стекающей кровью, и отрицательно помотала головой, отступая на шаг.

Она чувствовала, как начинает кружиться голова от вида крови, как в нос резко ударил ее металлический запах, перебив запахи летнего леса.

Девчонка порывалась было сбежать, когда сильные пальцы незнакомца вцепились в ее плечо:

 - Куда собрался? – насмешливо произнес он.

Затем развернул ее к себе:

 - А ну вытаскивай, кому сказал, слабак!

Ярослава снова заставила себя посмотреть на стрелу и громко сглотнула, увидев, как толчками кровь выливалась из раны.

 - Ну же, - нетерпеливо поторопил мальчишка, наслаждаясь страхом младшего товарища, а потом сам взялся за стрелу.

Одной рукой он нажал на стрелу со всей силы, давая ей возможность насквозь пробить плечо и выйти со стороны спины, другой рукой, крепко удерживал Ярославу, не давая той вырваться.

 Ярослава застыла. Она не могла оторвать глаз от ужасной раны. Она видела, как стрела вышла с противоположной стороны, видела, как железный наконечник разрывает плоть, рассекая кожу и вырывая кусочки плоти.

Она встретилась со злыми глазами странного мальчишки, который, казалось, наслаждался страхом и растерянностью ребенка.

Потом с тихим щелчком парень поломал стрелу и резко вытащил обе половинки, черная кровь хлынула из раны, попадая на лицо Ярославы, капая на одежду.

 - Подержи-ка, - и парень, криво ухмыляясь, сунул Ярославе обе окровавленные половинки стрелы.

Почувствовав липкую кровь на руках, Ярослава широко распахнула глаза, и упала в спасительный обморок.

Я пришла в себя в своей комнате. Солнце садилось, окрашивая стены в розовый цвет. Окно было раскрыто, через него врывался свежий вечерний воздух, где-то громко пел соловей, под окнами стрекотали кузнечики. Вдалеке слышались перезвоны колокольчиков и лай собак.

Внезапно прямо под моими окнами послышался дружный смех. Я прислушалась, и с ужасом осознала, что смеются все мои друзья, которых я считала братьями. Да они не просто смеялись, а дико ржали над рассказом уже знакомого мне незнакомца.

 - Так вот, когда этот пацан увидел кровь, он вдруг побледнел как кисейная барышня, глаза стали большими и наполнились огромными слезами. Не помню, конечно, чтобы я плакал начиная с шести лет. У нас к виду крови приучают, как только мальчишка научился ходить. Но это еще не все…догадайтесь, что случилось далее? Этот «мужественный» боец, хлопнулся в обморок, как девчонка, и мне же, тяжело раненому, - тут незнакомец хрипло рассмеялся, - пришлось еще тащить его на руках до деревни, как невесту.

Теперь от смеха стонали все, даже мои родные братья. От стыда я залезла под одеяло и заткнула уши, но и туда доносились громкие голоса моих друзей:

 - Слушай, а ты имя успел спросить? Кто это был? Скажи нам, мы в гости сходим, гостинец отнесем, - ржали они.

«Придурки и подпевалы» - подумала я, понимая, что теперь ни за что не вылезу из кровати, пока странный гость не уедет, а там я вам покажу невесту, девчонку и кисейную барышню в одном флаконе.

В дверь постучали. Так стучать, громко и уверенно, мог только один человек в замке – мой отец.

 Мой отец всегда был для меня идеалом во всем, я подражала ему в одежде, в манере говорить, в умении держать себя на людях. Иногда я даже завидовала самой себе, что у меня такой отец.

 А еще мой отец – Высший демон, когда-то давно, чтобы сохранить нам с мамой жизнь, он дал отрезать себе крылья, хотя крылья для демонов – это и душа, и защита, и оружие, а потом перенес нас в закрытый мир, а сам остался на Терре, лишенный магии. (Историю Айка и Элен читайте в романе "Далекая, родная...")

И да, Я – первый ребенок в семье. К тому же – девочка. Демоны умеют сами планировать продолжение рода и пол ребенка, поэтому чаще всего у Высших Демонов первые дети – это, конечно же, сыновья, Наследники.

Но …. Моя любимая мама мечтала о девочке, и папа сделал ей такой подарок, правда не удержался, и, зная, что первой будет девочка, все равно отдал свою кровь хаоса мне и теперь, я – единственная девочка на Терре, имеющая крылья демона и умеющая перевоплощаться в темного.

 Но все дело в том, что такие эксперименты не проходят даром. Отец у меня темный, с хаосом в крови, а мать – земная девушка со светлой душой. И, когда папа награждал меня кровью хаоса, мама молила Бога, чтобы мне досталась светлая душа.

В итоге получилась я, а просьбы отца и матери вылились в разноцветные крылья: одно крыло у меня от демона, черное как смоль, а другое, видимо от ангела, белоснежное, как облака.

Как сейчас я помню, выражение лица моего отца, когда он в первый раз увидел мое воплощение. Перевоплощение в силу моего эмоционального, нестабильного характера произошло совсем рано, лет в пять, и было это феерично.

Нам было лет по пять и все мои друзья-товарищи приехали к нам на лето погостить. Мама, когда укладывала нас спать, всегда рассказывала интересные истории. В тот раз история была про дракона и волшебную жемчужину. Тот, кто находил жемчужину дракона, становился несказанно богат, и везение сопутствовало ему всю жизнь.