Не время для нежности
Шрифт:
В таком порядке, удерживая между собой расстояние не более метра, они по одному вышли из-под укрытия надежных стен.
Несмотря на коричневую тьму, окружившую их со всех сторон, Арно довольно сносно ориентировался в лабиринтах улиц и переулков Сар-города — ничуть не хуже котов коротающих жаркие дни в затхлых плесневелых тоннелях и предпочитающих выбираться на свежий воздух только при свете звезд.
Фибус редко навещал этот район, а потому не смог бы сейчас пройти без его заблаговременных подсказок и пары метров. Не желая потеряться, он свободной рукой, как бы невзначай, касался локтя верного человека; обильно потеющие ладони судорожно сжимали короткое копье, в которое снова пришлось превратить трость.
Повернули, немного прошли по прямой — потом отклонились правее… Развернулись и, как будто, двинули в обратном направлении. Казалось, они ходят кругами.
Отплевавшись от забившей рот пыли, Фибус спросил тихонько:
— Кажется, в прошлый раз нам приходилось сворачивать гораздо реже?
— Этот путь, по расчетам, хоть и длиннее, но безопаснее, — охотно отозвался Арно. — Улицы тут не загромождены и несколько шире, удастся сохранить строй… Не растягиваться! — крикнул он замыкающим. Те ускорились, подтянулись.
— Не люблю тяжелую броню, — доверительно посетовал он. — Боюсь, долго они такой темп не выдержат, а идти еще далеко. Как бы не пришлось на привалы останавливаться.
Вопреки его словам, первую часть пути Герхарт и его люди выдержали достойно. Запыхались только основательно. Когда в пыли проступили знакомые очертания магазинчиков и швейных лавок, Арно поднял руку, дав знак замереть на месте.
— Почему не идем дальше? — слегка удивленно спросил Фибус. Ему хотелось увидеть Мартину как можно раньше. — Почему остановились?
— Сам не пойму, — ответил Арно, поводя головой из стороны в сторону. — Тревожит что-то… Эй, впереди! Прогуляйтесь-ка вдвоем к тому дому. Да осторожнее будьте, не на прогулке.
Двое в многослойной броне, приготовив мечи к бою, пошли в указанном направлении.
Прежде, чем сделать очередной шаг, они долго всматривались во мглу перед собой, оборачивались на случайный шорох. Фибус успел заскучать.
— Не прояснишь ситуацию? — спросил он.
— Знаю, как дорога Вам Мартина, — жестко сказал Арно. — Но это не повод совершать глупость и добровольно совать голову в петлю. Доверьтесь мне.
Лориани хотел огрызнуться, что припомнит ему эти дерзкие слова, однако вовремя спохватился. Арно не отступал от клятвы, а лишь педантично выполнял работу, ставшую для него смыслом жизни.
Воины сначала превратились в бесплотные тени, блуждающие вдоль темной стены. Потом они и вовсе исчезли из виду. На протяжении десятка показавшихся вечностью минут из тупичка не доносилось ни звука. Отряд провел это время в молчании, ожидая подвоха.
Наконец послышались шаркающие шаги и две тени, шатаясь и оглядываясь назад, побрели в сторону отряда. Мечи у обоих небрежно опущены к земле, будто воины вдруг обрели безрассудную смелость, которая в нынешней ситуации была абсолютно не к месту.
— Совсем расслабил ты людей, Герхарт, — сказал Лориани. — В дорогую броню их облачаешь, балуешь… а требовать так и не научился.
Находившийся позади Смотритель игорного дома зашипел неразборчивое — что-то относительно ошибки, которую в скором времени грозился исправить, и некоего горячего предмета, которому непременно найдет место, когда вызовет этих двоих к себе на ковер.
— Тано, Ковл! — позвал Арно своих ребят. Подвинув плечом стоящего впереди воина, буднично добавил: — Всем приготовиться.
Тени приблизились настолько, что стали хорошо различимы обводы их грузных высоких фигур: кирасы из непробиваемой кожи пустынного червя растрепаны: отдельные чешуйки топорщились по бокам, шишаки на головах сбились набок, а безупречная линия широких наплечников обезобразилась разновеликими буграми. В каждой руке они сжимали по клинку, и чуть ли не волочили их свободными концами по булыжной мостовой.
— Руки у них удлинились, что ли? — бросили в пустоту справа.
— И оружием где-то разжились, — поддакнули слева и сзади. — Глянь, как держат… увальни.
— Нет больше твоих бойцов, Герхарт, — прошептал Арно, оглянувшись. — Руби их! — приказал он и первым бросился на возвращавшихся с разведки людей.
«Или — нелюдей?» — поправил себя Фибус, видя как истончается и удлиняется рука одного из них, целя в направлении прыгнувшего навстречу Арно.
Сблизившись с тенью, не снижая скорости, варвар нырнул к ногам. Взметая облачка потревоженной пыли, заскользил по камню справа, полоснул клинком… Полетели искры, осветив место боя и то, — в этом уже никто не сомневался — что собой представляли погибшие воины. Из-под шишаков, напяленных на неровные подобия голов, на отряд воззрились лишенные глаз морды чудовищ. Хрупкие на вид, почти стеклянные.
Вспышка словно послужила сигналом остальным. Не сговариваясь, изрыгая проклятия, люди бросились на врага. И закружились, закрутились во тьме, сыпля ударами.
Фибус, крепко сжав копье двумя руками, наблюдал за боем издалека. Он знал, что будет только мешать и путаться в ногах у профессионалов, украв у них пространство для маневра. С интересом наблюдал за схваткой, гадая, в чью пользу и с каким счетом она закончится. Ждал.
Подле него остался лишь Герхарт, которому Арно ранее дал недвусмысленное указание не отходить от Хозяина ни на шаг.
В отдалении размытыми молниями мелькали клинки, звучали удары: то глухо — когда облаченная в хитин конечность врезалась в вываренную кожу доспеха, то звонко — когда клинок, не найдя мякоти, высекая искры скользил по неуязвимой броне чудовища.
Пришельцы давно сбросили маски и теперь походили на богомолов-переростков с непомерно длинными передними лапами. Высокие, словно приплюснутые с двух сторон, они огрызались на сыплющиеся со всех сторон удары, и, порой задевая кого-нибудь из бойцов, отшвыривали его на три добрых метра. Тот вставал, и, браня противника последними словами, снова бросался в гущу схватки.
Наконец одно из насекомых, отвлеченное нападками Арно, замерло. Голова его накренилась и скользнула вниз. Тело постояло немного, пока его в пылу боя не сшибли спиной, и повалилось на землю. Кто-то испуганно и сдавленно закричал.
Со вторым чудовищем, покончили быстрее. Не распыляя силы, навалились все скопом, повредили ноги у прозрачного лоснящегося брюха. Богомол упал, тут же на него взгромоздился человек Герхарта. Нанес удар с оттягом, пониже головы, и та, отделившись от туловища, запрыгала по камням прочь, пока не исчезла во тьме.