Не время для вечности
Шрифт:
Откуда-то снизу раздался голос Йогини О:
– Иша, скорее, нам нужно ехать! Автобус уже пришел.
Секунду Иша стояла в растерянности, а потом поняла, что стоит перед дверью их номера, и побежала вниз, по скрипучей деревянной лестнице. У Йогини на голове было короткое каре зеленого цвета.
Иша с удивлением посмотрела на нее и хотела спросить об этом, но Йогиня коротко бросила:
– Это парик. Пойдем, мы опаздываем. Ключ я еще вчера отдала. Сейчас рано, хозяин спит, а вот автобус уже ждет, скорее!
Иша схватила свой рюкзак, и они быстро побежали на улицу. Пока они сбегали вниз по бетонным ступенькам, Йогиня крикнула ей:
– Ты вышла, Иша! Ты вышла из комнаты!
Иша бежала, и перед глазами стоял образ странной женщины из комнаты.
Они прыгнули в пустой автобус с маленькими, обшарпанными сидениями, который тут же, пыхтя и пошатываясь, вдумчиво побрел по извилистому серпантину дороги, прижатой к скалам.
К вечеру они добрались до Ришикеша.
Иша ощущала, что ее переполняют сильные чувства и неизвестная, сильная энергия клокочет во всем организме. Взглянув на Йогиню, она увидела, что подруга находится в таком же состоянии.
Громко смеясь, привлекая внимание местных, они шли по тихим вечерним улочкам. Усталости совсем не было. Закинув вещи в свои номера, они вышли в раннюю, свежую темноту вечера и побрели вдоль Ганги в сторону 'Офиса'.
Они все еще смеялись и смотрели на окружающих широко раскрытыми глазами.
Присев за столик у входа, они заказали по большому стакану имбирного напитка с медом и по две самосы с овощами, а потом сели лицом к улице и стали смотреть, как молочно-белый теленок с темными подпалинами на боках ходит туда-сюда, как индийцы проходят мимо по своим делам, кидая на них пронзительные взгляды, как кто-то заходит в 'Офис'...
Все было как обычно, но странным образом не так. Реальность словно разваливалась на куски, пока они жевали самосы, запивая их горячим, пряным напитком.
Иша чувствовала себя странно. Ее состояние было похоже на наркотический приход.
– Я чувствую то же самое, Иша, - неожиданно сказала Йогиня, - поделись, что ты видела в комнате?
– Я видела рыбу, громадную сияющую рыбу, а потом я видела себя, пожирающей кусок сырого мяса. Я выглядела как похотливая проститутка, ищущая клиента. Не знаю, это очень странный опыт...
– Хочешь узнать, что увидела в комнате я? - спросила Йогиня, глядя на дольку лимона, плавающую в стакане.
– А ты тоже видела что-то? - Ишу почему-то это удивило.
– Я всегда вижу, но я вижу то, что пригодится тому, кого я привела. Так что скажу просто: тебе нужно идти в комнату с Ясоном.
– С Ясоном? - переспросила Иша, не ожидая ответа, просто для того, чтобы лучше понять эти слова. Она думала о нем, скучала, но ей было обидно, что он бросил ее одну в Индии. И где он теперь?
– Ты скоро встретишься с ним в Комнате, тогда все наладится. Сейчас его мучают воспоминания прошлого не из этой жизни. Он не понимает, что происходит, и страдает. Но это пройдет, когда вы снова встретитесь.
Иша чувствовала себя так, словно плыла куда-то в большой, удобной лодке.
Она спрашивала себя: сижу ли я сейчас за столиком в крошечной забегаловке на берегу Ганги или колыхаюсь на прохладных волнах реки, которая несет меня куда-то вдаль под призрачным светом луны?
Йогиня щелкнула пальцами:
– Пойдем, Иша.
Они вышли на улицу, и какое-то время Иша просто стояла, глубоко вдыхая свежий вечерний воздух. Она не сразу заметила, как к ней подошел тот самый теленок, которого они видели раньше, и стал со вкусом жевать ее широкую зеленую штанину.
Иша с удивлением отпрянула от него, и они быстро пошли по улочке, словно боялись преследования, а затем свернули влево и оказались в небольшом саду. В середине стояла статуя танцующего Шивы, освещенного тусклым светом лампы. На выходе, у небольшого магазинчика, Йогиня остановилась и попросила у продавца свечу и спички.
– Зачем ты купила это? - спросила Иша. Но Йогиня молчала. Тогда Иша тоже попросила свечу.
Они шли по улице, с двух сторон тянулись высокие каменные заборы, и вдруг все фонари разом погасли. Стало очень темно. Йогиня достала спички. Серная головка чиркнула по шероховатой коробке, прыснула искрой и сразу погасла.
– Дай я, - тихо попросила Иша. Йогиня молча передала ей коробок.
Вторая спичка загорелась хорошо, и осторожный огонь жадно приник к фитилькам тонких свечек. Девушки медленно двинулись к Ганге, бережно оберегая в ладонях трепетное пламя.
– Ты знаешь, Йогиня, это мне напоминает фильм 'Ностальгия' Тарковского. Там тоже герой со свечкой в руках ходил. А еще я вспомнила стих Бротигана, я расскажу.
Можно?
Йогиня кивнула в ореоле света, а Иша шепотом заговорила:
Внезапно
все фонари на улице
гаснут,
и наступает
кромешный мрак,
такой,
что даже здания
боятся
друг друга.
– Ох и наговоришь тоже! - засмеялась Йогиня.
Тем временем они уже вышли к гхату, вымощенному черно-белыми плитками. На противоположном берегу горел одинокий фонарь, роняя холодный свет на темно-бурые ступени.
Девушки присели у края площадки и поставили свечки на самую нижнюю ступеньку, скрытую водой. Покапав три капли себе на голову, Иша сложила ладони и сделала легкий поклон реке, а потом села на холодную плиту и прикрыла глаза.
Внутри, в середине груди сначала пульсировало, а затем начало расползаться по телу теплое и сладкое ощущение. Она не могла объяснить себе, что это, но ей было очень хорошо. Перед глазами расплывались, скрючивались и распрямлялись ритмичные зеленоватые линии - это было похоже на танец. Вдруг линии рассеялись, и перед внутренним взором возникло улыбающееся лицо незнакомой, очень красивой девушки.
Она выглядела спокойной, но вдруг улыбка стала сходить с ее губ, откуда-то сверху на ее лицо стала литься вода. Воды было много, она заливала все и брызгала в стороны, исчезая где-то в кромешной тьме.