Чтение онлайн

Тут уже нам удалось расслышать крики и звуки схватки. Тут явно ещё сражались.

Но когда мы метнулись через покои фрейлин и персональных слуг Её и Его Величества, застали лишь окончание очередной схватки.

И там же мы нашли Каталама. Раненый в руку, он отдавал приказы продолжать зачищать территорию. А пол в очередном трапезном зале был усеян телами и кровавыми пятнами.

– Отец!

– Каталам!

С Ибериком мы воскликнули практически одновременно. Бывший, но всё такой же бородатый сотник повернул голову со скоростью молнии. Уставился сначала грозным, а затем удивлённым взглядом.

– Что вы здесь делаете?
– оставив подчинённых заниматься грязной работой, он подбежал к нам. Осмотрел всех по очереди, и, узнав принца, вежливо склонился в поклоне.
– Ваше Высочество... Аниран... Сын... Как вы здесь очутились?

– Мы...

– Не время!
– я перебил Иберика.
– Что происходит, Каталам? Доложи!

– Этот этаж под нашим контролем, - по-военному отчитался тот.
– Кто это такие, я пока не знаю. Но сражались они, как обречённые, - он даже хмыкнул уважительно. Словно отдавал должное чужому мастерству.
– Они засели здесь плотно. Баррикаду соорудили. Но мы зажали их и добили.

– А отец где??? Где отец???
– Трифин уже чуть ли не паниковал.

– В своих покоях, насколько я могу судить, - сообщил Каталам.
– Не менее десяти гессеров всегда обороняют верхний этаж. Там сейчас самая жаркая битва...

– Жаркая???

– Да. Убийцы рвались наверх изначально. Здесь они лишь мешали нам и сдерживали. Меньшая часть всё же прорвалась в королевские покои. Сейчас их там добивают.

Дальше Трифин не стал слушать. Отмахнувшись, он рванул к ближайшей башне, где хорошо можно было различить ступени. Я отключил щит, чтобы никому не нанести увечий, и устремился за ним. Мы взобрались по ступеням практически на карачках. Слышали звуки близкой битвы, ругались одновременно, и одновременно выскочили на самый верхний этаж.

Картина здесь была не менее безрадостной. В узком коридорчике на красном, забрызганном кровью ковре вразброс лежали тела. Тела в хороших доспехах, тела в чёрных одеждах.

Чуть дальше по коридору, как оказалось, только-только закончилась очередная кровавая схватка. Разгорячённые гессеры вонзали мечи в уже поверженные тела. Три или четыре тела в чёрных одеждах дёргались как после удара током, когда их безжалостно дырявили металлическими наконечниками.

– Что здесь происходит!?
– я оттолкнул Трифина и рявкнул самым злым голосом, на который был способен.

Гессеры сразу меня заметили. Разгорячённые недавней схваткой, они сначала смотрели зло, а затем изумлённо, когда я вновь активировал щит.

– Добили напавших, - произнёс один из гессеров. А затем кивнул головой в сторону мощных дубовых дверей, перекрывавших проход в очередную просторную башню. Башню, где, как я знал, иногда вместе проводили ночи король и королева.
– Но двое успели проникнуть в покои Его Величества. Плеснули какую-то воду в замок, и металл зашипел. Задымился. Они выдавили дверь, - гессер указал окровавленным мечом на лежавшие на полу тела.
– Двое зашли внутрь, а остальные пытались нас задержать.

– Дверь крепка, - один из гессеров безуспешно вонзился плечом в дверь, обитую металлом.
– Не высадить, - он даже постучал рукояткой.
– Заперлись.

– С дороги!
– стальным голосом приказал я гессерам. Схватил за шкирку Трифина, который попытался, было, меня опередить, и отшвырнул в сторону.

Такие двери, я знал, не каждый таран возьмёт. Огонь не сразу возьмёт. Не говоря уже про жалкие попытки нанести удар слабой человеческой рукой.

Но у меня есть куда более действенное средство.

Я активировал клинки и склонился над замковой скважиной. Металл почернел, будто оплавился. Чудовищная вонь ударила в ноздри. Я закашлялся и принялся размахивать рукой у носа, разгоняя тонкую дымную струю.

Что это, блин, такое? Металл оплавился. Тут автогеном работали, что ли? Как так???

За дверью что-то упало. Мне даже показалось, что я услышал сдавленный крик.

Я посмотрел в зазор между дверью и дверным косяком, пытаясь рассмотреть засов. Но ничего не увидел.

Зато в этот раз точно услышал детский плач. И этот плач подстегнул к более решительным действиям.

Я наплевал на всё. Я не стал пытаться просунуть клинки в щель, чтобы перерезать засов. Я просто выставил перед собой энергетический щит, сгруппировался, чтобы избежать увечий от оплавленного металла, и пошёл на таран.

Наверное, именно это спасло мне жизнь. Именно такой грубый подход помог защититься от неожиданной атаки.

Чуть ли не за шею, прямо на края кожаных доспехов, капнуло что-то очень горячее. В другой момент я бы завизжал как свинья, когда прошёл через дверь в районе замка. Я проделал в двери округлую дыру, я заставил металл брызнуть в разные стороны, а горящие щепки разлететься. Но боль от сопутствующего ущерба перестала чувствоваться после того, как я оказался в шикарно обставленной комнате и смог защититься от арбалетного болта, летевшего прямо в грудь.

Двое неизвестных в чёрном увидели меня сразу. Один сработал молниеносно и спустил тетиву арбалета. Будь на моём месте кто-то другой, да даже я сам, но без щита, конец бы стал моментально предсказуем. Но болт ударил точно в щит. Брызнул оплавленным наконечником и отлетел на пол.

– Драксадар!
– на фоне чёрных одежд, измазанного чёрной краской лба, бровей и надбровных дуг, офигевшие карие глаза казались отлично различимыми. Именно туда я нанёс ответный удар.

Я выставил левую руку на всю длину, умело активировал наруч и сразу сжал пальцы в кулак. Безжалостный энергетический болт пробил голову насквозь, заставив дымиться волосы и тлеть одежды. Неизвестная мразь, посмевшая поднять руку на анирана, рухнула в ту же секунду, а болт вернулся в родную гавань.

Но вторая мразь ещё стояла на ногах. И она не только стояла, она ещё прижимала к себе испуганное маленькое существо. И когда я разглядел это существо, ненависть улетучилась моментально, уступив место страху.

– Стоять! Стоять, драксадар!

И я остался стоять. Я лишь окинул взглядом просторное помещение и увидел два тела, лежавших на полу. Мой взгляд метнулся к широкой кровати у стены. На ней лежала королева Исида с торчащим из груди арбалетным болтом. А практически у самого окна, касаясь спиной округлой каменной стены, неизвестный в чёрном прижимал к груди перепуганного насмерть Фабрицио. Одной рукой он крепко закрывал ребёнку рот, а второй прислонял к горлу лезвие острого ножа.

Эта картина была ещё более чудовищной, чем все картины, которые в этом мире я видел доселе. Даже картина, где у деревни во время дождя выродки в человеческом обличье бросали в клетку детей, была менее чудовищной. Я в страшном сне не мог представить, что кто-либо когда-либо может обнимать ребёнка, одновременно прижимая к его горлу острый нож. Это было настолько невообразимо, что на некоторое время я абсолютно растерялся.

– Стоять, драксадар!
– повторил очередной выродок в человеческом обличье.