Чтение онлайн

– Я не должен, – прошептал Андрей, продолжая обнимать Аню. – Я просто боюсь, что завтра окажется таким же, как много раз до этого. Прошу, уходи. Тогда есть шанс, что мы будем вместе.

– Плевать на завтра.

– Дай мне время разобраться. Если я поступлю с тобой также как с другими, Денис меня возненавидит. Давай не будем портить его счастье.

Аня надула губки, но все же молча согласилась и быстро покинула квартиру Андрея.

Это было довольно странное чувство. Абсолютно новое, будоражащее, тревожащее и такое прекрасное. Андрей задумался. Неужели это и есть любовь? Или возбуждение из-за отложенного удовольствия?

Но не успел он прийти к какому-либо выводу, как раздался звонок. Очередное приглашение на разборку. Однако именно тем вечером Андрей узнал имена, которые означали завершение операции.

Последняя встреча с Денисом Ромашкиным. И больше никакой работы под прикрытием. Теперь только открытая борьба с преступностью.

Когда Андрей пришел в условленное место, там было пусто. Начавшийся двадцать минут назад ливень разогнал горожан. И хоть постепенно он становился все слабее, улицы не спешили наполняться людьми.

Спрятавшись под навес, Андрей закрыл зонт. Он знал, что Денис вряд ли бы прокинул друга из-за прохладного душа, однако предпочел отогнать тревожные мысли и принялся вглядываться в далекие силуэты.

Где-то залаяла собака. Ее хозяин громко позвал своего Бобика. В ближайшем закоулке раздались шлепки.

Не заставив себя ждать, Андрей пробежал отделяющие его от поворота двадцать метров, свернул за угол, выронил зонт и схватил ее за руку.

Ольга обернулась. Кровь, льющаяся из сломанного носа, не сразу позволила узнать девушку. И это мгновение осознания дало убийце возможность нанести удар прямо в промежность Андрея.

Тот застонал, но боль не могла остановить его. Скрутив Ольгу, он вырвал сжимаемый ею камень и взглянул на землю.

Наверное, от Ольги требовалось обеспечить отсрочку опознания жертвы. Изуродованное камнем лицо не позволяло узнать Дениса Ромашкина мгновенно. Но Андрей слишком хорошо знал своего друга, чтобы засомневаться, кого именно убила эта наемница.

Ужас от увиденного сменили гнев и ярость. Когда Ольга поняла, что Андрей отвлекся, она врезала тому по ноге и, вывернувшись, попыталась сбежать. Не вышло…

Это было инстинктивно. Всего один оглушающий удар по голове. Но Андрей забыл, что сжимает камень, не понял, что ярость бьет сильнее, и когда на шум сбежались прохожие, их взору предстали два тела влюбленных и их убийца с занесенным орудием убийства.

А дальше был лишь сон. Какой-то жестокий и абсолютно несправедливый. Арест, допросы и дознания, много криков и обвинений.

Андрей мог бы доложить о своем положении, о результатах расследования, об обнаружении главарей крупной группировки. Но как выяснилось, никого из начальства, пославшего его на столь долгое и рискованное задание, уже не было. Волна увольнений, пронесшаяся по органам, оказалась столь мощной, что смыла даже настоящих профессионалов своего дела.

А те, кто остался на службе, оказались в положении, когда правда по делу Андрея Искрина затронет и их управления. Новое начальство также не горело желанием вникать в темные делишки, уже стоившие некоторым карьеры. В дополнение к этому стремительно возникающие угрозы требовали привлечения всех имеющихся сил.

Так что теперь Андрей считался лишь бывшим сотрудником, попавшим под влияние криминальной вседозволенности. А учитывая сложности с восстановлением репутации силовых структур да и всего аппарата власти в целом, его прошлое и вовсе оказалось погребено под ворохом судебных и следственных материалов.

Но все же шанс еще был. Если бы Андрей заговорил, изложил детали и факты, к его голосу могли бы прислушаться. Вот только груз вины помешал. Андрей сам сделал свой выбор на следующий же день после ареста. В день, когда ему сообщили о самоубийстве Ани.

Не успев осознать гибель друга, Андрей потерял и дорогую его сердцу девушку. Аня всегда казалась слишком чистой и невинной для этого мира. И новость об убийстве любимым ее брата привела к импульсу, стоившему ей жизни.

Андрей закрылся. Ему было уже все равно… Вина за гибель двух лучших представителей человечества давила с такой силой, что он не мог защищаться, не мог отстаивать свою свободу. И даже визит теперь уже генерала Строгаева не привел его в чувства.

– Слушай, Андрюша, – начал Геннадий Николаевич, ожидая хоть какой-нибудь реакции от бывшего подчиненного. – Посмотри на меня. Я знаю, что ты чувствуешь, но надо как-то жить дальше. Не вини себя. Никто не ожидал, что они подошлют женщину. Тем более к Денису. Казалось, никто не подозревал… Прости. Надо было вытащить тебя раньше. А теперь все так осложнилось. Если заговоришь, тебя убьют. И, скорее всего, не только тебя. Но я пойму.

Строгаев похлопал Андрея по плечу. Поняв, что ответа не последует, генерал продолжил:

– Они выдвинули требование. Тебе дадут по минимуму за сотрудничество. Если будешь прилежным, то отпустят года через три. Прости. Я всего лишь хотел лучшего для страны. Но у нее, похоже, свое мнение на этот счет.

Замолчав, Геннадий Николаевич пристально посмотрел в глаза, когда-то горевшие жаждой жизни. Затем вытащил из кармана письмо, положил его на стол и покинул комнату для свиданий.

Андрей так и не пошевелился. Не обратив внимания на письмо, он по наитию встал и последовал за охранником.

– Эй, это твое?

Андрей вопросительно взглянул на тюремщика и автоматически забрал протягиваемый конверт. Но времени раскрыть его уже не было. Лишь оказавшись в камере, Андрей посмотрел, что именно передал генерал Строгаев.

Написано седьмого июня. За день до гибели Дениса. На письме не было имени отправителя, но Андрей сразу узнал ее почерк. Медленно, дрожащими руками он извлек сложенный в три оборота листок и, задыхаясь, приступил к чтению.

«Здравствуй, Андрюша.

Хотела прийти к тебе лично, но не думаю, что смогла бы произнести все задуманное. Да и воспоминания о последнем визите каждый раз заставляют краснеть. Извини за это. Я никогда раньше так не поступала и вряд ли поступлю.

Но так уж сложилось, что я люблю тебя. Люблю очень давно и надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь ответить взаимностью. Пускай не сегодня и не завтра. Не спеши.

На твоем пути наверняка повстречаются и другие. Не отказывайся от удовольствия. Я хочу, чтобы ты был счастлив и не считал меня якорем, удерживающим от великих свершений.