Чтение онлайн

— Ой, моя нога! Моя нога! Как больно!

Лежала и ждала, когда ко мне кто-нибудь подойдет. Это место я выбрала, потому что оно посуше, чем в самом начале, и здесь был песок. Упав там, я бы изгрязнила платье. Песок я просто стряхну и все.

Ко мне кроме Вирки никто не спешил. Че, неужели никто не поверил? Вирка испуганно на меня таращилась:

— Нея, больно? Ты можешь встать?

Я театрально держалась за щиколотку левой ноги и морщилась «от боли».

— Нет, не могу. Такая боль! Такая боль!

Не спеша подошел Дрейк. Он встал передо мной, сложив на груди руки. За ним подошли несколько адептов, которых мучило любопытство. Среди них я заметила Рина и Морая, пытавшихся скрыть улыбки, проступавшие на лице.

— Кирон Дрейк, — жалобно обратилась я к преподавателю. — Я неудачно упала и, кажется, вывихнула ногу. Простите, — я покаянно опустила голову.

— Да ничего, бывает, — вздохнул Дрейк. — Но вы же находитесь среди факультета целителей, сейчас кто-нибудь вас исцелит, и мы продолжим.

— На первом цикле? — удивилась я.

— А что, у вас нет сильных целителей? — вопрос прозвучал как-то слишком уверенно, и я испугалась. А не дай боги, есть.

— Дрейк, — вмешался Рин, — я бы не стал доверять такое дело первому циклу, потом проблем не оберешься. Пусть девушка идет к целителям.

Хм, Дрейк. Он зовет преподавателя по имени? Ничего себе, отношения. Но Дрейку в этот раз это тоже, похоже, не понравилось.

— Рин, на занятиях соблюдай субординацию. Тем более на глазах младших циклов.

— Простите, кирон Дрейк, — Рин склонился в шутливом поклоне.

— И скажи мне, будь мы не на учениях, а на задании, вывих ноги как-то влияет на его выполнение и достижение цели?

— Нет, кирон Дрейк. Только смерть может помешать, — со всей серьезностью ответил Рин. — Но мы на учениях, а у адептки сегодня, я так понимаю, первый день учебы. Уверен, она сделает выводы. Правда, новенькая? — обратился он ко мне.

Я мрачно кивнула. Угу, то есть если бы не Рин, этот Дрейк потребовал бы от меня преодолевать препятствия и с вывихнутой стопой? Ползком? Не академия магии, а академия пыток какая-то. Они тут что, все сумасшедшие?

Дрейк хмуро посверлил еще меня взглядом, потом процедил:

— Что ж, остается только проверить на следующем занятии, как вы умеете делать выводы, адептка Черемиха. С нетерпением буду ждать новой встречи.

Ой, а я-то как!

— А сейчас идите к целителям. Встать можете? — с сарказмом поинтересовался он. — Или помочь?

Я сначала хотела сказать, что не могу, но после последнего вопроса быстро ответила:

— Не надо!

Но встать с якобы больной ногой с попы, путаясь в юбках, было непросто. Я попросила Вирку помочь. С ее помощью, кое-как поднялась, и, прихрамывая на левую ногу, поковыляла в сторону учебных зданий.

Глава 23

Следующей была опять общая лекция для всего первого цикла по артефактам. Вел ее приятного вида маг среднего возраста глубоким красивым голосом, к которому прислушиваешься, даже если тема неинтересна. Но тема была интересная не только нам, но и самому профессору, он увлеченно рассказывал с блеском в глазах о простых амулетах, и время лекции пролетело незаметно.

Шестой и последней парой был семинар по общей магии только для нашей группы и вел его тот самый преподаватель, в которого я врезалась накануне на лестнице. Звали его профессор Минейрин и вел он у нас, первоцикликов-целителей, как я потом узнала, все основные предметы.

Я поерзала под его пристальным взглядом, брошенным при входе в аудиторию. Рассмотрев, он велел мне подняться и представиться. Я уже знала, что мне говорить, поэтому быстро протараторила:

— Адептка Нея Черемиха, дар магический слабый, способность к диагностированию и зачатки к видению ауры.

— Садитесь, — велел мне профессор и усмехнулся недобро: — зачатки… все вы тут еще зачатки. Бесполезные отрыжки магии, ниспосланной великодушными богами. Не умеющие ценить и хранить свой уникальный дар. Знаете ли вы, сколько уникальных даров было утеряно со времен их преподнесения в дар жалким людишкам магом Альпецдрайшулером Дасковердишуевлиярином? Сколько, ответит нам адептка Вирка Конюшенная.

Вирка рядом со мной засопела, и я заподозрила, что услышала ее прежнюю фамилию, дарованную хозяевами. По всей видимости, нашедших подкинутого роженицей ребенка на конюшню.

— Адептка Вирка Конюшенная, встаньте, я задал вам вопрос!

— Я Вирка Умная, — послышался упрямый гневный голос моей соседки.

— У меня такой в списках нет, — гаденько насмешливо процедил вредный профессор. — И если вы не ответите на мой вопрос, я поставлю вам неуд и…

— Подтверждаю, ее фамилия Умная, — не сдержалась я, отчеканя на всю аудиторию. — Она имеет право вписать себя под любой фамилией, так как данная ей фамилия бывшими хозяевами не является ее собственной. С момента, как у человека обнаруживается магический дар, он перестает быть под чьим-то опекунством и отвечает сам за себя. А следовательно, сбрасывает свои имя и фамилию с прежними оковами как ненужное бремя. И вправе принять любые имя и фамилию, как ему заблагорассудится. То, что ректорат не поменял вовремя бумаги, полностью их вина. И адептка Вирка Умная имеет право пожаловаться в императорский орден магов на неисполнение свода правил главного императорского магического кодекса о правах и обязанностях магов.

Я замолчала, и в шоке от моего заступничества были не только все адепты с преподавателем, но и я сама. Какой демон в меня вселяется, когда дело касается слабых и унижаемых? У профессора от негодования затрясся даже кончик носа.

— А вы, случаем, не хотите поменять свою фамилию? — недобрым тоном поинтересовался он у меня. — Например, на Нею Дерзкую? Отчаянную? Или Защитницу простолюдинов?

— Нет, моя меня полностью устраивает. Я считаю, не имя красит человека. А ум и поступки.

Профессор попыхтел и заметил:

— На будущее, всегда добавляйте в конце обращение, кирон профессор Минейрин.

— Да, кирон профессор Минейрин, — послушно повторила я.

— Итак, адептка Вирка Умная, докажете ли обоснованность взятой новой фамилии? Сколько утеряно магических даров и сможете ли вы их все перечислить?

— Пять, — отчеканила Вирка и начала перечислять: — Исчезли демонологи, болотники, прорицатели, эмпаты и зеркальщики.

— Отлично, адептка, — признал профессор и обратился ко всем. — А теперь давайте разберем каждый из них. Начнем с демонологии. Только давайте вспомним, причины исчезновения даров? Кто ответит?

Какой-то адепт, кажется, тот бородач, которого я видела с командатом кирией Мискари, вызвался ответить. Когда он заговорил, сомнения исчезли, его бас был слишком узнаваем.

— Причина исчезновения магического дара — либо в нем перестают нуждаться, и он отмирает сам собой, либо его хотят уничтожить, и тогда, уничтожая его носителей, дар умирает вместе с ними.

— Правильно, адепт Сохар. Только одно уточнение. В случае, когда дар пытаются уничтожить, есть два последствия — либо он защищается и становится сильнее. Как получилось, например, с эмпатией — появились эмпаты с более сильным даром: поглощающие и отражающие. Правда, это им не помогло. Либо, когда его приходится прятать и не развивать, он отмирает. Но вернемся к демонологии.